Была у меня соседка… Впрочем, нет, давайте по порядку.
Знаете этот тип городских легенд — гробик на колесиках, мальчик, который вернулся с катка без одной почки, шприцы, инфицированные ВИЧ в креслах кинотеатров? Они как-то снова активизировались.
Появилась информация, что девочка укололась шприцем с мефедроном, когда ехала с папой на машине каршеринга. Ну да, будто бы можно поверить, чтобы наркоман оставил в машине открытый шприц с мефедроном. Впрочем, оставим этот вопрос следствию. Для нас тут интересно вот это сочетание высшей точки развития городской культуры — практически бесплатные автомобили для общего пользования, раскиданные по всему городу — и какого-то жуткого мракобесия. То ли легенда, то ли страшилка, то ли действительно какое-то преступление.
Об это и поговорим. Как всё смешивается и сплавляется в огромном мегаполисе.
Москва город весьма религиозный. Да, современному молодому и просвещенному горожанину это кажется диким и странным, но зайдите в любой районный храм на двунадесятый праздник. Не получится, всё забито. Стоят люди, крестятся, хору подпевают, к иконам прикладываются.
Так вот, была у меня одна соседка. Она была чрезвычайно религиозна, хоть и относительно молода. Носила платочек, освящала свою квартиру. Не сама, конечно, с помощью местного батюшки. На пасху яйца красила, носила их в храм. И был у нее один заметный изъян — она кормила голубей перед подъездом. Что такое голуби перед подъездом? Это шум и грязь, заразы и инфекции. Я много раз спрашивал — зачем же вы это делаете? Она отвечала — так я замаливаю свои грехи. Через голубей, спрашиваю? Это же не какие-то породистые, это обычные помоечные птицы, вы же верующая. Зачем вы этим суеверием балуетесь? Или, уж хотя бы замаливайте грехи где-то подальше от подъезда. Парки же есть.
И у нас с соседкой началась оккультная война. С моей стороны никаких боевых действий не предпринималось, поскольку я этим оружием не владею. А вот соседка регулярно ходила в атаку. Выхожу я как-то из квартиры пасхальным — это важно — весенним утром, А у меня на дверной ручке цепочкой прикручен маленький образок Николая Чудотворца с выцарапанными глазами. Ну, думаю — что за богохульство-то? И что с этим делать? А потом под ковриком у двери я обнаружил четыре огарка церковных свечей. Вот ведь, думаю, не поленился человек, сходил в церковь, специально свечки купил для своего обряда. Поискал в Интернете, к чему эти знаки. Оказалось, это довольно распространенный оккультный обряд — проклятие и заговор на смерть всем живущим в нашей квартире. А нас точно как тех огарочков — четверо.
Такое вот народное православие. И городское, и глубинное, страшное.
Она на этом не остановилась. Облила мне дверь. Почему-то кефиром. Странно, что не церковным кагором. На дверь мне приклеила картонку с подробным описанием того, какие муки меня ждут при жизни и после смерти. Дались ей эти голуби!
Я сначала повесил камеру, а потом соседка, поняв, что видеосвидетельство сильнее заговора, сдала свою квартиру и куда-то уехала. Не буду томить читателя ожиданием развязки, и даже точно не скажу, как этот факт выяснился, но соседка оказалась жрицей любви. Очень дорогой, с очень разнообразным набором услуг, принимает клиентов в центре города. Мы всем подъездом как анекдотические бабки рассматривали ее анкету на соответствующем сайте. Честно, не могу сказать, кто эту анкету показал и как нашел. Пред собою я честен, остальные жители тоже, кажется, люди порядочные. Такое вот у человека было православие. В её оправдание могу сказать, что отсутствие этой соседки стало её главным положительным качеством — у нас теперь идеальный бесконфликтный подъезд. А дворовые алкаши, которые крестятся по праздникам и кричат «Христос Воскресе!», в сущности, никому не мешают. Выпил человек, поворчал, да уснул. Идеальный сосед.
А есть у меня знакомая — солидная пенсионного возраста женщина. Педагог. Она одну часть моей семьи в начале девяностых, как это тогда и было принято, привела к Православию, стала с нами ходить в храм, определила детей в воскресную школу. Насколько мне известно, своей вере она никогда не изменяла и по сей день остаётся практикующей верующей. И вот заходим мы как-то к ней домой, а у нее на люстре висят красные женские трусы. Понимаю, это может показаться выдумкой, но я бы до такой байки и сам бы не додумался. И вот стоим мы в гостиной, недоуменно смотрим на люстру, и даже не знаем, как задать вопрос. А она с такой лёгкостью — а, это? Это чтобы мужика в дом привлечь!
Забегая вперед, скажу, что ничего не вышло, мужик красными трусами не привлекся. А может надо было еще свечки за это ставить?
В городе, как в плавильном котле, и прекрасно это дикое вроде бы сочетание, этот макабрический сплав. Хотя, почему дикое? Это городской фьюжн.
Автор: Дмитрий Самойлов