Ближе ко второму часу ночи, шокированный новой информацией о себе, Стас наконец-то успокоился и заснул. Фил, удостоверившись в этом, ушёл на своё место и, брыкнувшись на подушку лицом, тоже провалился в забытье. Сознание подсказывало, что паника товарища небезосновательна, и подкидывала кошмарные сны, генерируя их из невысказанных тревожных мыслей.
Появление тапетума (светоотражающий слой позади сетчатки) и зажившие шрамы, ознаменовывали, что вирус ликантропии почти завершил перестройку инфицированного организма. И хотя, первые клинические симптомы должны были проявиться значительно позже - оживлённое пацанячье бесоёбство на ночь глядя сработало как катализатор.
Модификационные внутренние изменения были значительны и обширны. В первую очередь - обновился состав крови. После проникновения в кровяное русло вирус немедленно атаковал небольшое число эритроцитов, превращая их в новые форменные элементы поглощением гемоглобина. Они напоминали собой бледно-розовые серповидные клетки - люпоциты - и именно от их количества зависело - когда заражённый обратится в монстра и как долго это продлится.
В большинстве плоских и трубчатых костей появились новые швы-сочленения и зоны роста, необходимые для смены биологической формы.
Система актино-миозиновых структур, в скелетной мускулатуре, стала значительно прочнее и эластичнее. Это сделало мышечную ткань более выносливой к нагрузкам и превысило прежние физиологические показатели, позволяя носителям стать значительно сильнее, если в этом возникнет острая необходимость. Сформировавшийся, практически заново, мышечный каркас подразумевал возможность быстрее приводить себя в форму и дольше удерживать полученный результат.
Все внутренние органы обрели способность увеличиваться в размерах, для достаточного снабжения ликанной формы всем необходимым и утилизации ненужных, токсичных веществ, если бы таковые оказались в организме.
Процесс перестройки оказался крайне ресурсозатратным для ещё растущих организмов и требовал почти постоянного притока питательных веществ и витаминов. Общая ситуация осложнялась тем, что изменения, под действием вируса, совпали с недавно начавшимся половым созреванием. Из-за этого, парни испытывали сильный голод, стресс и раздражение в первые дни после пробуждения от наркоза. Однако, в лечебном учреждении, юных пациентов хорошо кормили и вливали в пострадавших от нападения "собак" значительный объём витаминов и лекарственных препаратов. Это-то и позволило Филе и Стасу выйти в ноль с безбожно истощающими их изменениями.
Эх, если бы только врачи обычной поликлиники №38 знали, с чем имеют дело... Но так вышло, что единственная мера предосторожности, имевшая для Фили и Стаса долгоиграющие последствия, явилась вакцина от бешенства. Им её сделал фельдшер ещё в карете скорой помощи, справедливо полагая, что она может спасти им жизнь, если хирурги сделают своё дело качественно. По причине родства возбудителей, прививка не позволила вирусу ликантропии проникнуть в ткани головного и спинного мозга, тем самым, сохранив обоим мальчишкам человеческий разум и защитив от "первичного" неполного обращения в собакоподобное существо. Однако, спасительная инъекция не имела ни малейшего шанса на изгнание чужеродных агентов из уже поражённых ими клеток организма.
Вирус ликантропии, в отличие от своего собрата, не имел привычки убивать своего носителя, однако, провоцировал на агрессию не хуже удара мизинцем о косяк двери.
Предположение Филиппа, о необходимости сохранять спокойствие, для того чтобы не потерять человеческое лицо, было весьма точным. Люпоциты очень тонко подмечали изменение концентрации адреналина, норадреналина, тестостерона и кортизола в крови, реагируя на это всегда одинаково - увеличением численности. Как только количество бледных серповидно-клеточных форменных элементов достигало определённой концентрации - тут же запускался процесс обращения в зверя, вне зависимости от желания заражённого. До тех пор, пока страх, гнев, злость или иное чрезмерное возбуждение не рассеивалось - люпоциты спокойно циркулировали в крови, подпитывая силу и агрессию носителя, не позволяя ему вернуться к человеческому облику. Тем не менее, через определённый промежуток времени наступало угасание сильных эмоций и это запускало процесс апоптоза серповидных клеток. Когда же их число в крови достигало абсолютного минимума - это возвращало заражённого в его исходную форму.
От вируса была и ощутимая польза, заключающаяся в ускоренном исцелении всевозможных травм и превосходной защитой от большинства инфекционных заболеваний. Любая чужеродная клетка уничтожалась "озверевшим" иммунитетом с особой жестокостью.
Повреждения мягких тканей, которые Филипп со Станиславом получили в парке, затянулись значительно быстрее, чем предполагали врачи. Однако, перелом руки у Князькова, естественно, ещё не сросся как следует. На восстановление костной ткани, организму требовалось больше времени и потому домой его выписали с гипсом и рекомендацией от травматолога - "на время, приостановить съёмки во всех остросюжетных триллерах".
Для такого махрового домоседа, как Стас, желание ходить на ушах находилось в самом дальнем углу пирамиды потребностей. Поэтому он спокойно погрузился в ведение дневника наблюдений, чтение отцовских книг по зоологии и пристрастился к просмотру "Сверхъестественного" вечером по телевизору.
Для Фили, ситуация с выздоровлением была более оптимистичной. На месте швов остались небольшие бледные полосы, которые проступали на коже лишь при напряжении мышц в этой области.
Пристально осматривая себя, со всех сторон дома, после мытья в ванной, Филя пришёл к оптимистичному выводу, что никаких страшных метаморфоз с ним не произошло.
-"Руки-ноги на месте, мордой лица на Франкенштейна, вроде, не смахиваю, даже голос остался прежним. А то что глаза теперь в темноте светятся - так это пустяки! Я ожидал худшего. Хвост хоть и не вырос, зато... Ох, ё!" - Парень самодовольно посмотрел вниз и криво усмехнулся. - "Лёгким движением утра чижик теперь будет увеличиваться в размерах. Любанька обалдеет, если заметит." - Филипп шутливо указал на своё отражение в зеркале и цыкнул: - Держите его семеро, этот парень горяч и опасен, как чебурек с вокзала.
***
Надя едва успела отворить дверь, как в квартиру пулей влетела Любашка.
- Люб, что такое? Ты как из подвала выскочила. - Удивлённо взглянула она на подругу.
- Надя! Ты не представляешь, какой ужас приключился. Филю со Стасом покусали собаки в свибловском парке вечером. Они оба пролежали в травматологии всю последнюю неделю. Моя мама недавно говорила по телефону с мамой Стаса. Ужас, какой кошмар! - Зачастила Любашка. Девушка металась по коридору, как ошпаренная, всем своим видом демонстрируя состояние близкое к истерике. Надя, обеспокоенно, подошла к подруге и, обняв ту за плечи, прямо заглянула ей в глаза: - Любаш, ты ничего не путаешь? Просто, я точно знаю, что в больницу угодил Новиков с переломом ноги. В день, когда мы генералили кабинет - они с Сеновым сильно подрались. Да так, что Лёшка из окна вылетел.
Демченко, которая, как и все другие отличники, была освобождена от необходимости участвовать в генеральной уборке, до сих пор ничего не знала о событиях того дня. Надюшке не хотелось рассказывать подружке, о столь некрасивой истории. Ведь она считала себя косвенно виновной в произошедшем. Сложная схема того - кто, за кого и кому врезал, должна была остаться неизвестной для чрезмерно эмоциональной Любашки. Однако, скрывать ситуацию сейчас уже не имело никакого смысла. Услышанная информация шокировала Демченко, не меньше той, с которой она прибежала к подруге. Округлив глаза, она уставилась на Татаринцеву и спросила, прикрыв ладонью рот: - Как это? Филя совсем неагрессивный. У него должна была быть причина для такого поступка.
Надя растерянно отвела взгляд в сторону и пригласила подружку пройти на кухню, где поведала о полномасштабном конфликте.
Люба, внимательно выслушав подругу, спокойно сделала вывод о произошедшем: - Лёшка сам виноват, что полез в драку. А Филя, правильно сделал, что накостылял ему по первое число. Он - повёл себя как настоящий друг. В очередной раз заступился за Стасика, который, не то что за девушку, за себя-то постоять не может. - Любашка недовольно скривилась, но тут же сменила выражение лица, заметив, как Надя недоумённо воззрилась на неё, после столь нелестной характеристики парня, который той очень нравился.
- Но гораздо важнее, что он попытался! Значит, по-настоящему, любит. Извини, я не хотела тебя чем-то задеть. Вы с ним очень красивая пара. - Поспешила сгладить ситуацию Люба.
- Ничего страшного. Спасибо. Если честно, я и сама не ожидала, что Стас попробует защитить меня. - Заверила её Надя и, опечаленно вздохнув, продолжила свою мысль, - но теперь, я даже жалею об этом. По моей вине случилась отвратительная ситуация, а Фильку со Стасом родители, наверняка, сильно отругали за драку.
- Вряд ли, Стасику сильно досталось, родители его очень любят и наказывают редко, а вот у Фили строгая мама и живут они с отчимом. Он рассказывал, что этот дядька тот ещё говнюк и они с ним терпеть друг друга не могут. - Любашка вскрикнула от внезапной догадки: - О, господи! Я поняла. Скорее всего, отчим его побил, за хулиганство, а мама Филе не поверила. Вот почему он сбежал и из дома в тот вечер! - и поспешила пояснить, непонимающе взглянувшей на неё подруге, что имела ввиду: - Филя и Стас пролежали в больнице полторы недели, в общей сложности, по словам тёти Оли. От своей мамы я точно знаю, что Филя сбежал из дома на ночь глядя, а Стас пошёл его искать и нашёл в свибловском парке, где их сильно погрызли собаки.
Надюшка положила голову на руку, которой облокачивалась на стол: - Получается, это всё из-за меня. Я - ужасный человек. Надо было просто отойти в сторону и ничего Лёшке не отвечать. Может быть, тогда бы всё и обошлось.
Демченко с жаром возразила: - Надюш, что ты такое говоришь? Этот Лёшка настоящий хам и подонок, его давно следовало поставить на место. Ты ни в чём не виновата.
- Люба, Стас не отвечает мне на сообщения всю эту неделю, он, точно, злится на меня. - Проронила Надюшка, в нерешительности.
- Скорее, это Филя на меня теперь дуется, что я ничего ему не писала за этот же период. Мы с родителями были заняты ремонтом на даче у бабушки, я только вчера вечером узнала о случившемся. - Продолжила увещевательную речь Любашка. - Кроме того, Стас, что в аське - что в вконтакте, существует, чисто формально. Он появляется в сети, разве что, по зову Ктулху. Лучше сходи к нему в гости, он уже должен был вернуться домой с больницы.
- Да я умру со стыда прямо возле домофона. - Призналась Надя и тут же спросила: - Может, ты сходишь вместе со мной?
- Погоди, я тогда Филе напишу. Скажу, что безумно хочу встретится, но только всем квартетом. Не думаю, что он откажется. - Деловито залезла в телефон Любашка. - Ты пока достань те свои обалденные шорты и переоденься, пусть твой Стас офигеет.
- Ты думаешь? - Нерешительно, встала со стула Надюшка. - Мне они кажутся слишком вульгарными, не люблю в них ходить и не понимаю, зачем я их купила.
- Потому что я тебе посоветовала. Такую красоту надо показывать, а не прятать. - Дружелюбно улыбнулась Любашка подруге, кивнув на её пятую точку.