В предыдущей статье мы с вами рассмотрели события 2 марта 1814 года, когда в Главную квартиру Императора Александра Павловича и командующего армией фельдмаршала Шварценберга приходят добрые вести о разгроме Главной армии Наполеона при городе Лан. Шварценберг немедля отправляет своего связного по особым поручениям с пакетом в Вену, к императору Францу.
И мы с вами, дорогие товарищи, продолжаем внимательно следить за развитием событий...
*
*
Итак, на дворе у нас 2 марта 1814 года. Связной по особым поручениям вышел из кабинета фельдмаршала Шварценберга.
Фельдмаршал доверяет ему полностью.
«Он всё выполнит в лучшем виде, нужно только дождаться ответа из Вены», — думает Шварценберг.
Связной вышел из кабинета, и здесь происходит что-то совершенно неожиданное. Вместо того чтобы идти на улицу, связной осмотрелся по сторонам и пошёл прямо по коридору. Свернул за угол. Старается идти тихо, мягко наступая каблуками на пол. Но каблуки предательски гулко отпечатывают каждый его шаг.
Пройдя по замысловатым коридорам и поняв, что его никто не видел, связной оказался у кабинета Императора Александра Павловича. Быстро доложил охране, чтобы его пропустили. Связного знают в лицо и к тому же есть приказ пропускать его немедля. Связной вошёл в кабинет.
Александр Павлович уже ждёт его. Связной отдал честь, протянул пакет. «Специалисты» аккуратно в белых перчатках приняли пакет и сразу же начали над ним работать. Чуть растопили сургуч и отделили его от бумаги. Извлекли из конверта письмо и передали Александру Павловичу. Император внимательно ознакомился с содержимым письма. Шварценберг и не подозревает, что его доверенное лицо по особым поручениям уже давно завербован российским двором, и Император Александр Павлович читает всю переписку между фельдмаршалом Шварценбергом и венским двором. В письме, однако, не было ничего нового. Шварценберг лишь сообщил в Вену, что Блюхер одержал победу над Главной армией Наполеона и последний отступил в город Суассон. Шварценберг просит указаний, что ему делать дальше. На этом письмо заканчивалось.
Император Александр Павлович вновь передал письмо «специалистам» и те профессионально заменили сургучную печать на конверте. Именно для таких случаев была специально изготовлена точная копия печати Шварценберга. Вот сургуч заверен такой печатью и всё. Пакет готов и вновь передан в руки связного. Связной взял пакет в руки, покрутил его, осмотрел с разных сторон. Пакет как будто только что получен из рук Шварценберга. Удивительно, но разницы никакой. Следов вскрытия нет. Каждый раз связной удивляется профессиональной работе российских «специалистов» Императора Александра.
— Ступайте, — произнёс лишь Александр Павлович и связной предсказуемо строевым шагом вышел из кабинета. Он всегда так покидает кабинеты начальства. Привычка.
Однако, связного каждый раз пугает отрезок пути, — от кабинета императора Александра Павловича до конюшни.
Связной аккуратно прошёл по коридору в ту часть особняка, что занимает фельдмаршал Шварценберг и австрийский Генеральный штаб и только здесь вышел на улицу. На выходе его заметил офицер штаба.
«Это хорошо, — подумал связной, — что именно здесь он меня заметил. Теперь у меня есть доказательство, что от фельдмаршала я вышел именно на улицу. Надеюсь, он меня запомнит».
Связной, успокоившись, прошёл в конюшню.
На улице по-весеннему тепло и солнечно. Погода тихая и безветренная. Настоящая весенняя благодать. Снег уже начал кое-где таять. Слышны первые весенние птичьи песни. Пахнет весной и... конским навозом.
Конюх, — пожилой мужчина с бородой, скорее дед, но с живыми, с добродушным прищуром, глазами, встретил его приветливо.
— Маршрут обычный? — спросил конюх.
— Обычный, — ответил связной.
— Тогда «Герцог». — И конюх ласково погладил шею красивого вороного коня.
— Нет, подготовь «Блитцштрааль», — ответил связной.
Конюх никогда не спорил, не возражал и не задавал лишних вопросов. «Блитцштрааль» так «Блитцштрааль».
Конюх удалился и вскоре привёл под уздцы молодую красивую кобылу.
— Она готова.
Ах, до чего красивая кобылка. Расцвет серебристо-вороной с узорами белых снежинок по всему телу. Хвост и грива угольно-чёрные. Любоваться, глаз не оторвать. Связной любил именно эту лошадь, хотя в иных случаях слушался конюха и его рекомендации. На то он и конюх венского двора и получает огромное жалование, чтобы хорошо знать свою работу. И делает он её хорошо. Превосходно знает, какая из лошадей именно сейчас отдохнувшая, сыта, искупана, переподкована, и прочее. Короче, готова к дальнему, опасному пути.
Связной подошёл к своей избраннице, ласково погладил её по шее. Боже мой, какая невероятно нежная, приятная шёрстка.
— Смотри, что я принёс тебе.
И связной достал из кармана яблоко, положил на свою ладонь и поднёс к носу своей избранницы. Кобыла с удовольствием приняла угощение. Связной всегда делал так перед поездкой. Так он налаживал связь с лошадью, и та понимала, что предстоит долгий путь с этим человеком.
До Вены больше тысячи километров и связной ещё ни раз сменит лошадь в пути, но самый долгий путь они преодолеют вместе. К тому же она будет ждать его на пересыльной станции и вернутся они сюда вместе.
Связной вскочил на кобылу «Блитцштрааль», чуть пришпорил, встряхнул поводья и лошадь пошла мягко широким шагом.
Конюх, как обычно, пожелал связному доброго пути, и тот вскоре скрылся за поворотом...
Вот такое интересное событие произошло у нас сегодня, а что произойдёт дальше, мы с вами, дорогие мои товарищи, узнаем в следующих статьях, а на сегодня заканчиваем...
>А вот и следующая статья<, дорогие товарищи.