Журналист Дмитрий Ольшанский пишет: «Если холодно сформулировать, что такое был так наз. "марш справедливости" 24 июня сего года - или, если угодно, мятеж, - то его логику можно выстроить примерно так. Это был бунт против давно установленного и юридически оформленного порядка, причем это был бунт, исходивший от одного из многолетних "клиентов" этого порядка, который, однако, счел себя обманутым и проигравшим во внутренней политической игре этого порядка. Вместе с тем, бунтовщик не был настоящим путчистом - он не ставил себе целью реальный захват власти и тотальное насилие, но, скорее, хотел устроить агрессивную демонстрацию, привлечь внимание начальников этого порядка к своим проблемам - и добиться от них переговоров, компромисса и отстранения от общего процесса своих аппаратных обидчиков, чья экспансия его так задевала. В итоге, бунтовщик допустил роковую ошибку, так как отказался от принципа "замахнулся - бей", и, в то же время, спровоцировал перемену отношения к себе с настороженно-