Я перестал понимать свой родной город. Это странно и поучительно.
Отдав почти 45 лет московской архитектуре, по большей части исторической, изучив центр вдоль и поперёк, мне казалось, что отчётливо вижу закономерности по которым этот город развивается.
Отойдя от дел, практически переехав в пригород, сменив масштаб 16 этажных зданий и выше на два-три и приезжая в Москву исключительно по делам нашим грустным пенсионерским, я обратил внимание, что чем ближе я подъезжаю, тем меньше понимаю происходящее.
Вернее не так: понимать-то я всё понимаю, а вот чувствовать перестал. От этого дискомфорт и раздражение.
Понятно, что живёт здесь уже столько народа, что ему требуется жильё, что земля не резиновая, что без торговых центров уже никто жизни себе не представляет, но как-то это всё - избыточно и нелепо, что ли?
В 60-е мы переехали с Мещанки на Речной вокзал. С четвёртого этажа на седьмой. Я часто ездил в центр просто так: считал старые улицы своим настоящим домом. Не то, чтобы на Речном было плохо, река, лес, необжитые просторы и настоящая земля под ногами. Нет, но кто родился в центре, поймёт: идёшь себе не торопясь, а тут за углом - раз и сказочная избушка васнецовского музея! И всё в таком роде.
В 70-е мы переехали в Марьину Рощу, от которой осталось лишь название и частично этнический состав. Но уже на 13 этаж! Довольно унылое место, но 15 минут на троллейбусе и ты уже на Цветном бульваре, где всё ровно также как в Детстве, когда ходил в отцовский деревянный домик у стены Высоко-петровского монастыря в Крапивинском переулке.
В нач, 90-х мы оказались на Фрунзенской набережной на 4-ом этаже сталинки и вроде бы всё стало на свои места: понятная планировка кварталов, зелёные дворы, река, набережная и человеческий масштаб, ты видишь крыши домов и ходишь в местный магазин.
И понеслось! Голодный, ищущий работу и цивилизацию люд, пользуясь условиями новой экономической реальности, выбрал этот город для проявления своих коммерческих и иных талантов. И вот, с тобой уже не здороваются в подъезде и ты перестаёшь понимать, чьи машины заполонили двор.
Сходу врубится в ткань Фрунзенской не удалось, но постепенно, ползуче...
Понятно, что градостроительные ограничения и ландшафтно-визуальные условия для строительства первоначально работали почти идеально, началась немного нелепая, но в своей сути правильная борьба с точечной застройкой. Можно много говорить о продолжавшихся сносах на исторических территориях, но уверенно скажу: - те, кто с таким жаром об этом кричит, просто не понимает, что действительно ожидало Москву, продолжись коммунистический волюнтаризм.
Не всякий способен был "пробить" элитку в центре, зато технологиями быстрого массового строительства овладели почти мгновенно: и десяти лет не прошло, как город стал расползаться со страшной скоростью, неумолимо съедая небо!
Я тут недавно задал себе вопрос: как получилось, что я, будучи в теме, проглядел процесс подготовки строительных кадров для столь масштабных изменений? Откуда, вообще взялось такое количество ранее отсутствовавших специалистов? Сказать, что деньги решают всё, что миллионы мигрантов в одночасье вдруг научились работать, что современные технологии легко освоит любой калека, можно, но это было бы слишком просто.
Уже десять лет мы ездим по Ленинградке и Дмитровскому шоссе. И видим как растут мини городки, как уплотняется ткань пространства, но я никак не могу понять: кто все эти люди, что заселят новые высотки, толпятся у касс гипермаркетов и почему столь популярны, похожие на средневековые замки, магазины якобы уценённой одежды.
Этого так много и всё оно востребовано!
Какие-то дикие развязки, предупреждающие, что процесс будет только продолжаться, что обратного пути уже нет и надо просто забыть о старом понимании значения слова город.
И не стоит считать меня ретроградом, роняющим слюни по поводу прошлых времён. Что такое прогресс, я отлично понимаю, как и то, чем мы все жертвуем ради него. Вопрос в другом: прогресс ли это? Или настойчивое желание согнать всех в один колхоз, попутно набив карманы на стройках?
Мне скажут: посмотри на новые кварталы Парижа, Лондона и Милана! Смотрел! Без всякого интереса. Как и на смешной в своей наивности Дубай. Дело в том, что не так уж активно прибывает численность населения Земли, чтобы допускать столь грубые ошибки. А ведь их вполне можно было бы избежать, если бы немного, совсем чуть-чуть подумать, ведь переделывать, а это неминуемо, труднее, чем сделать хорошо один раз.