🐕
Идем мы с ней с моря, болтаем о том о сём, настроение хорошее, ветром из нас всю дурь повыдуло, идем налегке.
Чувствую вдруг, что я сама с собой говорю, собака молчит. Оглядываюсь, а она в это время пристает к парочке, которая ест, обеими руками себе помогая, какую-то фиговину, типа бутерброд, но не бутерброд. Кебаб, кажется, это называется.
У них со всех щелей что-то на землю валится, а моя прикинулась сироткой хасей и подобострастно заглядывая им в жирный рот, подбирает крошки с земли.
Эти отворачиваются, будто понимают, что сиротинка.
Я, значит, издалека ей ласково ору "иди сюда, дряньтакаяпозорищеголодное". Собаченька же продолжает прикидываться голодной, но при этом еще и активно глухой собачкой...
Вернулась, простите, говорю, люди добрые, ешьте спокойно, нам это нельзя. Мы ЗОЖевцы.
Взяла эту на поводок, так она еще и копытами пыталась упираться, дескать, рятуйте, православные, на погибель тащит меня эта незнакомая мне тётенька. И им в глаза смотрит жалистно.
Отошли, спрашиваю ее человеческим голосом: ты чо, мать, рехнулась? Че ты себя ведешь-то так?
Молчит и глазами на меня ТАКИМИ смотрит, мол, сама не понимаю, чета я эта..паки паки иже херувимы..житие мое...
За этот взгляд я уже на неё пару раз недвижимость переписала.
Автор: Инесса Якобаки
