В палату, в детское отделение больницы, завели мальчика. Одежда рваная, очень грязная, на лице, руках и ногах ссадины и порезы.
- Посиди здесь, сейчас придёт другая медсестра и поставит тебе укольчик, ты поспишь. Слышишь? Никуда не уходи.
Мальчик слегка кивнул и крепко зажмурил глаза. Медсестра обратилась к бабушке, сидящей на соседней кровати рядом с маленькой девочкой.
- Пожалуйста, присмотрите за ним, чтобы он никуда не ушёл.
- Хорошо, присмотрю. А…?
Медсестра стремительно вышла из палаты и бабушка не успела ни о чем её расспросить. Буквально через пару минут, зашла другая и сразу направилась к мальчику. Он по-прежнему сидел с закрытыми глазами, будто замер в одной позе.
Медсестра коснулась плеча мальчика, подталкивая его лечь на кровать.
- Ложись, я поставлю тебе укол, не бойся, будет не больно, как комарик укусит и всё.
Мальчик открыл глаза, посмотрел на медсестру, лёг на живот, при этом слегка застонал.
- Ничего, всё заживёт, главное, что переломов нет, а ушибы и царапины заживут. Шрамы ведь украшают мужчину, а не портят. Поспи.
Ласково приговаривая медсестра поставила укол и вышла.
Бабушка повернулась к девочке, погладила по голове.
- Видишь, мальчик не плакал, когда поставили укол, а ты всегда плачешь. Надо быть терпеливой, медсестра же сказала, как комарик укусит. Сейчас тебе тоже придут ставить укольчик, ты же не станешь плакать?
- Бабушка, я же стараюсь не плакать. Медсестра врет. Когда ставят укол, бывает больно.
Девочка чуть приподняла голову, потянулась одной рукой к бабушке.
- Бабушка, а давай вместо меня тебе поставят укол? А?
- Ну ты выдумщица. Это разве я сломала ногу, когда прыгнула с качелей?
Девочка насупилась, сложила руки на груди, засопела.
- Я не виновата. Так получилось.
- Я тебя не виню. Только укольчики нужны тебе, а не мне. Так что придётся терпеть.
Мальчик остался лежать на животе. Он смотрел на девочку и бабушку, слушал разговор, глаза стали затуманиваться и медленно закрываться. Он заснул.
Бабушка проснулась ночью от крика и плача мальчика, она как могла быстро встала с кровати и подошла к нему. Мальчик по-прежнему лежал на животе, руки и ноги подёргивались, словно он пытался ползти, но скованный сном не мог сдвинуться с места.
- Тише, тише, - бабушка присела на краешек кровати и легонько стала гладить по голове, - спи. Спи. Это сон. Сейчас ночь, все спят. Спи и ты. Все хорошо.
Мальчик повернулся на бок, не просыпаясь взял руку бабушки в свою маленькую ладошку, подтянул к щеке, прижался и затих. Бабушка, еще немного погладила мальчика, потом с трудом вытащила руку из цепкого захвата, вернулась к внучке. Повозившись пристроилась на узкой кровати рядом с девочкой. В голове бабушки созрело много вопросов, на которые очень хотелось узнать ответы.
«Почему мальчик один? Сколько ему лет? Кто его родители? Что с ним случилось? Кстати, надо спросить, как его зовут.»
Мальчику снится сон. Они, с мамой и папой, пришли в дельфинарий. Кругом много народу, гремит громкая музыка. В большом овальном бассейне с голубой водой плавают дельфины. Под негромкие команды дрессировщиков дельфины будто взлетают над водой, прыгают в обручи, кидают носами мячи, танцуют. Они радостно посвистывают, когда возят на спинах дрессировщиков.
- Алёшка, смотри внимательнее, учись, дома будешь дрессировать рыбок в аквариуме, - смеётся папа и треплет мальчика по волосам.
- Ну уж нет, - мама притягивает Алешку к себе, - нет. Лучше не надо, а то бедные рыбки не выдержат дрессировки.
Алёшка понимает, что папа и мама шутят, он улыбается и продолжает наблюдать за выступлением дельфинов.
Вдруг БАЦ! Лешка летит, от страха глаза крепко закрыты. Раздаётся скрежет и пахнет гарью. Мальчик куда-то ползет в сторону, а глаза по-прежнему закрыты.
Лешка резко садится и открывает глаза. На него испуганно смотрит девочка удивительными черными глазами. Они большие и круглые, как бусины на маминой шее. Мальчик всё вспоминает, снова осторожно ложится на кровать и протяжно стонет.
- Эй, тебе больно?
Мальчик поворачивает голову в сторону девочки, смотрит, но не отвечает.
- Я спрашиваю, тебе больно? Ты что сломал? У меня нога.
Девочка высвобождает ногу из-под одеяла, показывает ногу в гипсе.
- Я умею сильно раскачиваться на качелях. В этот раз тоже раскачалась. Прыгнула. Мы прыгаем. Соревнуемся, кто дальше прыгнет. А тут девчонка маленькая подлезла. Ну и я, чтобы её не сбить, попыталась в сторону отскочить. Эх. Ногу сломала. А эта, дурёха, разревелась и побежала своей маме жаловаться.
Смотрит на мальчика вопросительно, не видит реакции и снова задаёт вопрос:
- Ты что сломал? Эй. Ты чего молчишь? Ну и дурак.
Обиженно отворачивается, громко сопит, бормочет:
- Я и не хочу знать. Мне и не надо. Вот и молчи.
Мальчик смотрит на девочку и каким-то сиплым, очень тихим голосом произносит:
- Ничего я не сломал. Ударился сильно.
Девочка поворачивается. В этот момент входит бабушка, несет поднос, на нём две тарелки с кашей, ложки и хлеб. Одну тарелку отдает девочке в руки, вторую протягивает мальчику.
- Возьми, я принесла для тебя. Поешь. Сейчас еще принесу чай.
Мальчик громко проглатывает слюну, неуверенно берет тарелку.
- Бери, бери. Больничная еда не так вкусная, но зато полезная.
Когда бабушка уходит, мальчик начинает быстро, давясь, засовывает ложку за ложкой в рот.
- Ей, ты голодный или не воспитанный? Ешь спокойно, а то подавишься.
Мальчик смотрит на девочку и начинает есть медленно.
- Жуй, жуй, глотай. А то, как удав, живьём заглатываешь.
Мальчик смотрит, как девочка, отламывает хлеб тонкими пальчиками и по небольшой крошке берет в рот, потом подцепив на краешек ложки кашу, осторожно её облизывает, медленно жует.
Входит бабушка с чаем, ворчит:
- Алёнка, ну чего ты лижешься, как котёнок. Ешь уже быстрее. Смотри, мальчик почти доел, а ты…
Поворачивается к мальчику, подает чай.
- Держи, запивай. Давай познакомимся. Как тебя зовут? Меня зовут Роза Артуровна, а это моя внучка — Алёнка.
Мальчик, прожевывает и стараясь быстрее ответить, закашливается.
- Ну что я говорила? Надо помаленьку в рот совать, - бурчит Алёнка.
Отдышавшись мальчик говорит:
- Меня зовут Алёшка.
- Почему ты один?
Мальчик ставит кашу и стакан на поднос, ложится и отворачивается к стене.
Бабушка вздыхает, но разговор не продолжает.
Так прошло уже полторы недели. Алёшка немного разговаривал, но почти ничего не ел. После упрёков Алёнки, он стеснялся есть быстро, а пока возил ложкой по тарелке, еда остывала и становилась не вкусной.
Роза Артуровна расспросила уже всех медсестёр про мальчика, но все пожимали плечами. Ответ у всех был одинаковый «не знаем, привезли, сказали лечить, потом заберут, документов никаких нет».
Вечерами Алёнка просила рассказать сказку. Роза Артуровна видела, что Алёшка тоже слушал сказки, затаив дыхание. Она уже поняла, что кошмары мальчика, которые будили её по ночам, связаны с каким-то происшествием. Она стала в перерывах, между сюжетами сказок, пока Алёшка расслаблен, задавать вопросы. Рассказывает, например, про Машу и медведя.
- Написала Маша целый список желаний, много-много подарков захотелось ей получить на день рождения.
И тут же спрашивает мальчика:
- Алёша, а ты читать-писать умеешь?
- Я немножко только умею. Я в первый класс осенью пойду.
Алёша испуганно замолкает, смотрит с ужасом в пустоту, а Роза Артуровна сразу весело сказку продолжает.
- Чего только не написала Маша в своём списке! Про тысячу разных кукол, про горы пирожных, про тележки с мороженым.
И Алёша снова смотрит на бабушку спокойным взглядом.
Вот так за полторы недели выпытала Роза Артуровна, что мальчик Алёша приехал на машине отдыхать на море с мамой и папой. Вместе с ними приехали еще две семьи, тоже с детьми. Было очень весело. Алёша плавал в море вместе с друзьями, загорал, играл в мяч, ходил на разные представления. Друзья родителей уехали домой,а Алёша уговорил остаться еще на день, чтобы сходить в дельфинарий. Алёша взахлёб рассказывал про выступление дельфинов.
- Там так много людей было, а музыка такая громкая. В бассейне вода голубая, вот там и плавают дельфины. Дрессировщики дельфинам дают команды и они выпрыгивают над водой, потом прыгают в обручи, еще кидают носами мячи, даже танцуют. Смешно разговаривают, вернее свистят и возят на спинах дрессировщиков.
После дельфинария семья собралась и поехала домой. Алёша уснул. Проснулся от скрежета, когда его выбросило из машины. Он ударился о землю и пополз. Рассказал, что боялся открыть глаза и полз с закрытыми глазами. На этом месте Алёша замолкал и его трудно было снова разговорить.
Роза Артуровна узнала, что её внучку выписывают на следующий день. Душа болела за мальчика. Поэтому она села рядом с ним на кровать и обняла.
- Алёша, давай попробуем вспомнить, как называется город в котором ты жил. Я знаю, тебе никак не вспоминается, но надо напрячься. Завтра нас с Алёнкой выпишут. Я не хочу, чтобы ты остался тут один.
Алеша доверчиво прижался к боку бабушки.
- Даже если тебе очень больно про это думать, надо вспомнить, как зовут твою маму и папу. Может ты помнишь бабушек? У тебя есть дедушки?
Алеша еще крепче обхватил руками бабушку, зажмурился и стал говорить:
- Маму зовут Наташа, папу Алексей.
Роза Артуровна подталкивает продолжать вспоминать:
- Значит ты Алексей Алексеевич? А фамилия?
- Егоров.
- Молодец, а бабушки есть?
- Да, одну бабушку зовут Маша, а вторую Лена. Дедушек нет.
- Город вспомни Алёша. Когда ты ходил в садик, ты же запоминал свой адрес?
Алёша задумался, вдруг лицо просветлело:
- Город Асбест, улица Ленина, дом восемнадцать, квартира тридцать шесть.
Роза Артуровна поцеловала мальчика в макушку и пошла к врачу.
Все эти дни в городе Асбест метались две матери, из поездки к морю не вернулись их дети и внук.
- Маша, нужно верить, что всё будет хорошо. Может машина в пути сломалась, приедут.
- Ну да, тоже скажешь, Лена. Машина сломалась, сотовые не заряжены, людей вокруг нет. Нет, что-то случилось. Иначе, они бы позвонили. Они уже две недели назад должны были приехать.
Маша и сама уже не верила в хороший исход, но продолжала твердить, больше убеждая себя, чем свою собеседницу.
- Всё будет хорошо.
Они сидели на кухне и в очередной раз не знали чем заняться, куда бежать. Заявления в полицию уже написаны, все знакомые опрошены. Результата нет.
Раздался звонок в дверь. Обе вздрогнули и толкаясь плечами поспешили открывать.
- Егорова Мария Петровна кто из вас?
- Я- я. Егорова М-мария Петровна.
- У меня есть информация о Егоровом Алексее Алексеевиче.
- Внук! Это наш внук! Что с ним? Где он?
- Можно мне пройти? Вам нужно присесть.
А дальше оказалось всё до тошноты отвратительно и по протокольному коротко. Егоровы ехали домой, навстречу им на бешеной скорости вылетела машина. Чтобы избежать столкновения, Егоров повернул руль. Встречная машина по касательной задела машину Егоровых и уехала с места происшествия. Машина Егоровых ехала ближе к обочине, от столкновения её выбросило на обочину и по случайности прямо в столб. Егоров старший умер за рулем. Егорова скончалась в больнице от потери крови, ей стеклом перерезало артерию. Маленький Алеша вылетел через лобовое стекло и отполз на приличное расстояние, где его подобрали и довезли до больницы не безразличные люди. Когда приехала полиция и скорая, в первую очередь позаботились об отправке Егорова в морг, а Егоровой в больницу, где она почти сразу умерла. В машине, которая стала виновницей происшествия, ехал сын высокопоставленного чиновника. Документы Егоровых загадочным образом пропали и в морге лежали два неопознанных трупа. Так же никто не знал, что за мальчик лежал в соседнем крыле больницы. Если бы Роза Артуровна не выпытала у шестилетнего испуганного мальчика всё, что он смог вспомнить, то тела так и остались бы неопознанными, а мальчик неизвестным.