Краткое описание о чём пьеса:
Пьеса «Дни Турбиных» Булгакова была написана в 1926 году на основе романа «Белая гвардия». При этом автор сохранил как основных героев романа, так и ключевые события. Сюжет произведения переносит читателей в 1918 год – период зарождения «новой России». События описанные в пьесе, происходят в конце 1918 — начале 1919 годов в Киеве и охватывают собой падение режима гетмана Скоропадского, приход Петлюры и изгнание его из города большевиками. На фоне постоянной смены власти происходит личная трагедия семьи Турбиных, ломаются основы старой жизни.
Тема:
Судьбы интеллигентной российской прослойки общества в период гражданской войны, характеризующимся всеобщим одичанием.
Проблематика:
Идеи обреченности существующего мира и, в частности, белого движения, при этом персонажи выражают уверенность в возможность и неизбежность рождения новой страны, признавая большевистскую правоту.
Предыстория написания:
3 апреля 1925 года Булгакову во МХАТе предложили написать пьесу по роману «Белая гвардия». Работу над первой редакцией Булгаков начал в июле 1925 года. В пьесе, как и в романе, Булгаков основывался на собственных воспоминаниях о Киеве времён Гражданской войны. Первую редакцию автор прочёл в театре в начале сентября того же года, 25 сентября 1926 года пьеса была разрешена к постановке.
В дальнейшем она неоднократно редактировалась. В настоящее время известны три редакции пьесы; две первые имеют то же название, что и роман, однако из-за проблем с цензурой его пришлось сменить. Название «Дни Турбиных» использовалось и для романа. В частности, первое его издание (1927 и 1929 гг., издательство «Concorde», г. Париж) было озаглавлено «Дни Турбиных (Белая гвардия)». Среди исследователей не существует единого мнения относительно того, какую редакцию считать последней. Одни указывают на то, что третья появилась в результате запрета второй и поэтому не может считаться окончательным проявлением авторской воли. Другие утверждают, что именно «Дни Турбиных» должны быть признаны основным текстом, поскольку по ним уже много десятилетий играют спектакли. Рукописи пьесы не сохранились. Третья редакция впервые опубликована Е. С. Булгаковой в 1955 году. Вторая редакция впервые увидела свет в Мюнхене.
В 1927 году проходимец З. Л. Каганский объявил себя правообладателем на переводы и постановку пьесы за границей. В связи с этим М. А. Булгаков 21 февраля 1928 года обратился в Моссовет с просьбой о разрешении выехать за границу для переговоров о постановке пьесы.
Взлёт и сокрушительное падение
Сентябрь 1926 года. Пьеса "Дни Турбиных" идёт во МХАТе. 5 октября состоялась премьера, и после этого понеслось!
Современные маркетологи сказали бы, что для бешеной популярности пьесы нельзя было и желать лучшего: овации, слёзы и смех публики, аншлаги, бурные обсуждения, утопающие в цветах артисты, и в тоже время травля писателя, разгромная критика, организованные Маяковским "специально обученные люди", которые демонстративно покинули спектакль, а поэт сам показал пример.
Премьерная афиша спектакля. 1926 г.
Не могу не сказать, что относительно именно Маяковского и его личного присутствия на спектакле часть булгаковедов сильно сомневается. Они считают, что поэт никогда не посещал спектакль, а растиражированные слухи о его участии в разгроме пьесы — всего лишь байка, анекдот, очередная мистификация, которых очень много вокруг имени Булгакова.
Замечу, кстати, последнее вам ничего не напоминает? Современных ботов, которые набрасываются на "которые НАДО" статьи? "Фабрики троллей" вовсе не изобретение нашего времени.
Но как же попала во МХАТ такая неоднозначная пьеса?
Персонажи:
- Алексей Васильевич Турбин – полковник-артиллерист, тридцати лет.
- Николай Турбин (Николка) – юнкер, 18-летний восторженный юноша.
- Елена Васильевна Тальберг – сестра Алексея и Николая, красивая, прекрасно образованная девушка 24 лет.
- Тальберг Владимир Робертович – супруг Елены, полковник генштаба, неприятный тип, 38 лет.
- Мышлаевский Виктор Викторович – артиллерист, штабс-капитан, бесстрашный, открытый человек, 38 лет.
- Шевринский Леонид Юрьевич – поручик, личный адъютант гетмана, давно влюблен в Елену.
- Студзинский Александр Брониславович – капитан, 29 лет.
- Суржанский Ларион Ларионович (Лариосик) – 21-летний кузен Турбиных, родом из Житомира.
Исторические события:
Исторические события, которые описываются в романе, относятся к концу 1918 года. В это время на Украине происходит противостояние между социалистической Директорией, стоящей на позициях государственной независимости Украины, и консервативной прогерманской властью гетмана Скоропадского — Гетманатом. Правительство Скоропадского всё время своего существования колебалось между украинскими «самостийниками» и русскими «белыми», не снискав в конечном итоге решительной поддержки ни у одной из этих сторон. Ввиду поражения Германии и её союзников, Скоропадский объявил о полной перемене внешнеполитического курса, отказавшись от государственной самостоятельности — «Украине… первой надлежит выступить в деле создания Российской федерации, конечной целью которой явится восстановление Великой России». В ответ на это Директория объявила Скоропадского «изменником» и подняла восстание. Одновременно на Украинскую державу начали наступление части Красной армии. Герои романа оказываются втянутыми в эти события и, встав на сторону гетманата, защищают Киев от войск Директории.
Гетман сочувственно относился к антибольшевистскому сопротивлению, поэтому с лета 1918 года Киев стал всероссийским центром антибольшевизма. На Украине, в частности в Киеве, легально действовали «Центры» Добровольческой армии, занимавшиеся набором офицеров, здесь же шёл набор в другие антибольшевистские вооружённые силы (Астраханская, Северная, Южная, Русская народная армии), также декларировавшие восстановление «Единой и Неделимой».
Поскольку немногочисленные украинские части, которые немцы позволили сформировать гетману к моменту петлюровского восстания, либо поддержали Директорию, либо были ненадёжны, гетману пришлось искать опоры в слоях населения русской ориентации, прежде всего в интеллигенции, учащейся молодёжи и офицерстве, которые и составили почти единственный контингент защитников Киева. Стали формироваться добровольческие офицерские дружины (генералов князя Святополк-Мирского и Кирпичёва, а также другие), которые выступали под трёхцветным российским знаменем и получили у киевлян прозвище «белогвардейцев». В целом население Киева осталось равнодушным к этой борьбе. При этом подавляющее большинство либеральной и правой общественности склонялось к поддержке Добровольческой армии, а не Гетманата. Последний, с его продолжающейся риторикой в стиле преодоления последствий «ига злокозненной России», угнетавшего Украину «несколько веков», так и не смог обрести безоговорочной поддержки сторонников воссоздания единой России даже во время приближения к Киеву войск Петлюры. Власть гетмана никто не желал защищать. Распространённым мнением среди защитников Киева было «Мы подчиняемся Деникину, а за гетмана умирать не желаем». При этом, однако, русские правые круги поддерживали гетмана в борьбе с Петлюрой, в котором видели соединение двух наиболее ненавистных им зол: большевизма и сепаратизма.
Когда на Украине разгорелась война между Директорией и Скоропадским, гетману пришлось обратиться за помощью к интеллигенции и офицерству Украины, которые в большинстве поддерживали белогвардейцев. Для того, чтобы привлечь эти категории населения на свою сторону, правительство Скоропадского в газетах напечатало о якобы имеющемся приказе Деникина о вхождении войск, сражающихся с Директорией, в состав Добровольческой армии. Этот приказ был сфальсифицирован министром внутренних дел правительства Скоропадского И. А. Кистяковским, который таким образом пополнял ряды защитников гетмана. Деникин отправил в Киев несколько телеграмм, в которых отрицал факт наличия такого приказа, и выпустил воззвание против гетмана, требуя создания «демократической объединенной власти на Украине» и предостерегая от оказания помощи гетману. Однако эти телеграммы и воззвания были сокрыты, и киевские офицеры и добровольцы искренне считали себя частью Добровольческой армии.
В первых столкновениях с отрядами Петлюры немногочисленные офицерские дружины понесли поражение и заняли оборону в непосредственной близости от Киева. Вмешательство немцев, потребовавших заключения перемирия, оттянуло падение гетмана на несколько недель. Конец Украинской державы наступил после того, как немцы подписали с Петлюрой договор о «нейтралитете» — 14 декабря Киев пал.
Защитникам Киева была уготована трагическая судьба. При обороне, а особенно уже после занятия Киева войсками Директории, погибли сотни защитников города. Трупы многих из них были изуродованы или имели следы пыток. После того, как войска Директории оставили Киев, а большевики ещё не вошли в город, было найдено около 400 полуразложившихся трупов, преимущественно из военных. Основную массу пленных защитников города, числом до двух тысяч, победители собрали в Педагогическом музее, где и содержали несколько недель, выпуская в индивидуальном порядке на поруки. Тех же, за кого никто не хлопотал (около 450 человек), при содействии германского командования, под давлением представителя Добровольческой армии и представителей Антанты, выпустили в Германию, откуда многие из них последовали в различные белые армии.
Телеграммы и воззвания Деникина были обнародованы только после взятия Киева украинской Директорией, когда многие защитники Киева были пленены украинскими частями. Оказалось, что плененные офицеры и добровольцы не являлись ни белогвардейцами, ни гетманцами. Ими преступно манипулировали и они защищали Киев неизвестно зачем и неизвестно от кого.
Киевская «Белая гвардия» для всех воюющих сторон оказалась вне закона: Деникин от них отказался, украинцам они были не нужны, красные считали их классовыми врагами. В плен к Директории попали более двух тысяч человек, в основном это были офицеры и интеллигенция.
Сталин и "Дни Турбиных":
Сталин неоднократно посещал пьесу "Дни Турбиных". Приводятся разные цифры, но документально подтвержденной называют цифру 15. Считал ли Сталин Булгакова талантливым? Считается, что да, но ответ на этот вопрос куда сложнее, чем кажется на первый взгляд.
Существует много пересказов "приватных" разговоров, в которых Сталин кому-то хвалил Булгакова. Но все они документально не подтверждены. Что же касается официальной позиции вождя, то она была такой:
"Почему так часто ставят на сцене пьесы Булгакова? Потому, должно быть, что своих пьес, годных для постановки, не хватает. На безрыбье даже "Дни Турбиных" - рыба!
Что касается собственно пьесы "Дни Турбиных", то она не так уж плоха, ибо она дает больше пользы, чем вреда. Не забудьте, что основное впечатление, остающееся у зрителя от этой пьесы, есть впечатление, благоприятное для большевиков: "Если даже такие люди, как Турбины, вынуждены сложить оружие и покориться воле народа, признав свое дело окончательно проигранным, - значит, большевики непобедимы, с ними, большевиками, ничего не поделаешь. "Дни Турбиных" есть демонстрация всесокрушающей силы большевизма."
Из письма Сталина Биллъ-Белоцерковскому
А вот ещё:
"Взять, например, этого самого всем известного Булгакова. Если взять его "Дни Турбиных", чужой он человек, безусловно. Едва ли он советского образа мысли. Однако - я с точки зрения зрителя сужу. Возьмите "Дни Турбиных", - общий осадок впечатления у зрителя остается какой? Несмотря на отрицательные стороны, - в чем они состоят тоже скажу, - общий осадок впечатления остается такой, когда зритель уходит из театра, - это впечатление несокрушимой силы большевиков. Даже такие люди крепкие, стойкие, по-своему честные в кавычках, как Турбин и его окружающие, должны были признать в конце концов, что ничего с этими большевиками не поделаешь."
Из выступления на встрече с украинскими литераторами
Иными словами, посыл был такой: даже не очень талантливые пьесы Булгакова, в которых он с симпатией изобразил интеллигенцию, играют на руку режиму. Главное — финал. А изобразить другой финал Булгакову бы никто не позволил.
Существует ещё одна легенда про "Дни Турбиных" и просмотр спектакля Сталиным.
На один из первых спектаклей Сталин приехал тайно и смотрел его из ложи, спрятавшись за занавеской. Когда зал после окончания пьесы взорвался аплодисментами, Сталин отдернул занавеску. В зале настала тишина. Тогда вождь усмехнулся, развел руки словно бы для хлопка, неуверенно хлопнул в ладоши. Зал с облегчением зааплодировал. Тогда Сталин снова сделал серьёзное лицо и хлопать перестал. Зал послушно затих. Ну и вот тогда Сталин стал от души хлопать, а за ним и весь зал.
Красиво, не правда ли? Эту легенду я нашла у Юлиана Семенова в "Ненаписанном романе". Но вот больше никто эту историю не подтверждает. Например, в дневнике Елены Сергеевны её нет.
Про письмо Булгакова Сталину, а главное, странности этого письма, мы поговорим в другой раз. Пока же только замечу, что отношения этих людей были весьма неоднозначными.
Мораль и смысл:
Герои пьесы «Дни Турбиных» имеет право выбирать: эмигрировать или оставаться в стране; мыслить по-новому или продолжать быть ретроградом. Для кого-то новый строй и новое мышление – это начало новой жизни, для кого-то – это финал существования и крах. Но пока человек имеет возможность выбора – он свободен.
Заключение:
В своем произведении Булгаков осветил судьбу русской интеллигенции в годы революции и гражданской войны, обреченность белогвардейского движения и старого мира в целом.
Ну и конечно не забывайте ставить лайк👍 и подписаться на канал! Впереди у нас ещё много интересных статей!