Мирзоев выступал в парном катании с Анастасией Мишиной. Сейчас он работает тренером.
– Вы часто пересекаетесь с Алексеем Николаевичем (Мишиным)?
– Конечно. Мы часто встречаемся на соревнованиях и в университете. Сейчас я пишу диссертацию, научным руководителем которой является Алексей Николаевич.
– Есть ли особые качества, которые вы бы хотели перенять у заслуженного тренера?
– Сложно выделить что-то одно. Могу сказать, что Алексей Николаевич всегда позитивен и открыт в общении – это одно из главных его качеств. Не всегда люди, обладающие таким авторитетом, способны быть настолько открытыми и расположенными к общению.
– Мишин умеет создать атмосферу легкости, благодаря которой чувствуешь себя наравне с ним.
– Да, рядом с ним всегда ощущается спокойствие.
– В противовес можно привести в пример Этери Тутберидзе. На публике тренер ведет себя закрыто, неприступно. Насколько такой образ имеет место?
– Когда тренер достиг такого высочайшего результата, как это сделала Этери Георгиевна, она имеет полное право закрыться и быть неприступной для широкого общения с коллегами и СМИ. Я не считаю, что это плохо. Однако у каждого свое видение.
– Этери Тутберидзе достаточно часто критикуют за неприступность. Насколько это оправданно со стороны людей, которые несут подобный негатив в массы?
– Фигурное катание в России на протяжении долгих лет активно развивается благодаря нашим спортсменам, тренерам и федерации, вместе с тем значительно увеличивается количество фанатов и болельщиков.
Сложно представить, что такое бурное обсуждение каждого соревнования имело место быть 10 лет назад. Есть некоторая закономерность в негативных высказываниях болельщиков о тех или иных вещах.
Хочется, чтобы подобного было меньше, но мы, к сожалению, на это повлиять не можем. В условиях той широкой огласки, которая существует на данный момент, критики, в том числе неоправданной, не избежать. Необходимо научиться с ней справляться, – сказал экс-фигурист.
Что за новое поколение у Тутберидзе? Возможно, кто-то из них возьмет золото Олимпиады-2026
