Бретонский язык относится к одним из наименее используемых языков Европы и является кельтским языком. Существуют и другие кельтские языки: ирландский, шотландский (гэльский), мэнский, валлийский и корнский. Некоторые исследователи относят к исконным землям кельтов Галисию и Астурию (расположены в Испании), однако хотя их история и традиционная культура имеют кельтские черты, в них не сохранились кельтские языки, несмотря на то, что местные языки уникальны.
Как же кельтский язык появился во Франции?
Очень упрощенно исторические события можно представить следующим образом. Кельты как отдельный народ существовали уже в 8-1 веках до н.э., у них была развитая социальная организация, собственные одежды, методы ведения войны и язык. Древние кельты проживали на западе от долины Дуная до территорий современной Бретани. Галлы, как называли кельтов римляне, представляли собой совокупность разных народов: еще Цезарь называл пять разных кельтских народов, проживавших в Бретани, тогда называвшуюся Арморикой. Римляне завоевали Бретань в первом веке до н.э. Присутствие римлян в Бретани было относительно мирным, они построили дороги и города. В течение 5-6 веков нашей эры достаточно часто совершались путешествия из Бретани в Британию, особенно христианами, духовными и политическими лидерами. Переход к названию Бретань вместо Арморика указывает на наличие связей с Британией. В этот период в Бретани проживало много кельтов из Ирландии, Уэльса, Корнуолла, Девона, а отношения с франками складывались непросто. В 5-7 веках на приграничных территориях с франками происходили постоянные военные столкновения.
Бретань состояла из нескольких княжеств, которые были объединены в единое королевство только в 9 веке под руководством правителя Номиноэ, боровшегося за независимость Бретани. Именно в период его правления бретонский язык достиг пика распространения, но даже тогда бретонский не был единственным языком Бретани: на востоке говорили на галло, который развился из латыни под влиянием разговорного кельтского языка.
Галло развивался наряду с другими французскими диалектами, которые до сих пор используются во Франции. Галло не является кельтским языком.
Бретонская знать нехотя приняла короля: 10-12 века были омрачены постоянной борьбой за власть со стороны бретонских герцогов, постоянные связи которых с Англией и Францией делали неизбежным потерю независимости. В течение 12-17 веков бретонская знать и высшее духовенство приняли французский язык в качестве международного языка, в городах Бретани стали гораздо чаще говорить на французском, хотя бретонский сохранялся в качестве разговорного языка. Однако городские жители считали более престижным говорить именно на французском языке. Таким образом, французский стал языком городских элит, а бретонский и галло имели популярность в маленьких городах и сельской местности.
Бретань потеряла независимость в 1532 году, благодаря сложным брачным союзам, но сохранила некоторую независимость в парламенте, а также вопросах налогообложения и призыва в армию. Бретань стала частью Франции как национального государства после Великой французской революции 1789 года, в результате которой начала происходить политическая централизация.
Сколько людей говорит на бретонском языке?
Французское правительство никогда не интересовалось вопросом языка при проведении переписи населения, и только в последнее время появились некоторые надежные исследования. В 1914 году более 1 миллиона человек говорили на бретонском языке, то есть примерно 90 процентов жителей западной части Бретани. В 1945 году их было уже примерно 75 процентов, а сегодня по самым оптимистичным подсчетам только 20 процентов бретонцев умеют говорить на бретонском. В Бретани проживает примерно 4 миллиона человек, если учитывать департамент Атлантическая Луара, который был отделен от Бретани в 1941 году. Таким образом, на данный момент на бретонском говорит в лучшем случае от 200 до 250 тысяч человек, при чем большинству из них за 65. Причиной падения числа носителей бретонского языка стала высокая престижность французского языка, то есть родители сами вынуждены были учить его и даже не пытались учить бретонскому языку своих детей. Распространено мнение, что бретонский язык – язык сельских жителей, отсталый и несовременный, на нем стыдно говорить за пределами скотного двора. Сами бретонцы в 60-70-х годах прошлого века говорили, что бретонский язык является крестьянским говором, который неспособен обеспечить даже связь соседних деревень, не то что бы с остальным миром; он хорош для общения с коровами и свиньями, поэтому является бременем, препятствием для социального продвижения, источником унижения и стыда.
После Второй Мировой войны бретонцы посчитали, что их родной язык значительно уступает французскому языку и приняли решение сделать все возможное, чтобы обучить своих детей французскому языку, то есть стали говорить на нем даже дома. В результате в семье старшее поколение говорило только на бретонском, родители на бретонском и французском, а дети только на французском. Таким образом, произошел серьезный разрыв между поколениями.
Как стало возможным формирование неуважительного отношения к бретонскому языку?
В 1863 году пятая часть населения Франции не говорила по-французски. В 1882 году было введено обязательное посещение школ, а Жюль Ферри, французский министр просвещения, полагал, что бретонский язык является варварским пережитком прошлого. Эффект школьное образование дало не сразу, поскольку дети после обучения вновь отправлялись работать на фермы или в море, однако перед учителями была поставлены четкая задача – убить бретонский язык. Бретонский язык не только считался бесполезным, но и мешающим быть хорошим гражданином Франции, а задача учителя была в обращении детей в хороших граждан. Это означало, что дети должны были стать носителями французского языка, а все иные языки рассматривались как угроза национальному единству. Учителя насмехались, унижали и телесно наказывали детей за использование бретонского языка в школе и поблизости от нее, в результате эти дети выросли в родителей, которые приняли решение отказаться от использования бретонского со своими детьми в 50-60 годах прошлого века и часто называли в качестве одной из причин такого решения именно воспоминания об унижениях.
После войн фермеры Бретани стали выходить на внешний рынок, для успеха на котором нужно было говорить на французском языке. Это стало возможным благодаря строительству железных дорог. Для переезда в другой город также нужно было учить французский. Книги и газеты формировали особое отношение к языкам, отличным от французского. Они давали посыл, что бретонский является провинциальным говором, неправильным и непонятным языком. В результате бретонцы приходили к выводу, что их язык очень мал, устарел и не стоит даже попытки изучения.
Пропаганда говорила, что французский язык – это не только современный язык хорошего патриота, но и инструмент, который принесет Франции мировое уважение и величие. Французский Президент Жорж Помпиду в 1972 году заявил, что во Франции нет места региональным языкам. Именно такую форму мышления использовали французы и в отношении колоний. В статье 1969 года «Франкофония: французский и Африка» говорилось, что в любой колонии в живых осталось мало местных языков, которые, как ожидалось, в конечном счете будут полностью уничтожены как во Франции бретонский, баскский, провансальский; французский – это не просто инструмент современного общения, а ключ к новому образу жизни.
На языковую ситуацию повлияло и то, что в 1803 году закон ограничил родителей в выборе имен для своих детей. В результате такие имена как Эрван и Гвендал оказались вне закона. Люди, конечно, продолжали пользоваться неофициальными именами, но это было незаконно. Например, по закону человек был Морисом, а среди бретонцев Морваном. В 1966 году это положение закона получило некоторые послабления, в 1981 году было разрешено брать местные имена, если разрешит местный чиновник. Только в 1993 году родители получили право называть своих детей по своему усмотрению и бретонские имена стали очень популярны.
Спасибо за прочтение и лайки:)
