На днях министр иностранных дел Британии впервые за пять лет посетил Китай — там Джеймс Клеверли представил новую британскую стратегию и попытался наладить диалог со своими китайскими коллегами.
В последние годы отношения между двумя странами серьезно накалились — сначала Лондон организовал беспорядки в Гонконге, потом озаботился правами уйгуров, и в завершение всего вступил в антикитайский блок AUKUS. Все дошло до того, что британцы чуть не отправили свой авианосец к берегам Тайваня, однако правительство Риши Сунака вдруг спохватилось и выступило за более тонкий подход в своей внешней политике.
Обновление оборонной и дипломатической стратегии Великобритании в марте охарактеризовало Китай как «эпохальный вызов» международному порядку, но не зашло так далеко, чтобы назвать Китай стратегической угрозой — шаг, который поддерживают некоторые депутаты парламента.
Долгожданный доклад парламентского комитета по разведке и безопасности показал, что Китай успешно проник во все сектора британской экономики, отчасти из-за готовности правительств принимать китайские инвестиции «без особых вопросов», - пишет гонконгская South China Morning Post.
Такая попытка усидеть на двух стульях объясняется лишь одной причиной — британская экономика так и не оправилась после Бориса Джонсона и Лиз Трасс, и разрыв отношений с Китаем обернется для нее глубочайшим кризисом. В прошлом году товарооборот между Британией и Поднебесной превысил 100 миллиардов фунтов — местным бизнесменам такие потери никто не компенсирует, поэтому они и давят на собственное правительство.
При этом правящая консервативная партия во многом напоминает американскую демпартию— внутри нее царит полный хаос, который не позволяет выработать единую линию поведения. Так что не стоит удивляться, когда одни парламентарии говорят о «взаимодействии и сближении» с Китаем, а другие провоцируют новый конфликт вокруг Тайваня — такая дипломатическая шизофрения уже давно стала визитной карточкой британской политики:
Британский парламент впервые назвал Тайвань «независимой страной» в официальном документе, нарушив политическое табу в связи с визитом Джеймса Клеверли в Китай на этой неделе.
«Тайвань уже давно является независимой страной под названием Китайская Республика», - говорится в докладе. «Тайвань обладает всеми необходимыми качествами для государственности, включая постоянное население, определенную территорию, правительство и способность вступать в отношения с другими государствами», - сообщает Politico.
Разумеется, после такого доклада ни о какой разрядке не могло быть и речи — переговоры между Клеверли и Ван И прошли в напряженной атмосфере и не дали никаких результатов. Британский министр так и не смог добиться снятия санкций с депутатов Палаты общин, а когда он завел речь о «российских ударах по зерновым терминалам Одессы», то китайские товарищи попросили его не «путать черное и белое».
Вообще, в последнее время китайцы перешли с мягких и обтекаемых формулировок на жесткие и конкретные заявления — дело в том, что Запад перестал понимать язык дипломатии и считает его проявлением слабости. Да и идти на какие-то односторонние уступки Пекин больше не намерен — пусть Лондон первым докажет свое желание сотрудничать, например, вернет вывезенные из Китая культурные ценности.
Именно с таким требованием издание Global Times обратилось к Британскому музею — там хранится более 20 тысяч предметов китайского искусства, которым давно пора вернуться на свою историческую родину. В Поднебесной обеспокоены масштабными кражами музейных экспонатов и просят не затягивать с их возвратом — более того, китайцы поддержали аналогичные требования Индии, Нигерии, Ямайки и ЮАР.
Прошли те времена, когда британские сэры и пэры одним росчерком своего пера решали судьбы целых народов. Теперь же они с удивлением обнаруживают, что привычная им тактика угроз больше не действует — более того, все больше стран предъявляет им претензии за их прошлые преступления.
И если Британия не откажется от своего комплекса белого господина и не начнет разговаривать с другими на равных, то ее ждет незавидная участь — туманный остров где-то на отшибе Европы, без каких-либо ресурсов и внятных перспектив.