Они понимали друг друга с полуслова; что же случилось с её девочкой? Неужели и правда она полюбила этого взрослого мужчину так, что готова ради него отказаться от своей матери? Перед глазами встал Костя, каким она увидела его в Новогоднюю ночь: холёный, самоуверенный. Она вспомнила, какими восхищёнными глазами на него смотрела Лиза; как постоянно ластилась к нему, нежно гладила его по руке, и Вале тогда казалось, что не будь её рядом, дочь начала бы целовать ему эту руку. А Костя даже не смотрел на Лизку. Нет, он смотрел, конечно, но так, как смотрят на вкусное блюдо, которое хотелось и его принесли. Точно так же он смотрел на жаренного гуся с яблоками, на стакан с шотландским виски, которое он принёс с собой. Никакой любви к Лизе не было в его глазах. Он из той породы мужчин, которые девушкам умеют нравится. И, конечно, его самолюбию льстит, когда с ним рядом молодая и хорошенькая девчонка. Но ведь наиграется; наиграется, а она -то страдать будет. Что делать? Как объяснить дочке, что это всё несерьёзно?
Душа у Вали разрывалась от переживания и мозг взрывался от мыслей; в последнее время очень изменилась Лиза: возвращалась поздно, с мамой вечерние посиделки прекратились. Но Валя не обижалась. Она -то думала, что мальчик у Лизы появился, первая любовь. Оказалось - любовь, только не к мальчику. И снова мысли: что делать? Как объяснить? Как от беды уберечь?
Толкнулась в дверь дочкиной комнаты, но она на запоре оказалась. Лизка даже на ключ от матери закрылась, не хотела разговаривать. Валя ночь не спала, всё мысли в голове путались, а утром на кухне Лизу увидела и попробовала опять разговор о Косте завести. Но Лиза будто ждала этого: тут же на мать закричала:
-Ты что, не поняла меня? Думаешь, я шутила? Не смей отговаривать меня от Кости! Ещё одно слово -и ты мне не мать!
-Дочка, пойми…- начала Валя, но Лиза вскочила со стула и глаза засверкали злобой:
-Всё, запомни: с этой минуты я тебя не знаю. Ты мне никто – и выбежала быстро. Весь день и весь вечер она просидела у себя в комнате, даже обедать не выходила. Валя слышала, как скрипели, открываясь дверцы шкафа, выдвигались ящики -Лизка собирала свои вещи. А утром она вытащила огромный тяжёлый чемодан в прихожую, потом туда же притащила пару сумок и рюкзак. Валя прислонилась к притолоке и молча наблюдала, как дочка одевает куртку и сапоги. Потом в дверь позвонили. Лизка открыла -это был Костя. Он просто кивнул Вале, а потом потащил вещи по лестнице. Лизка вышла, даже не взглянув на мать.
Дверь захлопнулась, Валя без сил упала в кресло. Ёлка радостно сияла огоньками, словно напоминая о том, что красивый, яркий праздник ещё продолжается; но на душе у Вали была страшная боль. Но вместе с тем, и надежда была:
-Может одумается Лиза, вернётся?
Новогодние каникулы закончились и Валя вышла на работу.
-Валька, что с тобой? -спрашивали её женщины, с ней работавшие – ты словно с креста снятая -белая, как смерть. Что случилось?
Но Валя не признавалась:
-Да отравилась чем -то, третий день «полоскает».
От неё отстали, поверили. Но отравление ведь не будет же месяц длиться? И стали сотрудники догадываться: не всё у Вали ладно. Но раз человек душу раскрывать не хочет, в душу эту и лезть не стали; только искоса на неё поглядывали и тихонько перешёптывались. И всё же Валя не выдержала -позвонила Лизе, но дочка трубку взяла и ледяным тоном ответила:
-Я тебе всё сказала. Не звони больше, у меня один родной человек остался: Костя – в трубке отбой послышался, а у Вали снова ком в груди застрял. Как -то часто этот ком появляться стал -подумала Валя. Даже купила себе валидол, под язык стала класть, вроде, легче становилось.
Домой приходила -пусто, поговорить не с кем. Кота завела себе -Барсика. Рыжий такой кот, наглый. Во дворе нашла его грязного, блохастого. Отмыла его, блох вывела. И стало как -то веселее: и заботиться о ком стало, и поговорить; всё же - не со стенкой. Часто вечерами фотографии пересматривала. Многие уже старые стали, выцвели немного: вот бывший муж держит на плечах маленькую Лизу, вот она в первый класс пошла: смешная такая – сама себе решила чёлку подстричь, да криво получилось. В парикмахерской подправили, а чёлка очень короткой вышла; вот выпускной у неё: стоит высокая, красивая, с красной лентой выпускника через плечо. Платье ей тогда долго искали по магазинам. Дочке хотелось, чтоб лучше всех выглядела. Но для мамы она в любом лучше всех была бы. Смотрела она на фотографии и слёзы сдержать не могла: «Доченька, почему мы с тобой чужими стали?» День на работе, вечер с Барсиком -гладит его, о своих проблемах рассказывает. А кот лежит, слушает; потом надоест -цап зубами за руку и спрыгнет. Пойдёт Валя на кухню, поставит чайник, выпьет чайку, а есть одной совсем не хочется. И готовить для себя тоже не охота: через силу к плите подходит. И все мысли о Лизе: как она там, не обижает ли её этот франт? Иной раз телефон возьмёт, наберёт номер Лизы, но дочь трубку не берёт -нет для неё больше матери.
Говорят -время лечит, а Вале всё никак легче не становилось. Уже три года прошло, как за дочкой дверь закрылась, а у Вали всё так же душа болит, и так нестерпимо Лизку увидеть хочется, ну, хоть криком кричи! И увидела. Однажды из магазина шла, а рядом машина остановилась и Лизка из неё выпорхнула. Нарядная, красивая. Потом и Костя вышел с недовольным лицом. Валю они не увидели, она в сторонке стояла; прошли в магазин, а у неё сердце как заколотилось: думала, упадёт сейчас. Постояла, отошло немного и направилась она в свою сторону:
-Ну, Слава Богу, всё хорошо у Лизы -подумала.
Раскладывая дома продукты, рассказывала Барсику:
-Видела Лизоньку, платье на ней красивое, модное. Причёска хорошая. А ещё туфельки на шпильках высоких. И как они на таких каблучищах ходят? Я вот никогда не могла. Знаешь, Бася, а она ещё красивее стала; может, зря я тогда ей запрещала? Может любит её этот Костя?
А однажды ей стало плохо. Прямо на работе в сердце вонзилась стрела и пройдя через сердце, застряла в спине. Валя схватилась за грудь и стала оседать на пол. К ней кинулись сотрудницы: брызгали водой в лицо, под язык корвалол сунули, скорую вызвали. Пролежала Валя в больнице месяц. Выписывая, врачи предупредили: никаких стрессов, правильное питание, ежедневные прогулки. Но одной прогуливаться скучно; она купила Барсику шлейку и стали по вечерам они гулять по аллеям. Кот до того привык, что в ожидании прогулки стал садиться у двери и громко мяукать:
-Мол, не забыла хозяйка, гулять пора?
После больницы соседка Люда стала частенько забегать к ней в гости: одна Валя и с сердцем неполадки. Мало ли что? То пирожки принесёт к чаю, то пряники. Стала понемногу Валя оттаивать: у Лизы всё хорошо; не важно, что с матерью не общается. Да и она выздоравливает, тоже слава Богу. Они даже с Людой решили вместе Новый год отметить. А что – праздник уже через месяц; вот Валя потихоньку и стала деликатесами запасаться: то баночку красной икры купит, то горошек зелёный, то оливки. Даже платье себе новое присмотрела -все её наряды ей уже не подходили: похудела сильно. А однажды, до Нового года уже неделя осталась, сидели у Люды в гостях, чай с ватрушками пили. Раздался в дверь звонок.
-Кто это? Вроде, никого не жду -удивилась соседка и дверь пошла открывать.
Валя услышала радостные голоса, смех женский. Вошли в комнату: Люда с улыбкой, а рядом молодая светловолосая девушка; ну, просто одним лицом с Людой:
-Валя, это дочка моя Катя. Надо же, какой сюрприз мне сделала: в гости на Новогодние праздники приехала! Умница моя -она обняла дочку и Катя ласково поцеловала маму в щёку.
Валя смотрела на них и радовалась за Люду, а потом домой засобиралась:
-Девочки, не буду вам мешать. Домой пойду.
-Валя, ну так наше решение отметить Новый год вместе, в силе?
-Конечно – улыбнулась Валя. Вошла в свою квартиру и о Лизе подумала: как бы хотелось, чтобы и её дочка вот так, без предупреждения, к ней приехала. Подумала, и тут же страшная боль скрутила грудь. Охнула она и всё в глазах потемнело. Очнулась в больнице:
-Как я здесь оказалась?
А оказывается, Люда ей по телефону позвонила, о чём -то спросить хотела -не ответила Валя. В дверь позвонила -молчание. Хорошо хоть, ключи запасные от Валиной квартиры были. Вошла, а Валя на полу лежит. Увезли её с инфарктом. На следующий день пришла Люда в больницу навестить соседку и с врачом переговорила –«тяжёлое состояние у неё», сказал врач. И тогда решила Люда позвонить Лизе – может, захочет с матерью увидеться?
Теперь Лиза сидела в своей, вернее, в Костиной квартире; сияла огнями Новогодняя ёлка, которую только вчера она нарядила одна. Костя, как всегда, занят был со своими моделями. Но Лиза не смотрела на ёлку; она видела перед собой худенькую, бледную маму и корила себя, и ненавидела. Она вспомнила ту ссору с ней перед своим уходом. Тогда она так сильно влюблена была, что растоптать хотела всех, кто на пути встанет. Вот и от мамы отказалась. И несколько лет даже не вспоминала о ней, наслаждаясь своими отношениями. Поначалу Костя постоянно признавался ей в любви, называл «своей девочкой», водил в рестораны, брал с собой в свою студию, где он снимал моделей и делал снимки для портфолио; даже на киностудию брал, где снимал актёров. Колледж она так и не закончила -некогда было: любовь закрутила да поездки с Костей. На работу он её не отпускал. Говорил, что дома порядок должен быть, а если она на работу пойдёт, то о каком порядке речь? Да Лиза и сама не очень -то рвалась. Но со временем Костя всё реже баловал её подарками, и всё чаще Лиза оставалась одна дома, ожидая его возвращения. Иногда он возвращался поздно, иногда и вовсе не приходил ночевать. А Лиза плакала и закатывала скандалы. Отношения между ними становились всё более холодными и от Кости она всё чаще слышала:
-Ты мне не жена, чтобы я отчитывался, или: «Отстань от меня со своими допросами».
Сколько раз ей хотелось бросить ему в лицо:
-Я от тебя ухожу!
Но Лиза прекрасно понимала, что он не расстроится, а может, даже рассмеётся. Надоела ему? Скорее всего. А куда идти? Снять квартиру не на что, сначала работу найти нужно. Тысячу раз она пожалела о брошенной учёбе; сотни раз собиралась работу искать, но всё тянула и тянула.
Она сидела и предательские слёзы то и дело наворачивались на глаза.
- Может, пришёл тот момент, когда нужно всё расставить по местам? - думала она - Мы с Костей стали совсем чужими друг другу. И чего я жду? Там маме помощь моя нужна. Она меня простит, да уже простила; я вернусь и всё у нас будет хорошо; я на работу устроюсь, ухаживать за ней буду – Лиза вскочила с дивана и стала лихорадочно бросать в чемодан свои вещи. Потом бросила на полку ключи от квартиры, вызвала такси и потащила вниз чемодан.
Она зашла в мамину квартиру и в глаза ей бросилась висящая на стене увеличенная фотография. На фото Лиза, запрокинув голову, весело улыбалась. Лиза помнила это фото, она на нём себе нравилась. Оказывается, маме тоже, раз она сделала из него большой портрет. Прошла в свою комнату и огляделась. За пять лет мама здесь ничего не изменила: всё было так, как в тот день, когда Лиза уехала с Костей.
-Мамочка -ласково прошептала Лиза и стала раскладывать свои вещи по местам.
Утром она накупила фруктов и побежала в больницу. Ей выдали халат и бахилы и она поспешила в палату, в уме представляя, как она сейчас подойдёт, обнимет маму и скажет:
-Мамочка, доброе утро!
Лиза открыла дверь палаты и улыбка медленно сползла с лица: мамина кровать была пустой.
Мама! -закричала Лиза и забилась в истерике. По полу рассыпались принесённые фрукты. К ней подбежали врачи, сделали укол, а она долго ещё не могла успокоиться.
На улице шёл густой снег и люди, похожие на снеговиков, спешили кто за продуктами к праздничному столу, кто за подарками для близких. И только Лиза никуда не спешила. Она медленно шла, не разбирая дороги и слёзы её застывали на ресницах, превращаясь в бриллиантовые капельки.