Для внедрения новых технологий нужны не просто медики, айтишники, инженеры, физики — необходимы люди, имеющие образование на стыке разных дисциплин.
Вице-президент, исполнительный директор кластера биологических и медицинских технологий Фонда «Сколково» Камила Зарубина в кулуарах форума «Технопром-2023» в Новосибирске рассказала редакции Infopro54 о трендах в биотехе, предпочтения стартапов и будущих профессиях для инноваторов.
Приоритеты инноваторов
— Камила, какие направления развития биотеха сегодня наиболее активно осваивают стартапы? Можно оценить на примере проектов, которые проходят через «Сколково»? — У нас в работе находятся 630 стартапов, которые относятся к сфере биотеха. Мы их распределили по 5 ключевым направлениям, что соотносятся с мировыми тенденциями и трендами:
- фармтех — разработка инновационных лекарственных препаратов, молекул, моноклинальных антител;
- медтех — разработка различных медицинских техник и средств реабилитации;
- цифровое здравоохранение — все, что связано с оцифровкой процессов в здравоохранении с помощью искусственного интеллекта;
- агробиотех, фудтех — технологии, связанные с сельским хозяйством и продуктами питания;
- генные, клеточные технологии.
— По каким направлениям сейчас стартапы заявляются наиболее активно? — В первую очередь это цифровое здравоохранение. Пандемия подтолкнула интерес клиницистов к «цифре», и это дало серьезный толчок к развитию направления. Плюс разработки в «цифре» относительно недороги по сравнению с инвестициями в другие направления биотеха. Так что сегодня это ключевой драйвер роста для биотех-стартапов.Второе по популярности в части количества поданных заявок направление — сельское хозяйство и все, что связано с «пищевкой». Здесь нужно сказать спасибо санкциям. После их введения разработки в пищевых технологиях в нас в стране резко пошли вверх.Третье место — у медтеха. Из-за санкций в России сейчас возникает много проблем с комплектующими для медицинского оборудования. Часть нужно привозить из-за рубежа. Наши разработчики находят инструменты поддержки, позволяющие разрабатывать и производить комплектующие внутри страны. Думаю, что через 2-3 года мы сможем полностью производить приборы в России и перестанем зависеть от внешних поставок.— Оценивали ли вы, сколько стартапов доходят до логического конца, то есть коммерциализируются, тиражируются, запускаются в промышленное производство и т.д.?— В каждом направлении биотеха — своя статистика success story. К примеру, в фармацевтике около 50% стартапов — это провалы. Дело в том, что разработка лекарственных препаратов — долгий и дорогой путь, который занимает 10-12 лет и стоит 300-400 млн долларов. На одном из треков «Технопрома-2023» в Новосибирске мы обсуждали, как можно укоротить и удешевить процесс разработки. Например, использование искусственного интеллекта может позволить предсказать механизм действия молекулы, рассчитать вероятность неудачи, найти побочный эффект, с помощью компьютерного моделирования предсказать результаты доклинических исследований, найти новую мишень. Отмечу, что сегодня в мире известны миллионы химических соединений, которым пока не могут найти применение. Либо непонятна мишень, на которую они действуют, либо очень много побочных эффектов. Задача стартапов в области ИИ — проанализировать эти соединения с помощью BigData, чтобы показать, можно ли использовать эту молекулу сначала на животных, а потом на человеке. ИИ может очень серьезно удешевить процесс поиска в фармтехе.В медтехе основной тренд связан с сенсорными технологиями. Например, неинвазивный глюкометр, тонометр, который может с помощью браслета собирать, передавать и обрабатывать данные. Фактически речь идет о создании персональных медицинских помощников, что быстро и без участия врача могут собирать большие данные о состоянии здоровья пациента. А при выявлении отклонений ставить врача в известность. Это актуально при наблюдении за состоянием здоровья пациентов с хроническими заболеваниями, пожилых людей, беременных, и т.д. Такая аппаратура позволяет сократить время ожидания пациентом помощи врача: к медикам попадают либо превентивно, либо если в состоянии здоровья появляются отклонения от нормы.Еще один популярный тренд в медтехе — реабилитация. У Илона Маска есть интересный стартап Neuralink, он использует чип с электродами, который крепится к черепу и подключается к мозгу. Эта технология позволяет анализировать общее состояние организма человека. Думаю, что за такими разработками будущее.— И сколько лет на их внедрение может уйти?— На мой взгляд, достаточно много. На исследования необходимы десятилетия, так как это инвазивная история.В медтехе также перспективна тема очувствления протезов, которые позволят пациентам чувствовать себя нормально и вести жизнь обычного человека, невзирая на травмы, инвалидность и т.д. В портфеле «Сколково» был стартап, нацеленный на помощь в восстановлении обоняния после ковида. Инноваторы также работают с темами реабилитации после неврологических заболеваний, депрессий, проектируют тренировки на повышение выносливости организма.В агротехе самые популярные темы нацелены на импортозамещение, такая сессия была на «Технопроме». Мы очень много лет были зависимы от зарубежных стран в части генетики и селекции, так как большая доля семян, биологического животного материала у нас импортировалось — и до сих пор мы сохраняем эту зависимость. Здесь большое поле для работы.Кроме того, стартапы активно работают с цифровизацией процессов в сельском хозяйстве. Например, система управления фермами, система точного земледелия, прогноз урожая, и т.д.— Насколько у стартаперов развита тема создания искусственных заменителей натуральных продуктов? Например, искусственного мяса, белка из насекомых? — Да, такой тренд тоже существует. Но я бы сказала, что больше интереса у стартаперов вызывают не заменители мяса, а разработка замены плохих сахаров на полезные. Речь идет о растительной клетчатке, которая имеет сладкий вкус и полезна для человека. То есть в тренде технологии, завязанные на здоровый образ жизни.— Российские ученые неоднократно говорили о том, что нет смысла пытаться догнать западные технологии, там где мы отстали, нужно найти свой путь и придумать что-то новое. Вы наблюдаете такие прорывы? — Лично я не считаю, что по ряду направлений мы сильно отстали. Да, наша страна не была сильна в биотехе, и тут у нас большое поле для работы. А вот с точки зрения цифровых технологий мы можем дать фору очень многим зарубежным странам. Исторически у нас всегда были сильные инженеры, айтишники, и сейчас этот разрыв укрепляется. С точки зрения цифровизации госуслуг, здравоохранения нам может позавидовать весь мир.
Для будущего развития
— Кто сегодня чаще является инициатором инновационного проекта: стартап или бизнес? — До прихода в «Сколково» я работала в крупной корпорации и думала: кто эти безумцы, которые создают новые технологии? Поработав в «Сколково», я точно могу сказать, что драйвером инноваций и всех связанных с ними процессов, креативного мышления у нас являются именно стартаперы, а также ученые. Они более мобильны, им проще быстро адаптироваться к ситуации, у них не зашорен мозг, они видят новые возможности, не боятся экспериментировать, более пробивные. Корпорации более неповоротливы, хотя у них больше денег.Но и у корпораций отношение к инновациям меняется. Еще 5 лет назад многие компании вообще не понимали, как работать с инноваторами, что такое акселераторы, хотя во всем мире эти процессы были отлажены. Благодаря программам «Сколково» корпорации всему этому научились. Сейчас они сами «пылесосят» рынок в поисках интересных идей, команд. Практически в каждом банке, крупной фармкомпании есть свои подразделения для работы с инновациями, которые внимательно отслеживают все мировые тренды.— Какую роль сейчас выполняет «Сколково»? — Сейчас наша основная задача заключается в поиске новых технологий, сумасшедших ученых и инноваторов, которым мы помогаем найти не менее сумасшедшего предпринимателя, чтобы на выходе получить сногсшибательный результат.— Но для внедрения всех этих новых технологий нужны кадры. Насколько актуален этот вопрос в отрасли инноваций? — Кадровый дефицит — это ключевая боль, о ней я говорю на всех публичных площадках, в которых принимаю участие. Сейчас уже не нужны просто медики, айтишники, инженеры — необходимы люди, имеющие образование на стыке разных дисциплин: биология и IT, физика, химия и квантовые технологии, нейротехнологии и IT. Это совершенно новые профессии.— Где готовят по таким профессиям? Или это вектор на самообразование для заинтересованного человека? — Нет, новым профессиям должны готовить крупные фундаментальные университеты, которым необходимо корректировать свои программы. К примеру, я 15 лет назад закончила медицинский университет, и у нас в вузе не было направления «Предприниматель в области медицины». Сейчас совместно с медицинскими университетами мы думаем над его созданием, так как видим, что врачей нужно объединять с учеными, учить технологичному предпринимательству, чтобы получался бизнес. У нас есть совместные программы с МФТИ, но хотелось бы, чтобы таких программ стало больше, в том числе с региональными вузами.
Камила Зарубина, окончила с отличием Первый МГМУ им. И.М.Сеченова. Получила степень кандидата биологических наук в области фармакологии и клинической фармакологии. Имеет более 10 лет опыта экспертизы, инвестиций и управления проектами ранних стадий по направлению «наук о жизни», в проектах, связанных с разработкой новых лекарственных средств, медицинской диагностики, устройств и цифрового здравоохранения, реабилитации.С 1 ноября 2022 года назначена исполняющим обязанности вице-президентом, руководителем кластера биологических и медицинских технологий. Область научных интересов включает исследования в области нейрофизиологии мозга и терапии нервных заболевания.
Фото предоставлено пресс-службой «Сколково»
Автор статьи: Юлия Данилова
Источник статьи: https://infopro54.ru/news/kamila-zarubina-rynku-innovacij-ne-xvataet-kadrov-s-novymi-kompetenciyami/<