Периодически я делаю большую чистку гардероба своего и сына. Вещи выбрасываем крайне редко, в основном жертвуем. Чаще адресно. У нас в доме заведено привозить ненужные вещи в хорошем состоянии на первый этаж и складывать на большой стол возле почтовых ящиков. Ни разу не было такого, чтобы пакеты с вещами не забирали нуждающиеся.
Кстати, в храм я одежду никогда не отвожу — по секрету, там это не очень любят. Люди приносят мешками ненужные вещи, иногда старые и рваные, иногда грязные. Сотрудники социальной службы все вещи вынуждены разбирать, стирать или выбрасывать. Конечно, любая социальная служба примет ношеную одежду, но я знаю, что никто не испытывает от неё восторга и какой-то серьезной нужды.
А иногда бывает так, что желаемым обьектом становится одежда, которая находится непосредственно на мне. Так случилось с моей дутой жилеткой, которую я приобрела несколько лет назад. При храме, где я тружусь, есть постоянная нищенствующая братия. В одной из статей на канале я писала об этих людях. Жилетка приглянулась даме по имени Дуся.
«Ой, какая у тебя чудесная жилетка!» — воскликнула Дуся, увидев меня в безрукавке впервые. Первый год носки она не упоминала о том, что хочет ее заполучить.
Зато со второго года Дуся каждый раз встречала меня со словами, что обязательно дождётся своей очереди на мою жилетку. Я отшучивалась. Дуся подмигивала, мол, погоди.
А в прошлом году я посадила на безрукавку жирное пятно, которое, правда, худо-бедно удалось вывести. После того обидного пятна я надевала ее еще несколько раз, а в этом году купила новую.
«Что не носишь жилетку?» — подскочила ко мне Дуся сегодня. Я невероятно загружена работой, учебой и личными делами, поэтому сообразила не сразу: «Какую?»
«Мою», — радостно ответила Дуся.
«А, поняла», — а сама подумала, что вполне могу порадовать Дусю и подарить ей мою безрукавку. — «Привезу тебе сегодня». — я улыбнулась.
«Дождалась», — Дуся потёрла руки. Днём она мне напомнила, что ждёт жилетку ко всенощному. Я сложила безрукавку в пакет, засунула в машину и перед службой вручила счастливой Дусе.
«Профессионаааааалы», — протянул мой коллега Борис, будучи свидетелем всей истории.
Вечером Дуся позвонила расстроенная. Капюшон, где капюшон? Действительно, я его отстегнула и куда-то сунула. А куда — Дуся, Бог весть, я понятия не имею, где капюшон. «Ничего», — успокоила Евдокия. — «Ты устаёшь от нагрузок, поищи и найдёшь», — то есть, она явно на что-то надеется.
Чувствую себя фрустрированно и тревожно, будто я подвела человека, проявила халатность и малодушие.
А с другой стороны, ситуация забавная. Как в старом еврейском анекдоте.
Мужчина спасает маленького тонущего мальчика. На следующий день приходит его дедушка и с характерным акцентом спрашивает:
— Вы вчера вечером спасли мальчика Борю?
— Ну я, — смущается герой.
— А где его кепочка?
