Последний день уходящего лета – время подводить итоги. Заканчивается сезон в княжестве Анапском, разъезжаются холопы государевы по городам да весям, чтобы рубли-копеечки заработать, да в следующем году с новыми силами бухнуться в волну морскую. Местная знать барыши подсчитывает, что три месяца всеми правдами и неправдами с туристов соскребала. Природа потихоньку начинает готовиться к межсезонному затишью.
Приоткрыл глазоньки князь Анапский. Лежит он в хоромах своих на кроватях княжеских. Подушки взбитые, простыня с бахромой да матрасы современные, ортопедические. Покрыт покрывалом кружевным атласным. На голове колпак ночной, сам в пижаме из легкого хлопка с вензелями яркими. Слуги его стоят у изголовья, да веерами обмахивают. Никакого кондиционера не надобно. За окном, нараспашку раскрытым, солнышко яркое светит, прямо князю в левый глаз. Прищурился тот, улыбнулся спросонья, увидев со слугами рядом Марфу Черноморскую, что замещает его на всех мероприятиях не важных.
- Утро тебе доброе, князюшка. Как спалось, кормилец?
Не успел князь ответить, как услышал за окном щебетание птичье. Да не просто набор звуков, а переливы настоящие, музыку божественную с мелодиями неземными. Удивился, побежал к окну и видит – сидит на деревце птичка-невеличка окрасу непонятного, что среди веток и не различишь сразу, коли б молчала. А вокруг неё ещё с десяток таких же, только размером поменьше. И сидят те тихонько, во все глаза уставившись на ту, что своим пением их будто заворожила.
- Что это за живность такая? – обернулся князь к Марфе.
- Да невелика важность, родимый, обычный самец Анапского пустозвона.
- Что ещё за название такое? Не слыхал я раньше о таком. Но каков певец, наглец. А обскажи-ка мне о птице сей, хочу себе такую. Посажу её в клетку, пусть по утрам мне песни поёт. А может и ещё чего хорошего от неё добиться можно. Вдруг она как рыбка золотая желания мои исполнять будет?
- Не будет, луноликий, не будет. Недаром у него название такое. Видишь, скольких вокруг себя собрал? Сейчас попоёт им и улетит, только его и видели. А те, что на него смотрели ни с чем останутся, потому как сами петь не умеют или не хотят. А живут они небольшими стайками и в тех местах, где много еды и есть сильный сосед-покровитель, который, охраняя свою территорию, вместе с тем принимает под защиту и их. У тех птиц, которые гнездятся на деревьях, существует такой принцип разделения территории - старшие и опытные птицы строят гнезда в центре колонии, а молодые пары занимают периферию.
- Ну, ты, прям, орнитолог, матушка, - воскликнул удивлённо князь, - с такими знаниями и на свободе! Шучу, шучу. Но глянь-ка, Марфуша, он же на меня похож. Ну, вылитый же я! А как поёт! Заслушаешься! Похоже, обещает чего-то. Видишь, как остальные рты пораскрывали, будто он им туда сейчас корма накидает. Что ж ты, негодяй, сородичей своих обманываешь, а ну, брысь!
Взмахнул князь руками своими, спугнул Анапского пустозвона. Поперхнулся тот, пискнул два раза и улетел от греха подальше. А сородичи его не подвинулись ни разу. Куда им лететь? Здесь и сытно и тепло и кошка не достанет. А что до песен, так новый певец прилетит. Мало их что ли? Только вот песни всегда одни и те же, только голосом другим.
Отошёл князь от окна, задумался:
- Вот сижу я на ветке. И еды у меня полно, и покровитель рядом и кошки не достанут. Песни заливные сородичам пою неустанно. А вдруг кто вот так рукой махнёт и скажет «Брысь»? Что тогда?
Не успел он мысль свою скабрезную додумать, как прозвенел будильник красоты необычайной, на циферблате которого Дом Советов нарисован, а из окошка сам Князь Великий Красногородский выглядывает и сердито пальцем грозит.
Спохватился князь, засобирался спехом. Пора к своему соседу-покровителю ехать, не то как с ветки скинет, что тогда делать? Внизу кошки.
- Глашка-а-а-а-а-а!!!!! Запряга-а-а-ай!!!!!
Все герои сей сказки вымышлены, любое совпадение случайно. А если кому то что показалось перекреститесь, так как если кажется креститься надо.
ПОДПИСЫВАЙТЕСЬ НА КАНАЛ И БУДЬТЕ В КУРСЕ ТОГО, ЧТО ПРОИСХОДИТ В ГОРОДЕ-КУРОРТЕ АНАПА.