Помните момент в фильме «Бриллиантовая рука», когда проститутка в Стамбуле пытается соблазнить честного советского работягу Горбункова? «Оbliko morale» - заявляет герой Андрея Миронова. Но насколько высокоморальны были граждане СССР?
Такое явление как проституция, по мнению руководителей партии и СМИ, было характерно для загнивающего Запада, но ни как для страны победившего коммунизма.
До революции проституция существовала в России легально. Хотя Алексей Михайлович, Петр II, Анна Иоановна и Елизавета пытались запретить древнейшую профессию. Екатерина II, осознав, что победить проституцию невозможно, приняла меры для ее контроля и сдерживания. Например, для проституток проводились регулярные медосмотры. В первой половине XIX века открылся стационар на 300 мест для лечения сифилиса у проституток. Девицы легкого поведения находились под медицинско-полицейским контролем, их перестали преследоваться за «непотребство». По сути это означало легализацию проституции, но с определенными ограничениями. Необходимо было регулярно проходить медицинскую комиссию и стоять на учете в полиции. Им выдавался "желтый билет", разрешающий официальную работу.
За годы Первой мировой войны количество проституток выросло и достигло нескольких миллионов человек. Так многие женщины, лишившиеся на фронтах своих кормильцев, добывали какие-то средства существования.
Большевики проституцию как профессию считали неприемлемой и принялись жестко искоренять. По указанию Ленина в Нижнем Новгороде была расстреляна сотня проституток. В Москве и Петрограде пойманных во время облавы жриц любви переселили по этапу в глубинку. В трудовых лагерях проституток пытались перевоспитать.
Даже Александра Коллонтай, сторонница свободной любви, призывала приобщить проституток к общественно-полезному труду. Но всерьез заняться этой проблемой было невозможно, стране хватало других забот. А женщины продавали свое тело за кусок мыла, фунт хлеба, за продуктовую карточку или ордер на жилье.
В период НЭПа рост благосостояния определенной группы граждан привело к росту спроса на сексуальные услуги. К тому же в Уголовном кодексе отсутствовала статья за проституцию, в отличие от притоносодержательства. Приток иностранного капитала в Россию привел к увеличению числа иностранцев. Они-то с большим удовольствием пользовались услугами девиц легкого поведения. Элитные дамы, работавшие в столичных ресторанах, за ночь могли заработать 40–50 рублей, в то время как работницы на фабриках получали около 20 рублей в месяц. Другие же проститутки с клиента брали порядка 3 рублей и жили небогато.
Тайно возрождались бордели и притоны. Причем встречались там и вполне благополучные, но скучающие дамы.
Главной причиной усилившейся с 1929 года борьбы с проституцией стало распространение венерических заболеваний. Опять жриц отлавливали, отправляли в спецпрофилактории для перевоспитания путем лекций и трудовой повинности. И опять провал!
Со второй половины 1930-х борьба с проституцией перешла в ведение НКВД. Проституток судили по «порнографической» статье и отправляли в специальные трудовые лагеря, перешедшие в ведение ГУЛАГа, на срок до 5 лет. Внешне в стране было благополучно, но бордели и притоны по-прежнему существовали в глубоком подполье.
В годы войны и послевоенное десятилетие о женщинах, ведущих аморальный образ жизни, писали мало. Не до них было. Нов 60-е все вернулось на круги своя. Однако явление это замалчивалось, и как бы его не было.
Местом встречи могли стать квартира жрицы, притон либо по договоренности такси. Стоимость услуги составляла от 2,5 до 10 рублей. По-прежнему не было соответствующей статьи в Уголовном кодексе. Да и как, у нас же нет проституции. Хотя иностранцы хорошо знали о гостиничной проституции. С аморальными девицами боролись, как могли, отлавливали, часть высылали из крупных городов.
В 70-е годы среди проституток возникла иерархия. «Центровые» обычно имели приличную работу или справку, что работают, квартиру и обслуживали богатых соотечественников: партийных и советских чиновников или воров в законе. Дальше шли путаны, обслуживающие иностранцев за валюту. Вспомните фильм «Интердевочка». Зачастую КГБ курировал «работу» этих дам.
«Домашние» - в основном студентки, внешне благопристойные. Их встречи с соотечественниками оплачивалась рублями. «Плечевые» обслуживали дальнобойщиков. «Вокзальные» относились к низшей категории проституток. Часто опустившиеся и спившиеся, готовы были отдаться за стакан портвейна. Честно говоря, об этой классификации, как и о наличии проституции у нас в стране, я, наивное советское дитя, узнала только после перестройки.
А после 90-х, о, ужас, многие молоденькие девочки мечтали зарабатывать большие деньги проституцией. Не понимая, насколько это занятие омерзительно и опасно.