Уже в июне от западных границ СССР на восток повезли раненых советских бойцов и офицеров. В Челябинской области, как и повсюду, готовились раненых принять. Прежде всего, нашли помещение для госпиталей. Где можно было обнаружить пустующие здания? Нигде.
Было принято решение разместить раненых в санаториях и домах отдыха - таких объектов в области было немало, так как в Советском союзе право трудящихся на отдых было гарантировано достаточным количеством мест лечения и отдыха. Конечно, передача санаториев и домов отдыха под госпитали лишала трудящихся важного социального права, но война многое изменила в худшую сторону, потеря санаториев и домов отдыха -не самая большая утрата.
Следующими объектами для изъятия стали школы. Из тех школьных зданий, которые отдали под госпитали, срочно вывозили ученические парты, наглядные пособия - в соседние учебные заведения. В августе учащихся «исчезнувших» школ предупредили, где они будут учиться. Где-то уплотнение привело к «перенаселённости» общеобразовательных учреждений, где-то увеличилось количество младших классов, зато уменьшилось количество старших классов - ребята ушли на производство, в городские профессионально-технические (ремесленные) училища.
В становлении вновь формирующихся госпиталей самое живое участие приняли челябинские медики. Медицинские учреждения города передали в госпитали инструмент, препараты, перевязочный материал, поделились постельным бельём. Самое главное, городские медучреждения направили на самый трудный участок работы - в госпитали - лучшие кадры. В истории челябинской медицины остались имена медиков-ветеранов Н.И. Игнатова и Н.И. Смалина, врачей младшего поколения.
Полмесяца - срок формирования, становления госпиталей. Так в Челябинске начали работать в июле 1941 года десять госпиталей. Не было ни одного случая, чтобы установленный срок формирования нарушили. Вообще, медицинские работники трудились столько, сколько требовала обстановка. Случалось, врачи, средний и младший медицинский персонал не выходили из операционной по двое-трое суток. Врачи урывали для отдыха короткие промежутки времени, пока оперированного увозили в палату, а следующего раненого готовили к операции. Труд солдат милосердия в годы Великой Отечественной войны - незабываемый пример самоотверженности.
Операция - только начало долгого пути вылечивания. С того момента, как оперированного с операционного стола перекладывали на каталку, его жизнь была в руках медицинских сестёр. Эти девушки и девчушки показали чудеса стойкости, находясь в тылу. Не было ни минуты покоя и отдыха: то привезли раненых, которых надо было занести в помещение, то дежурство у койки послеоперационного воина; хирургические медицинские сёстры трудились вместе с врачами по двое-трое суток.
Эту грандиозную работу по освобождению помещений в Челябинске и других городах, формированию и становлению новых медицинских коллективов возглавляла заместитель председателя облисполкома Мария Ковригина, будущий министр здравоохранения страны. Истеричного типа люди в послевоенные годы много грязи вылили на Иосифа Виссарионовича Сталина: и груб, и невыдержан, и злопамятен. А вот с Ковригиной вождь был и вежлив, и терпелив, и не обижался, когда чиновница вступала с ним в спор. Причина была очевидной: Мария Дмитриевна исполняла свои обязанности от души, не ради карьерного роста, за здоровье советских людей была готова голову положить - таких людей Иосиф Виссарионович уважал и берёг.