Я знаю точно, чем могу гордиться,
И моя дочь гордиться будет скоро,
Что нам обеим довелось родиться
В семье, где чтут тяжелый труд шахтера.
Я помню всё: как дружно провожали
Мы папу на работу всей семьей,
Под поцелуи щёки подставляли,
Потом к окну летели мы стрелой,
Мы знали точно, папа обернётся,
Чтоб нам рукой с тропинки помахать,
Со смены обязательно вернётся,
Уставший ляжет в спальне отдыхать,
Закроет мама потихоньку двери,
Нам скажет, чтоб вели себя мы тише,
Душевный пыл изрядно поумерив,
Играем в детской и почти не дышим…
Я помню всё: как крутит мама пайки,
Как в ход идут вчерашние газеты,
Сворачивают рученьки хозяйки
Колбаску, хлеб и к чаю две конфеты…
Я помню всё: то фото, где участком
Получены торжественно награды,
По подведённым будто углем глазкам
Видать, как все работать в шахте рады…
Что знали мы? Да ничего, по сути:
«Черкасовская», там «Участок три»,
Про шанс на жизнь, что равен лишь минуте,
Не знали мы о шахте изнутри…
Ценили труд? Да, нет, не понимали,
Не знали мы всех тягот и невзгод,
Мы видели в коробочке медали,
И видели лишь синий небосвод,
А он порой был серым, даже чёрным,
Когда вокруг была сплошная мгла,
Лицо у мамы было мрачно-скорбным,
Ведь шахта папу чуть не забрала,
Горел не раз, ломал он руки, ноги,
Он видел ад шахтовый под землёй,
Но он ни разу не свернул с дороги,
Отдал работе он себя с лихвой.
Героем, нет, себя он не считает,
Не держит зла, не помнит и обид,
Лишь хорошо о шахте вспоминает,
И о шахтёрах гордо говорит…
Мы видели в коробочке медали,
Шахтерской славы знак трех степеней,
Мне хочется, чтоб дети наши знали,
Что нужно стоя говорить о ней…
© Н.В. Пирогова, 2018
