Сегодня в России отмечают профессиональный праздник – День шахтёра. Работник белгородского комбината рассказал о своей профессии, о качествах настоящего шахтёра и том, кто ещё «живёт» под землей.
До тридцати лет Евгений занимался грузоперевозками — манила романтика дорог. Уверенно курсировал привычным маршрутом: Воронеж, Белгород, Саранск. В один момент поменял жизнь. Осел в родном городе и устроился на Лебединский ГОК.
Со стальным характером
Полгода отработал путейцем в карьере, а потом перешёл в шахту стволовым. Освоился на глубине двухсот метров, конечно, не сразу. Но со временем разобрался в специфике работы, стало проще. А потом захотелось более серьёзного занятия, «со стальным характером»,
— рассказывает шахтёр.
Сказано — сделано. Уже 11 лет Евгений выполняет сложную морально и физически работу — трудится проходчиком. Он участвует в строительстве подземных горных выработок.
Выполняем проходческий цикл: сначала орошаем породу водой из шланга, затем убираем «заколы» специальными железными ломиками, чтобы обезопасить рабочее место. Потом погрузмашиной убираем породу в вагонетки. После этого настраиваем бурильное оборудование и работаем. Если есть необходимость — крепим выработки,
— поясняет Кузнецов.
Практически все действия Евгений с напарником выполняют вручную. Физическая нагрузка покруче силовой тренировки в спортзале. Например, чтобы зачистить один метр забоя, нужно погрузить и вывезти 10-12 вагонеток по 1,3 куба горной породы в каждой. А за сутки, то есть в течение трёх смен, шахтёры «обрабатывают» около 2,5 метров. При этом ещё и устанавливают рамы арочной крепи, закрывают проёмы железобетонной плиткой.
Первые смены очень уставал. Приходил домой и падал без сил. Потом ничего, привык. Теперь под землёй себя ощущаю даже лучше, чем на поверхности. Шахтёр — мужская работа, с ноткой адреналина. Как раз по мне,
— шутит Кузнецов.
Стержень внутри
В каждом деле есть свои негласные правила, традиции и приметы. Евгений правила и традиции уважает. А вот в приметы не верит и на местный фольклор смотрит с иронией. Считает, что в длинных тоннелях дренажной шахты безопасность зависит исключительно от собственных действий, ответственности и багажа знаний и умений. Поэтому и помогает молодым ребятам оттачивать тонкости профессии и контролирует каждый их шаг.
Будешь верить в приметы — работать не сможешь. Есть ребята, которые не выдерживают пребывание под землёй и уходят. Я не из таких,
— с сухой мужской улыбкой замечает собеседник.
Впрочем, на протяжении всего подземного стажа не расстаётся с солдатским ремнём, который много лет назад нашёл в деревенском доме у родных. Талисманом аксессуар Кузнецов не считает, а лишь — функциональным помощником. Ремень служит для крепления фонаря.
В каждой профессии — нюансы и трудности. Для шахтёра важен коллектив, плечо товарища. Наша работа специфическая: замкнутое пространство, темнота, сырость. Не каждый человек такое выдержит. Нужно иметь стержень внутри. У Евгения он есть,
— уверен горный мастер горнопроходческого участка № 2 Дмитрий Кривошеев.
Это интересно
Приметы и суеверия есть в каждой профессии. Шахтёры — не исключение.
У работников дренажной шахты — свои, сложившиеся годами, негласные правила, которые передают от поколения к поколению. Конечно, относятся к ним не без шутки, но на всякий случай не нарушают.
Считают, что в длинных подземных тоннелях живёт шахтный дух по имени Шубный. Лебединцы уважительно относятся к фольклорному существу: спускаясь в клети, обязательно здороваются и даже угощают невидимого товарища сладостями.
Здороваться принято и с самим забоем, в котором предстоит работать. Кстати, поворачиваться к нему спиной не принято. Считают, что перед выполнением обязанностей нужно посмотреть ему «в глаза» и, так сказать, прочувствовать настрой. Такая примета помогает и себя обезопасить: глядя на забой можно вовремя заметить, например, отслоение горной массы или другие риски.
От старших товарищей до шахтёров нового поколения передаётся ещё одна интересная деталь: нельзя класть каску на стол. Иначе, мол, беды не избежать.