Геометрические фигуры предъявлялись или в виде моделей, или в виде чертежей. Варьирующими признаками были: материал, цвет, размеры, пространственное положение, пропорции элементов и др. При формировании каждого понятия предъявлялось около 50 фигур.
Испытуемыми были учащиеся V классов. Как и в опытах Выготского — Сахарова, испытуемому открывалось вначале название и предлагалось отобрать все фигуры, которые называются тем же словом. Если он ошибался в выборе, открывалось название фигуры, имеющей другой набор несущественных свойств, и т. д. до тех пор, пока испытуемый не решал задачу правильно.
В конечном итоге всё испытуемые с решением задач справились, правильно отобрав все фигуры, относящиеся к каждому из трех указанных понятий, совершив при этом от одной до десяти проб.
После этого с каждым испытуемым проводилась беседа с целью выяснения того, на какие признаки он ориентировался. Анализ ответов показал, что испытуемые не осознают существенных признаков, не осознают и того, что только при наличии строго определенной совокупности их фигура может быть отнесена к данному понятию.
В контрольной серии опытов половине испытуемых было предложено классифицировать ряд животных на три группы: млекопитающие, рыбы, птицы. Естественно, что испытуемые никаких признаков от экспериментатора не требовали, они ориентировались по внешнему виду, пользовались имеющимся житейским опытом.
В силу этого плавающие млекопитающие были отнесены к рыбам, летающие — к птицам и т. д. Даже в тех случаях, когда экспериментатор давал испытуемым карточку с признаками классов, это помогало плохо: житейский опыт брал вверх.
Правильные решения были лишь в тех случаях, когда существенные признаки сочетались с такими внешними свойствами, на которые испытуемый привык ориентироваться в жизни.
Это еще раз говорит о том, что задания лишь системы ориентиров недостаточно, должно быть выделено адекватное действие, в которое они должны войти в качестве ориентировочной основы.