«У русских хватит мин, чтобы заминировать все от Лиссабона до Владивостока», — сокрушается сегодняшний советник министра обороны Украины Юрий Сак. Не можем не отметить на это, что история, похоже, и верно циклична: 70 лет назад советские мины так же вымотали душу украинским националистам.
Немаловажное значение для улучшения служебно-боевой деятельности внутренних войск имело принятие «Инструкции по минированию бандитских убежищ, пунктов связи и других объектов, принадлежащих бандитам», утвержденной штабом внутренних войск Украинского округа 26 июня 1951 г.
В документе было сказано, что минирование бандитских убежищ, тайников, а также архивов, продуктов, оружия и других предметов, зарытых в землю, дает весьма ощутимые результаты в борьбе с бандитизмом.
В целях наибольшей эффективности мероприятий по минированию органы государственной безопасности и внутренние войска добивались такого положения, чтобы все обнаруженные бандитские убежища или другие объекты, пригодные для минирования, были сохранены и заминированы.
Для обеспечения максимальной результативности мероприятий по минированию личным составом внутренних войск при обнаружении объектов сохранялись местные предметы в районе их расположения: деревья, кусты, растительность, лежащие на земле ветки, хворост и т.п., не нарушалась маскировка люков в убежище и при вскрытии их запоминалось наиболее точно, как они были замаскированы бандитами, не упуская из виду ни малейших деталей.
О каждом случае минирования оповещался как можно меньший круг людей, так как только при этих условиях войсковой инженер мог доброкачественно провести минирование и повысить его результативность. Как правило, минированию подлежали убежища, тщательно замаскированные бандитами, а также «мертвые» (то есть задействованные без участия оуновцев*) пункты связи и всевозможные предметы, зарытые бандитами в землю. В этом случае полностью исключалась возможность подрыва на заминированных объектах лиц, не причастных к бандитизму.
Внутренние войска, действующие в данном районе, и в первую очередь начальник районного отдела МГБ данного района, должны были быть своевременно предупреждены о каждом случае минирования и знать точное место расположения объекта.
Все найденные убежища, в которых бандитов не оказалось, до прибытия старшего оперативного начальника и войскового инженера оставлялись в полной сохранности и не извлекалось из них ни одного предмета с тем, чтобы можно было принять наиболее эффективное решение о способе минирования. При минировании внутри убежища все в нем должно было оставаться в таком виде, в каком оно было оставлено бандитами.
В случае нарушения этого порядка или необходимости изъятия из убежища ценных документов, имущества или оружия минирование должно было производиться только на люк схрона или прилегающий к люку ход сообщения.
Практика минирования внутренними войсками обнаруженных пустых бандитских убежищ и других объектов (тайников, хранилищ с оружием и продовольствием) оуновского подполья себя оправдала.
Помимо минирования бандитских убежищ, практиковалась также и установка мин-сюрпризов на всевозможных хранилищах и пунктах связи бандитов.
*ОУН, УПА — запрещенные в России организации.
Источник: Климов А.А., Козлов А.В. Внутренние войска в борьбе с украинскими националистами. М.: «На боевом посту», 2016