Я бывал в низовьях Енисея в окрестностях Норильска, где его ширина достигает пяти километров, бывал в верховье возле Саяно-Шушенской ГЭС, где его ширина не более километра, гулял по Енисею в Абакане, Дивногорске и Красноярске, а вот в Ангаре мне довелось искупаться только в её истоке из Байкала да в маленькой деревушке Усть-Куда, что между Иркутском и Ангарском. Вчера я нашёл пару часов свободного времени и прокатился в посёлок Стрелка, который стоит прямо на слиянии Енисея и Ангары, и теперь мне удалось увидеть их одновременно и искупаться сразу в обеих великих, знаменитых и любимых мною сибирских реках. Тихий, маленький сибирский посёлок, в котором, как и во всей остальной российской провинции течёт неспешная размеренная и счастливая жизнь.
Летом в посёлок можно попасть на пароме через Енисей, зимой - по ледовой переправе, а в межсезонье стрелковчане, как и многие другие россияне, остаются отрезанными от "внешнего мира" от трёх недель до трёх месяцев, в зависимости от погоды. Местные жители занимаются рыбной ловлей, охотой, сельским хозяйством, кто-то работает в Енисейской сплавной конторе, кто-то на лесопилке и хлебзаводе, кто-то работает на Новоангарском свинцово-цинковом комбинате в соседнем посёлке. Удивительный факт: по правилам гидрологии после слияния двух рек, объединённая река должна носить название более широкой и полноводной реки, но в данном случае Ангара считается притоком Енисея, а не наоборот, хотя она значительно шире и глубже.
Люди здесь очень приветливые и доброжелательные, все здороваются с тобой первые, улыбаются, с радостью помогают советом и делом - чувствуется удалённость от больших городов. Гуляя по правому берегу Енисея, мне встретилась местная собачка, с которой я с радостью поделился местным ароматным хлебом, взамен чего она начала мне позировать, а на левом берегу Ангары, который является продолжением правого берега Енисея я встретил целое стадо коров, загорающих на пляже под солнцем. С коровами мне было нечем поделиться, поэтому я просто прилёг рядом с ними, смотрел в их большие добрые глаза, радовался их беззаботности и отдыху, попутно размышляя об их нелёгкой, но очевидной и предсказуемой судьбе.
Коровки с самого рождения не знают другой жизни, они каждый день по нескольку раз отдают предназначенное для их детей молоко людям, которые их кормят, а в свободное время лежат на берегу красивой реки и щиплют травку, искренне радуясь яркому солнцу, речной прохладе и свежему воздуху, и даже не подозревают о том, что завтра эти же люди перережут им глотку той самой рукой, которой на протяжении нескольких лет их кормили, просто потому, что им хочется котлет с пельменями, просто потому, что их так приучили с детства родители, просто потому, что они не знают, как жить по-другому - без войны, убийств и насилия. Так и живём в полном неведении: одни не знают, что можно не умирать и радоваться, вторые не знают, что можно не убивать и радоваться, и никто не хочет слушаться совесть, потому что терпения у нас не занимать. Полежав полчаса на берегу Ангары, я отправился автостопом домой, как всегда искренне благодаря жизнь за подаренные радостные моменты.
