«Юлька, помолчи!»Семнадцатая серия Я испуганно застыла. У парня просто отказывают тормоза, арестовали его тетю Марию, теперь он меня похитил и тащит куда-то в неизвестность. Я попыталась остановить его и взволнованно попросила:
- Это ошибка, Толик, выслушай меня…
Он скривил и без того кривой рот, почесал большой, как у волка, нос и прохрипел, посмеиваясь:
- Подруга, а может, у тебя есть какое-нибудь прослушивающее устройство, поэтому не боишься? Я говорил тётке, что она зря тянет кота за хвост. Хотел просто заставить открыть хранилище. После ограбления поджечь его дом, а то слишком много возни.
- Толик, - растеряно сказала я, - Это вы о чем?
- Я – у бий ца. Слышь, жена Макара, которая хочет обвести меня вокруг пальца, как обвела Ковальского?
У меня, видно стала такая физиономия, что Толик удовлетворённо кивнул.
- Эти двое отец и сын, просто ...параноики. Алёна – вообще отдельная тема. Сейчас меня ищут, но не знают, что я уже давно живу здесь по поддельным документам. Алена, значит, переобулась.
Ну что, ей же хуже! А ведь на коленях у меня прыгала. Я только понял, что одной наследницей меньше, что ты Ковальскому никто... И тут опять двадцать пять! Вот какого барабана ты замуж вышла?
- Судьба… - промямлила я, потому, что Толик уставился… - Я же не знала.. Но мы уже развелись.
- А нам уже все равно, тетка моя наследство по закону не выманит, её же взяли…
Я быстро закивала.
- Значит, будет, как я скажу! Сначала сын узнает, что я хочу, потом его старый ворюга. Они заплатят за тебя, и будешь жить.
- А он сам? Арсений будет жить? А его отец?
- Я еще не решил. Раньше мы думали, его прибить еще до того, как старик скончается, - восторженно ответил Толик, - Но тетка моя вышла из игры. Остались только мы с тобой. ...Судьба!
- Стечение обстоятельств! Но ты… устроил одно … преступление? Мама Арсения?
- А ты кто такая, чтобы об этом выяснять?
Я сглотнула.
- Я подставная жена. Мой муж – детектив, а я следователь.
- Врёшь! Мала для следователя!
-Я - вундеркинд. Ты её сам, своими руками, да?
- Иди со мной, коза. Потом поговорим, надо замести следы. И не вздумай звать на помощь!!! Я тебя сразу хлопну!
Мы пошли на улицу. Светлым пресветлым утром.
Так, Злата, - мысленно убеждала я себя, - Ты взрослая хорошая девочка, сейчас отличный шанс пустить в ход крик сирены или запеть! Петь он мне не запрещал? Нет. Какая бы песня понравилась этому похитителю… Мурка, наверное! Или он классику любит, как и я?
Надо что-то громкое, призывающее к действию. И обязательно веселое, потому, что очень страшно. Боже, мы с ним идём, как друзья… Ничего, что в мой бок что-то толкается? Что это за палка? Дуло или он меня пальцем пугает в шутку?…
Мой похититель, проходя мимо урны, выбросил телефон.
- Давайте быстрее ребзя, стрясем у него бабло! – откуда-то издалека, со стороны раздался грубый мужской голос.
Голос явно принадлежал какому-то бескультурному, а значит злому человеку… Но.. даже очень злой, возможно, захочет защитить бедную девушку!
Однажды меня начали сильно бить в детдоме. В живот и в ноги, а по ногам было жутко больно… По голове - закрывала её руками. И тогда я запела… И меня пожалели... потом...
Взглянула на своего «Друга», который настойчиво прижимал меня к себе и тащил. Открыла рот…
- Ничего на свете больше нее-ету, чем бродить друзьям по белу свее-ету!!! Тем, кто дружен, не страшны тревоги, нам любые дороги дорооо-оги. Нам любые дороги …
- А ну заткнись!!! Ты!!! *****!!!!
-Давай, разбей мне лицо! – закричала я в слезах, - Разбей, разбей, ты мне не друг! Ты меня …
Он зажал рукой мой громкий рот, но было уже поздно! Они услышали!
- Эй, мужик!!! Стой!!!
Последовала нецензурная брань в три голоса.
- А ну стой! Отпусти девчонку!!!
Сейчас они наедут на него, а потом… Можно затеряться в толпе, только где её взять? На улицах почти никого… Ну и что… Ой, он меня душит…. Помираю, мамочка…Поздно. Слишком поздно! Мы уже подходим к машине!
На землю мы полетели вместе, и моё тело пронзил огненный штык.
Что там творилось! Такого отборного дворового «сленга» я еще в своей жизни не слышала. Раздавался мужской вой и хлопки, кому-то что-то сломали до хруста. А я перевернулась на спину и уставилась в небо. Надо мной качались деревья, летали птички…
- Наш ковер цветочная поля-а-ана… - плача от боли спела я, - Наши стены сосны велика-аны… Наша крыша… - я захныкала, как ребенок, но всё таки допела – Небо голубое… Наше счастье жить такой судьбо-ою. - Почувствовала, как огромная лапа опустилась на мою голову, но не сразу перестала петь - Лалалала ла ла…
-Лалай ла ла ла … - допел мужской бас, - Лалала е…. е-е ....е-е. Лежи, девах, не двигайся. Щас помощь придёт… Уже баклан вызывает. Наш кореш Борька. … Лежи.
Я медленно перевела взгляд с неба на оказавшего рядом мужчину. Суровые челябинские глаза смотрели на меня с неприкрытой жалостью. Что-то мне, наверное, худо. Это я поняла сразу по его голосу и взгляду, хоть и надеялась… А на что я надеялась?
Толик мог быть не один, вспомнила, что последний охранник, преступник-то еще на воле. Он может быть рядом, в машине, ждать этого Толика. Пока я способна говорить, надо сказать:
- Если я не смогу, передайте полиции, что Алёна с ним заодно. Алена Ми… Мирзоева…
- Сама передашь! – буркнул челябинский суровый парень и отвернулся.
Скорая все не ехала, я приподнялась, и вроде бы всё было совсем неплохо. Бок саднило, костюм черный стал мокрым.
К нам осторожно приближались еще какие-то люди, а мой похититель лежал под другим челябинским парнем и вяло подёргивал ногой.
Я расстегнула пиджак, задрала маечку, сразу же прилетел какой-то дяденька с дрожащими руками, начал копаться в красненькой аптечке, распаковал зубами бинт, полил меня зеленкой, перевязал и сел рядом на траву, вытирая пот.
Пожалуй, это было лучше, чем оставаться в заложниках… Во всяком случае, гораздо лучше, чем быть приконченной этим Толиком сумасшедшим и глупым. Мне повезло гораздо больше, чем я думала. Петь на улице и кричать на него глупая идея была, но мне повезло.. Повезло! Пойти с незнакомым врачом гулять, только потому, что хочется кушать, свежих сосисок в тесте… Или котлет в тесте…Именно об этом я думала, когда выходила с ним прогуляться. Мне хотелось есть. Вот и потеряла чувство опасности. Древние люди ради еды в лес с дикими зверями ходили с одним копьём, а за рыбой - в реку с крокодилами прыгали. Забывали о безопасности. Вот и я так.
Меня осторожно подняли, усадили на лавочку в сторонке, так как пуля только ободрала бок, скользнув по ребрам. А полиция приехала и забрала сразу всех дерущихся. Но не меня… Я так и осталась сидеть с тем дяденькой на лавочке, он даже за руку меня держал.
Седой такой, полненький, хороший.
Интересно, а какой у меня был отец?
Я вздохнула и поднялась на ноги.
- Подвезти тебя домой? - засуетился дяденька, - Куда подвести?
Но от стресса я не понимала, что дальше будет. И куда меня везти, тоже не понимала. Деньги были – две смятые пятисотки Наташкины в кармане, на еду. Но самое великое моё упущение оказалось в том, что я не запомнила название боль ницы с Арсением. Меня же туда просто привез Макар. И не запомнила адрес Макара. И офиса его тоже. Зато, я запомнила Верхние Лихоборы и салон красоты "Мисс А".
И адрес тётки, к которой я совсем не хотела помнить. Адрес Ленки, которая была в отпуске на море... Ну и конечно Наташки с Юлькой в Александрове.
Мысленно выбрав Лихоборы, я оказалась снова в лесу неприятностей. Попросить позвонить по телефону еще раз в полицию? Я скромно попросила у дядечки телефон, он сразу дал. Подошла еще женщина и девушка, которые видели нашу потасовку издалека.
Я начала звонить по знакомым номерам. А потом силилась не рассмеяться или не заплакать от досады. Обе мои подруги не отвечали на звонки. Конечно, номер-то незнакомый. Но меня же похитили, вдруг им звонил похититель! А если они не знают, думают, я просто вышла погулять? Спят?Вот западня… Ну что мне было делать - снова набирать сто двенадцать спасателям! И я, отчаявшись, позвонила.
Надо было видеть лица девушки женщины и дядечки, когда я начала сообщать, что меня похитил какой-то Толик, который не только подстроил гибель Ковальского, но еще и знает Алёну Мирзоеву и Арсения с Виктором Алексеевичем, известным коллекционером. А теперь я раненая им в бок нахожусь неизвестно где и в каком районе. Адрес моей лавочки девушка подсказала.
Вскоре приехала полицейская машина и скорая помощь заодно. Ну так… На всякий случай. Меня осмотрели, посветили в глаза фонариком, уточнили, били ли по голове, падала ли я. Осмотрели рану, заново перевязали. Похвалили дядечку, пожали ему руку и повезли в отделение.
Я представляла, как Юлька искала меня, рыскала по этажам. Как она вцепилась в охранника, который только принял смену – он-то меня не видел. Подумала, наверное, что я решила выйти замуж за Макара и обревелась. Я перебирала в уме все возможные варианты, кроме одного.
Арсений испугался, когда поняли, что я исчезла, снова позвонил своему другу Владу и потребовал со мной развестись. Ради моей безопасности.
***
В отдел полиции я брела, шатаясь от голода. Стыдно было признаться, но хотелось заглянуть в мусорку и найти там какую-нибудь убогую вафлю от мороженого. Я даже представляла магазинчик почему-то с копченой рыбой на прилавке.
Потом поняла, что просить не буду, даже если у меня начнется дистрофия.
Встрепанная прическа на моей голове была, видимо, как у дикаря Маугли из глухого индийского леса.
- Что произошло? – спросили меня в полиции, - Пишите подробно.
Я сглотнула слюну и осторожно начала выписывать приключения сегодняшнего дня с предысторией.
Забирать моё тельце из этого отделения приехал ни кто иной, как Евгений Иванович. В это время я ела пятый по счету бутерброд с колбасой и пила сладкий крепко-заваренный чай.
- Ты как? – спросил он, - Жива?
Я закатила глаза, вздохнула и запихнула в рот остатки бутерброда.
Евгений вежливо поболтал, расписался в какой-то ведомости. Я тепло попрощалась и ...вышла из одиночной клетки, в которую меня всё таки поместили. Ну так… на время. Ради безопасности.
Так было положено.
Потому, что я несла какую-то околесицу, писала странное сочинение, и требовала скорее отвезти меня в белую больницу с красной вывеской. А еще почитать заголовки статей про Ковальского, где я еще с длинными волосами, которые продала за сто с лишним тысяч. Еще я просила позвонить Евгению Ивановичу или Андрею, моим друзьям следователям.
Я вообще первый раз в жизни была в полиции вот так, после того, как меня пытались под ..стре ...лить.
Отделение полиции на мои просьбы равнодушно не реагировало, зато удовлетворило потребность в еде. Причесаться так и не удалось.
И вот я уже к вечеру ехала в машине со следователем и засыпала… Мне привиделось, что мы едем в лес неприятностей, со страшным названием Лихобор, поэтому резко села и протерла глаза.
Вскоре, лес начал расступаться, я оказалась возле дома Ковальского, где на дороге стояла Наташка и махала руками, поднятыми вверх.
- Золотая рыбонька… - заревела она, как по безвинно убиенной и схватила меня за грудки, расцеловав сладкими губами. – Я скоро заберу тебя к себе домой! И вы больше с Юлькой вообще никуда! Я вас на цепь посажу, обувь отберу… Сама работать буду! Маленькая мойа-а-а!!! Златочка-а-а-а. Мы обе начали реветь и обниматься. Я только сейчас поняла, что сама всё натворила, а Наташка казнила себя.
-Наташка, я так тебя люблю! Ты моя родная..
-Да что ж это такой, вечно тебя бьют, обижаю-у-ут. Гадыыы…
- А ну …- только начал Евгений и получил он Наташки такой взгляд полный ненависти, что попытался сесть в машину, но не успел. Подруга отпустила меня и бросилась на него быком. С разбегу налетела, врезалась и замолотила кулаками по груди. Он сжал её тисками своих рук и поднял подбородок.
Наташка не выбивалась из сил, а я за нее перепугалась. Это же следователь, при исполнении.
Рванула к ней, начала по спине гладить и спрашивать невинно:
- Наташ, Наташа… А как там Арсений?
- Да не знаю я!!! Он, наверное, уже перестал рыдать и грызть подушку. Юлька сказала, что даже разговаривать ни с кем не хочет. Они же проснулись, подумали, что ты где-то рядом.
Наталья начала успокаиваться, но Евгений не спешил разжимать свои тиски, даже покраснел от усилий.
- Сумка на месте. – продолжала Наташка, - Нет тебя и нет. Юлька в сумку заглянула – там всё, деньги, телефон, документы… Пошла искать. Никто не знает, никто не видел… Арсений твой, этот «богвойны», подумал, что ты с этим своим Макаром встретиться решила, что он к больнице приехал. Утром рано. Юлька звонить отказалась, телефон ему подала, он с ним начал говорить, наорали друг на друга… Юльке тоже досталось, наверное, за то, что ночью вам всю малину испортила. И тут такое сообщение, что час назад в тебя на улице … ранили, с головой плохо, в общем, тяжело, состояние критическое.
- Да ничего не критическое!
-Ты не помнишь, просто! Память отшибло… Наверное… К тебе еще не сразу скорая приехала, потому, что какой-то гопник вызывал, ругался неэтично с диспетчером. Потом еще женщина вызвала и мужчина… Златка, что же ты такая невезучая! Только оставишь, сразу всё у тебя вот так… Вечно тебя обманут, нищей оставят, жилья лишат. Ну Золушка она и есть!
- Правильно, потому что у меня такие гены, Наташ. Может, родители у меня тоже поэтому… закончили в молодости свою жизнь неудачно, и я так же.
- Ничего ты не закончишь!!! Какие гены?? – оставив свое ласковое выражение лица, Наталья разозлилась и гневно, привычно сверкала буйными глазами, - Это гад Ковальский тебя подставил, подвел! Правильно он в песне пел – я тебя подвел!
- Он не пел…
- Злат, что произошло? Как он мог проскочить туда? Охранник наш там внизу, все перекрыто… - осторожно спросил Евгений.
-Он на каталке заехал. Я, кажется, даже видела, когда привезли. Больным прикинулся, и в то же отделение.
- Не может быть!
- Может, какой-то проехал еще ночью… А рано утром ко мне зашел в халате. Я там всё в объяснительной написала.
- Как ты всё это пережила? - вздохнула Наташка и погладила меня по буйной головушке.
- Хоть накормили в полиции… Есть хотела ужасно.
- И как такое могло получиться, господин следователь? - прошипела Наташка, - А если бы он их обоих??
- Не предусмотрели. – вяло ответил Евгений и отпустил её. наконец.
Глаза у Жени стали какие-то странные, напоминающие две монетки.
Наташка поправила свои волосы, одернула юбку и еще раз мстительно взглянула на него.
Я подумала, что она опять начнёт ругаться, поэтому решила сменить тему беседы.
- А вы знаете, что мой похититель звонил Алёне, сказал, чтобы она передала о похищении Арсению, а она призналась, что сама за него замуж хочет? Интересно, этот Толик посвятил свою подругу Алёну в подробности? – спросила я и прищурилась. Солнце выглянуло и ярко светило в глаза, даже немного согревало, - У них отношения. Были, и он надеется, что будут!
- Ну, теперь уже точно не будут. Алёна от маячков отказалась, засела дома, а потом исчезла. Отец её разыскивает. Найдем!
- С чего это вдруг она решила … исчезнуть? Испугалась разоблачения?
Евгений горько вздохнул.
- Мирзоев и его друзья наняли адвокатов. Я уже всё понял, дела у них плохи. Дом продать никак не могут, долги выше крыши, а отец гуляет на кредитные средства, всё живёт на широкую ногу. Дочь тоже в курсе. Ей замуж за богатого надо, который бы согласился отцовские долги закрыть и аппетиты умерить. Арсения клуб Мария подожгла. С этим Толиком, племянником Алёна на контакт пошла… Самые коварные – это женщины. Вот поэтому я и не женился больше.
- Ай ли! – усмехнулась Наталья, - Поэтому ли! Да ты их боишься! Да, боишься, боишься! Даже разговоров боишься! А с сестрой моей не забоялся? Да потому, что она тебя на слабо взяла! Фу, как можно было! Эта Юлька… Тьфуу! Где она сейчас?
- Она в машине, едет сюда. Прятаться от своего какого-то жениха.
- За твоей широкой спиной что ль? Ну надо же!!! Защитник. Вот и ты... и еще один жених нашелся, на мою голову!
Евгений смутился и кашлянул.
- Еще и чахоточный!
- Наташ, ты что? Он же нам так помогал.
- Помогал??? Да они только трескать умеют и языками чесать!
- А я могу к Арсению поехать? Сейчас с Виктором Алексеевичем поздороваюсь и поеду.
- Злата. Ты останешься. В этом загородном доме вы будете жить, под нашей охраной, пока последний из преступников не будет пойман.
- Ну так найдите Алёну… - растерянно попросила я, - А вы будете с нами жить? А как же ваши дети?
- Они с матерью моей и с отцом. Все в порядке… Кроме того, что я отец-одиночка.
- Пока сестру замуж не выдам, на меня не рассчитывай, - усмехнулась Наташка, аккуратно взяла меня за талию и повела к дому.
- Наташ, ты что его лупишь? – зашептала я, - Он же полицейский. Вот арестует тебя за нападение.
- Ну и пусть арестует. Посмотрим еще кто кого. Лысая бездарность…
- Наташ, он что… тебе …
- Ладно, Златка, вижу, от тебя ничего не скроешь! Это он в меня, а не я в него! Ну а что? Не смотри на меня так! Я – красивая женщина с ребенком, которого надо пороть и ставить в угол… Где эта Юлька?!
- Наташ!!! У тебя с ним… что, серьёзно?
- Да прям! Так побаловаться… Зачем мне еще непонятные дети? Куда я их?
- Злата… Пройдём в кухню, я тебя еще раз допрошу, - проворчал Евгений и я оглянулась. Он шел неспешно, как бы оценивая обстановку и поглядывая по сторонам, хотя ворота уже закрылись.
- Какую тебе кухню! Ну какую! Опять есть? - возмутилась Наташка.
- Дайте мне хоть Арсению позвонить!... Если я здесь остаюсь… Он мой муж всё таки…
Я услышала кашель за спиной.
- Что, уже нет? Развели?
Евгений кивнул.
- Ну всё, - вздохнула я, - Это конец. Теперь его похитит Алёна и поставит условия.
- Уже поставила…
- Как это?
- Ему позвонил аноним и сказал, что ты останешься жива, если…
Евгений уставился за горизонт! Ну что «если»???
- Если он разведется с тобой и женится на ней! – закончил следователь и потряс головой. – Мне только что сообщили о звонке.
- Я сразу поняла.
- Да, эта лошадь своего не упустит! Зубы, как у кобылы.- сказала Наташка успокаивающе.
- Я даже не видела её зубы. А в остальном она идеальная.
- Идеальная кобыла. То она беременна от Ковальского, то не беременна…
- Как бы Юлька не оказалась… - задумчиво протянула я и поняла, что сейчас разверзнутся небеса, потом оттуда меня пришибёт молния.
- Златочка, что ты сказала, сладкая моя?
Тихий голос Наташки меня испугал. И Евгения, похоже, не меньше.
- Не хочешь ли ты сказать, что моя девочка…
Я решила отвлечь Наташку и подскочила к Евгению:
- А история в подвале подтвердилась?
- Да, всё так как ты сказала. Толик договорился со своей … подругой. Они туда зашли в тот момент, когда ты выселилась и отправилась к Ковальскому! Мы его еще раз обследовали, и нашли много интересного.
- Чего?
- Отравы. Для крыс и мышей. Только ими были отравлены продукты. Молоко запечатанное, сливки, сметана… Даже… хлеб… И сыр… такой, в баночках. Эти продукты лежали в коробке. Точно такие же в холодильнике. Кто-то готовился кого-то … отравить. Причем, продуманно. Так, чтобы наверняка.
- Откуда вы знаете? – похолодела я.
- Злат... Как ты, зайка, думаешь… - процедила Наталья, - Кого они хотели … отравить?
- Ме… меня. – я горестно вздохнула. – Точно меня. Я должна была жить в этом доме у Алёны, пока меня старик к себе не впустит… Несколько дней… Он же никого сразу не впускал…
У Наташки порозовело лицо и покраснели глаза.
- А я упросила Арсения остаться со мной. Я очень его просила… Они с этой Алёной перезванивались, а потом, утром… я еще спала, а она уже была в доме, они спорили… Мы выселились оба… Я пошла к Виктору Алексеевичу, где он, кстати? Арсений и Алёна уехали… Друг за другом…
Наташка сверкала глазами на Евгения, а он на меня.
- То есть, с самого начала ты должна была остаться в доме Алёны одна?
- Абсолютно одна. Она еще спросила нашел ли Арсений меня.
- В общем, так. Это всё объясняет и приводит меня к разгадке.
- Ха! – сказала Наташка, а я попросила:
- Не перебивай, Наташ, он - следователь.
- Я тоже могу ошибаться. Но сейчас я убеждён. Полностью. Арсений Ковальский точно знал, кто в завещании. Ему предоставил копию тот самый человек, который долгие годы мечтал его увидеть. Его отец. Но… через юриста. Вот так он решил. Если сыну ничего не оставить… А Виктор Алексеич думал, что сын жаждет его скорейшей кончины… Так вот, если ему ничего не оставить, он женится на той, кому оставит. Или придёт к отцу разбираться, ухаживать… В общем придёт. Просить и умолять старик не хотел. Но и перед близкой смертью увидеть единственного сына стало его.мечтой и целью. Взрослого не заставишь, поэтому Старик проявил слабость. Он не подумал о последствиях.
Арсений обходными путями узнал, что у него есть сестра, которую оставили в детдоме. И Ковальский старший не захотел его разочаровывать. Он поделил наследство на две части. Одну – соседской выросшей девчонке Алёне, вторую – этой девочке-сироте, которую усыновили всего лишь… на пару лет.
- Меня удочерили! И почти на три года…
- В конце концов, он решил так… Или сын придёт разбираться, что это за Иванова Злата Викторовна… Отчество у тебя, кстати Викторовна… Или просто женится на Алёне. И, может, Алёна помирит их. Она так обещала. Обязательно на свадьбе отцы, обязательно. И тебя все не находили, просто шутки шутили…
- Мне тоже всё понятно теперь.
- А я знаю. Ты просто боялась это озвучить и не знала про отраву. Этот … Толик, скорее всего тебя бы не оставил в живых. Если только из личной симпатии.
- Она хотела, чтобы… я … сама отравилась. Думала, что я одна в доме. Начну завтракать, куда-нибудь уйду… И она заменит продукты.
- Алена пришла, чтобы заранее заменить продукты. Ты могла увидеть их вечером. Или попробовать. Точно такие же она принесла бы из подвала, открыла упаковки, какие надо, оставила бы запечатанными, какие будут нетронуты… Она бы спряталась или уехала.… Скорее уехала. Проверила дом и уехала. А потом, когда ты уже всё… тю…
- Я тебе дам тю! Я щас как… дам… Златка…Как мне страшно… - понизив голос, со слезами проговорила Наташка.
- Так, значит, я правильно умоляла Арсения побыть со мной? Иначе во время завтрака я бы … отравилась, как крыса?
- Или, как мышь. А она бы снова заменила продукты на хорошие, а те, я думаю, унесла бы и где-нибудь захоронила.
- И у Арсения не было бы другого варианта получить наследство…
- Да, только жениться на Алене по доброй воле. А твоё бездыханное тело они могли найти позже, к примеру, подкинуть старику. Вроде, как он сошел с ума, так рассвирепел, что отравил очередную рыжую девчонку, попытавшуюся к нему забраться. Это могло его упечь за решетку, так как возраст и состояние здоровья для таких преступлений не в счет, или вообще добить.
- Толик о таких делах не знал.
- Это были три параллельные группы, которые хотели себе шедевры из тайной комнаты коллекционера.
- Почему … три?
- Арсений со своими помощницами, вроде тебя, Анатолий и Марией ну и алчная охрана. А вот Алёна Мирзоева в свои тридцать три года во всех трёх преступных группах была на подхвате. Она знала обо всех, кто пытается получить деньги Ковальского. Она работала в перчатках… НО…
- Что «НО»!!! – заорала Наташка так, что я подпрыгнула.
- На упаковках не осталось отпечатков, да?
Можно было и не спрашивать. Алёна взрослая и безжалостная, тем более ко мне. Неужели так легко можно погубить чью-то жизнь? И ради чего? … Я не могла поверить. Скорее обиженная Мария такое бы осуществила. А вот Алене есть что терять. Не может быть…
- Мы всё тщательно проверили. Продукты из одних партий, с одинаковым сроком годности. То есть она их купила в одном месте. И мы уже нашли это место. Запросили чеки… Оплата с карты! Полных два комплекта продуктов пробили.
- И отраву для крыс!
- Э… нет. Это косвенные улики. Отраву мы… саму бутылку нашли… у Виктора Алексеевича. Полупустую. В ящике его прихожей среди старой обуви.. Дальше он, видно её не приглашал… Я могу предположить, что если бы её план удался, отрава бы перекочевала куда-нибудь на более видное место.
- Ой, а где наш… - Наташка первая вошла в дом и удивленно вздохнула.
Дверь в хранилище была открыта. Та потайная, которую он открыл, чтобы достать картину.
- Но как же… Он же спал! Слушайте, что-то случилось… Он плохо передвигался последние дни.
Наташка ринулась в хранилище и я тоже. Лестница в подвал была короткой, узкой, для одного человека, но мы с Евгением врезались друг в друга и как-то протиснулись вдвоём.
Это был зал. Красивый, даже роскошный . Очень похожий на комнату в музее.
Горели старинные фонари на стенах, и везде были картины. Прекрасные картины. Лице женщин. Некоторые очень старые. Были очень маленькие… И очень большие.
Старик сидел на коленях, склонив голову. Он весь сжался, как будто его сейчас будут стегать плетьми. Наташка сразу его обняла и заплакала. А я подошла с изумлением уставившись на одну картину… Это была очень красивая моя мама. Приемная, но всё равно моя. Я присела рядом с Алексеем Викторовичем тоже вся в слезах и прижалась к сухому жесткому плечу.
Потом потрогала его руки. Старик что-то зажал в кулаке.
Это были спички!!! Коробок спичек и маленький ножичек для бумаги.
.- Ну что вы Виктор Алексеевич.
- Дорогой наш, не вздумай. Это прекрасные картины.
- Вот она. – он безвольно махнул рукой, - она… Это всё ложь, она … ничего… не стоит. Для меня не стоит… Я похвалился. Я … просто… похвалился, что это настоящий Григорий Мусикийский перед бывшим другом. Он оставил портреты семьи Петра Великого, большинство хранится в Эрмитаже. Он своеобразно подписывал миниатюры, писал портреты Екатерины I, Анны. Я на основании стилистического анализа и части сохранившейся подписи… Портрет неизвестной придворной леди. Размером … чуть больше ладони… Но это … не продается, это… просто… маленькая старая картинка… А вторая – Шагал. Марк Шагал. Подделка… Я хотел, чтобы у меня был сын!!! Чтобы он… он… вернулся….
- Отдай их в галерею, папа… - я запнулась, - Так бы сказал Ваш сын. Ему нужны были картины матери и… Стеллы.
- Стеллы? …Вот она, детка… Смотри… Вот она… Я её любил… Но больше всех любил … сына и его мать. Мою Анну. Расставаться с ней было тяжело. А это мой сын. Я писал его по памяти, думал, какой он… стал?… Какой характер?… А это с фотографий… Он посадил дерево…
Взрослый Арсений на портретах, написанных его отцом, был почти неузнаваем.
- Нужно прислать оценщика, - проворчал Евгений.
- Да он сам оценщик! Ты что, не понимаешь? Дедуле самого себя позвать?
- Вы… приняли неверное решение, Я думаю, что это печальная история должна закончиться хорошо. Арсений, как только выпишется приедет сюда, - я вздохнула, - Вы подружитесь. У вас будет еще много времени.
- Ты могла бы спросить его… Возможно, он тоже о этих годах жалеет. – сказала Наташка.
- Я спрашивала, жалеет. И любит. Когда есть отец… Радуешься уже тому, что отец произносит твоё имя.
- Он злится на меня за то, что я такой неприятный человек.
***
Виктор Алексеевич выглядел таким взволнованным, что мы решили помочь ему добраться до положения лёжа и позволить передохнуть. Я снова хотела есть и к своему любимому. Но, пока Алёна на свободе, строго запретили шаг из дома делать.
Привезли, наконец, Юльку. Она зашла с потусторонними глазами и стала смотреть мимо нас всех. Спокойная, рот молчит, руки по швам. Почти не дышит.
- Ты там … разыгралась, я смотрю? А ну ка… иди сюда, Юля. – тихим угрожающим голосом заговорила Наталья, - Дикая рыжая девочка без мозгов.
- Ты никогда меня не простишь… Я без мозгов и без сил. Я успокаивала Сеню. Он так страдал… У него аж из спиц кров ь пошла… Он пытался встать…
Глаза мои загорелись, я потребовала телефон и уже хотела ему звонить, как Юлька сказала:
- Они принесли ш приц, как для слона, и вкололи. Ради безопасности... Сеня спит. И будет спать еще долго. Ты жива, Златочка. А я …
- Ой, у меня же встреча с Макаром и клиентами в семь…
Я увидела в Юлькиных глазах маленькую искорку надежды. И вдруг ощутила такую безнадежную усталость, что свалилась на диван и на бок.
- Ты увидишь его?
- Меня не выпускают…Я позвоню.
- Что ты ему скажешь?
- А что мне ему сказать?
- Злат… Мне так страшно. Я такая ужасная.
- Скоро все это закончится, и вы увидитесь.
- Мне так одиноко без него,- зашептала Юлька, - Что я не могу даже плакать. Я нашла, а потом потеряла его навсегда.
- Это разобьет твоё сердечко. Юль, я скажу ему, что тебя сестра не пускает. Что ты воспитанная и скромная на самом деле, а это просто… потому, что ты фильмов пересмотрела для взрослых. – шепнула я в ответ. – Не волнуйся, у Макара очень хорошая мама. Да и сам он хороший парень, добрый.
Её губы нежно поцеловали мою щеку, и мы обнялись.
- Злата. Нет. Один день знает друг друга и уже… Как так можно, Юлька? - расстроенно поглядывала Наташка. Ей заметно было жаль сестру.
- У меня просто с головой что-то случилось. - мирно объяснила Юлька, - Сначала я над ним так … издевалась, потом по другому всё стало. Наоборот.
- Он стал над тобой издеваться??? – воскликнула Наташка.
- Можно … и так сказать. так кружится голова…
- Я надеюсь, я очень надеюсь, что хоть кто-то из вас … подумал о последствиях. – Наташка сглотнула и вышла на кухню, откуда послышался звон посуды и её всхлипывания.
- Жень… Пойди, успокой, а мы с Юлькой к Виктору Алексеевичу пойдём. Как он там?
- Я понял, меня на амбразуру не жалко.
- Жалко. Но это не амбразура, а Наташка. И ей нужна уверенность в будущем, а мы не можем её дать. Мы младше. Как две младшие сестры. – объяснила я.
Юлька цеплялась за меня, как младенец кенгуру за мать. Если считать её знакомство с матерью Макара провалом, мне было интересно, что об этом думает сам Макар, который привозил раньше пострадавших от измен и оставлял у себя на ночь.
- Может мне волосы покрасить и сережки снять? … А? … Злат?
- Может. И очки одеть, на всякий случай. Юль, ну что ты… Красавица моя. Она просто не ожидала… Что вы раз и так сразу жениться.
- Он сам сказал! Он сказал, что нашел меня… И больше не отпустит.
- Так он и не отпустил, ты сама сбежала. Юль… я тебя понимаю, я бы тоже сбежала. А Наташка бы не испугалась и осталась до утра. Еще и всем завтрак встала приготовила… Есть один способ познакомиться снова.
- Какой способ? Какой? – оживилась Юлька и губы её дрогнули в улыбке, - Златка, пожалуйста, придумай! Я знаю, что ты можешь!
- Надо… Отправить вместо тебя Наташку…
- Зачем? – у Юльки чуть глаза не вылезли от удивления.
- Ну… зачем. Я ей понравилась, а следующая невеста – нет. Пусть приводит еще хуже, чтобы ты ей показалось великой манной небесной. Пусть еще парочку найдет…
- Каких-нибудь … накроманок!!!
- Или неформалок. Приведет, познакомит… И мама скажет – верни мне Юлю, она само совершенство!
- Точно! Пусть Наташка к нему пойдет!!! А ты договоришься?
- Не знаю, - я пожала плечами, - Попробую… Макар и сам очень изобретательный… Если он влюбился, то сделает всё, что угодно для тебя…. Как я для Арсения.
- А Сеня сказал, что ты его душу травишь!
- Душу? Как?
- Говорит, что он пошевелиться не может, а ты ему душу травишь… своими ласками и поцелуйчиками…
- Это он мне душу травит, - возмутилась я, - Все время первой приходится целовать!
- Златка, позвони ему, а? Позвони, я … как представлю, что он там обо мне подумал… А я пока пойду в душ… сил нет слушать… Боюсь, это конец!
Я телефон Макара не вспомнила, конечно. Пришлось искать детективное агентство. Их было не много ни мало … почти двести. И еще пять с лишним сотен частных детективов. Поиск по фразе «Детектив Макар» не выдал ничего. Я долго думала почему, а потом догадалась. Он не хотел светить своё имя и оформил… на маму.
- Как зовут маму Макара, - крикнула я Юльке.
Она вышла и посмотрела круглыми глазами, захлопала ресницами.
- Кажется, Татьяна.
- Молодец, запомнила. Это уже хорошо.
Юлька прошлепала шаркая тапками по полу туда-сюда. Щеки её цвели, а губы наоборот побледнели.
- Не волнуйся так, иди мойся спокойно!
- Злат, Я столько женихов искала, почти два месяца. Одного нашла тебе, ты уже … замужем побывала. Второго – Наташке. Она там… с Женей… В общем они там точно целовались. А сама… Так же не бывает, чтобы все трое тут же нашли женихов, это так сложно! Это вообще невероятно! Значит, кто-то из нас будет несчастный.
- И по закону подлости несчастной буду я. – мне стало не смешно. Ведь Юлька права. Обрести счастье всем троим за несколько дней – это в современном мире сенсация. Рекорд Гиннеса. Еще и разбогатеть, изменить внешность… Наташка тоже совсем другая стала, волосы распускает, губки поярче… красит… Работу сменили мы с Наташкой. Я – сыщик, она- повар…
-Юлька, тебе надо помолчать и сбавить обороты. Потому, что ты, как поезд мчишься…
- Я сошла с рельсов, Златочка. Я мчалась, потом его мама перевела стрелку и я укатилась по неправильной дорожке и скатилась в овраг. Там и лежу, вся разбитая, покореженная, без окон. Вот что мне теперь делать?
- Сейчас ты очень хорошая.
- Так я в огромной … опе…
- Ты хорошо себя ведешь, - улыбнулась я, - Жалко, что после ночи, а не «до». Мы тебя обязательно покажем с лучшей стороны.
- Злат, одолжишь мне свой костюм? Я же тебе давала…
- Юль…
- Да, и стрижку я такую же сделаю, и гладенькие волосы у меня будут. Коричневенные… Каштановые, как у тебя. Почти черные… И глаза… Я глаза накрашу, очки надену, губы подрисую чуть побольше…
- Юль, ты – это ты!!! Не теряй свою индивидуальность! – расстроено воскликнула я.
- Ты же не потеряла…
- Я совсем другая.
- Тебя же Сенечка любит и такую!
- Ты всё испортишь, все свои рыжие кудряшки… У меня же были другие волосы…
- Ну, конечно за сто тыщ я их не продам, но мне вообще не жалко. Злат, давай ножницы поищем?
- Нет, Юля.
- Злат…Я не умею держать чувства в себе. Ну вдруг я стану более сдержанной? Мне так хочется …
- Юлька, твоя улыбка всегда всем нравилась.
- А ей – нет!!! Я улыбалась, улыбалась, а у неё иммунитет! Она только сказала: «Что здесь смешного»! И еще она сказала, что те, кто прыгает и на шею бросается, у них быстро завод кончается и любовь тоже. Вот она из кожи вон лезет, чтобы получить желаемое, и тут же фыркает, уже не нужно. Прыгает, прыгает и раз… кончилась энергия. Вот так она сказала.
- Это потому, что у неё всё ровно течет, как река. Она взрослая. Она всю жизнь свою спокойно плывёт на лодочке… и веслами чуть чуть подгребает. Чтобы не стоять… - Наташка услышала наш разговор, - Есть у меня клиентка одна… Тоже не понимает такого, потому что сама не испытывает. Муж есть, дети есть, работа есть, ум есть, книги читает, музыку слушает… А прыгать под музыку она и в детстве не прыгала, спокойно слушала. Когда радуется – замрёт, руки на груди сложит, и радуется. Внутри у неё есть радость, а глаза такие, что … подозрительные. Непонятные глаза. То ли рада, то ли нет. Юль, я тоже на твоей стороне. Никогда не скажет с восторгом, что маникюр красивущий, а рекомендации дает, что я - лучший мастер! Если забеременеешь – воспитаем! Только роди уж пацана… С ним веселей будет.
- Спасибо, Наташенькаааа.. – Юлька бросилась на шею сестре и начала там, уткнувшись грызть её плечо от удовольствия. Она так с детсова, покусывает чуть чуть…
- Если она действительно влюбилась… А не просто шутит… Я готова прийти и улыбаться. Как ты её назвала – тётя Таня или Татьяна…
- Игнатьевна или Игоревна… я их путаю. Макар, когда представлял, сказал «Мама Таня». - задумавшись, ответила я.
- Вот и мне так сказал! Я её назвала вот так… мама Таня. И она сразу ушла на кухню, даже на вопрос не ответила… А я всего лишь спросила каким спортом занимался Макар.
- Может, он фигурным катанием занимался…
Из кухни вышел всклокоченный Евгений. Волосы его стояли просто дыбом.
- Что он там делал?
- Не наю… - муркнула Наташка, - Наверное опять опустошал холодильник..
- В темноте??
- Не наю!
- Ты свет сама выключила! Я думала он ушел давно.
- Не наю.. – мяукнула Наташка и сжала губы розочкой.
– Всё, я сейчас буду звонить. Хочу извиниться, что приехать не смогу. Надеюсь, он не на задании…
Я набрала Макару с Наташкиного телефона.
- Ало, - ответил скучный голос.
Наташка вдруг резко выхватила у меня трубку и быстро спросила нервным голосом:
- Это частный детектив?
- Да... Что вы хотели?
- Понимаете, этого по телефону не объяснишь, нам надо встретиться.
- Я могу вас за... пи ...сать на сле...дующую неделю.
- Я тебе сейчас запишу!!! Я тебе сейчас так запишу!!!
Теперь моя была очередь отбирать у Наташки трубку. Юлька тихо выла, глядя на нашу борьбу. Я победила и быстро крикнула:
- Макар, это я Злата. А это Юлькина сестра Наташка... Я не смогу прийти к большому театру, потому, что нас не пускают!
-Злата... позывной Мелисса... - вяло произнёс Макар.
И я поняла, что он никакой.
- Макар, Юлька с нами, все хорошо.
- А я ушел из дома... Сижу на работе... всё отменил...
-Макар, ты что? А как же мама???
-Она сказала или я или она. Я выбрал одиночество. - раздался звук чокающихся бокалов.
- А с кем ты там празднуешь... одиночество?
- С бутылкой. Где она, Златка? Где это солнышко?
-Солнышко? - я посмотрела на Юльку, которая неистово крутила головой и махала руками, - СОлнышко спит. Езжай домой, Макар. Мы уже придумали кое что.... Завтра объясню. Маму успокой, скажи, что это была шутка, завтра ты приведешь ей настоящую ... невесту.
Дорогие читатели! Спасибо за чтение Лайки, комментарии и подписку!
С любовью и светом, Алиса.
Все рассказы на этом Дзен канале в навигации
#рассказы #романы # истории_любви #жизненные_истории #отношения #семья #детектив