Небольшое эссе на тему созидательной атаки, о сыне и лучшем друге, а также небольшой вымышленный рассказ о пропасти и смерти, прототипами к которому стали брат и дедушка.
Это вторая часть забавной литературной игры, которая возникла в 2015 году на блоге Артема Краснова, когда он привлек меня и других товарищей-журналистов к написанию коротких постов-откровений.
Правила игры были просты: мы по-очереди выбирали произвольное слово или словосочетание, и группой авторов писали по короткому эссе или рассказ, связанные с этим словом. Никаких ограничений, кроме объема (до 1500 символов) не было.
Я поучаствовал только в самом начале проекта с четырьмя эссе, первые два из них публикую сегодня. Если интересно, то можете почитать других авторов на те же темы тут и тут.
Забавная, кстати, у меня была подпись: "Александр Королев (Rex_1), заместитель редактора сайта «ЧелябинскСегодня», отец двоих детей и фанат командных спортивных игр". Изменилась должность, количество детей, но не фанатизм))
Текст впервые опубликован в 2015 году и не редактировался. Один абзац был изменен в связи с изменившимся законодательством РФ.
Атака
Мой шестилетний сын недавно начал заниматься футболом, у него уже есть настоящая форма с игровым номером и фамилией. Он пытался встать в «калитку», но это скорее попытка подражать мне. Видно, что ему интереснее в атаке. И это здорово, таким игрокам и славы, и денег достается больше.
Забавно, но в футболе нападающий считается созидающим игроком, тогда как «опорники» и защитники – это разрушители. Понятно почему: в атаке создаются голы. Но в боевых видах спорта и в общечеловеческом смысле любая атака – это агрессия. И пусть вынужденное, но все-таки зло.
Один из моих лучших друзей - играет в футбол всю сознательную жизнь. А после покупки первой машины он поразил признанием: «Никаких особых ощущений от вождения. Скорее всего, это у меня также как с оружием - я абсолютно к нему равнодушен».
Как? А драйв от скорости? А ощущение крыльев за спиной? А трепет от басовитого «р-р-р-р-р-р!», в конце концов?!! Не подумайте чего, с мужественностью у него все в порядке. Я ни разу не видел, как он дерется, но никому и задираться особо не хочется. Вроде добро, но - с кулаками.
А ведь в последнее время чаще встречаешь совсем других людей: умение наорать с порога, взять то, что плохо лежит, «обуть лоха», ударить первым. Почему это стало нормой? (…) Если не мы, то нас? Ну-ну...
И я подумал - может быть, прививку может дать футбол или любой другой спорт? Он агрессивен, травмоопасен и часто очень жесток. Но мне после матча не хочется выяснять отношения, срывать на ком-то злость или мечтать о мировом господстве.
Хочется слушать музыку или писать «сабж дня», позвонить отцу или обнять сыновей перед сном. Хочется созидать.
Пропасть
Отлично помню тот теплый весенний вечер. Я провожаю брата после просмотра какого-то решающего матча сборной. Пятилетняя разница, которая в детстве казалось пропастью, ко второму десятку начала стираться. Мы понимаем друг друга с полуслова и не можем наговориться. Мы пропускаем еще один автобус, и вдруг «младшенький», уже переросший меня на голову, стал серьезным:
- Вань, слушай... Я дебил, конечно... Но все-таки хорошо, что засс@л тогда и не прыгнул...
И начинает спокойно, размеренно так рассказывать, что было это всего несколько месяцев назад, когда не сдал первую сессию и его отчислили... С первой девушкой еще не заладилось что-то, а лучший друг уехал в другой город учиться... Нет, не психанул и трезвый был. Сидел думал полдня и вот решил. Пошел на балкон. Сел на край. Перекинул ноги.
- Представил, что я перед обрывом. Скалы, внизу где-то ниточка реки... Все так эпично... Понятно, какие мысли: мол, дура эта сразу поймет какой я крутой... Но как только руки отпустил, так жить захотелось... Извернулся, зацепился, повис... Чуть оконную раму не оторвал, но вылез...
И ржет. Я тогда ему чуть не навешал, конечно. Страшно представить, что он мог бы пропасть, исчезнуть навсегда из моей жизни. Может быть поэтому я ему ни разу не припомнил, да и сам почти забыл то хмельное откровение.
Пока не встретил соседа-фронтовика. Сдал он, конечно, сильно. И тоже спокойно так, без эмоций и патетики говорит: «Все, отвоевался, я... Под артобстрелами цеплялся за жизнь как мог, умирать до слез не хотелось. А сейчас спокойно жду.
Пора… Износился человек