На следующее утро Михаил с утра отгладил лучший костюм и очень нервничал, повязывая галстук. Он очень надеялся, что на этом празднике не будет застолья с тысячью столовых приборов, которыми непонятно как пользоваться… Он простой человек! Не осрамиться бы… Добирался сперва на автобусе, потом — на такси. Въезд в коттеджный поселок был через пост охраны — все явно было серьезно… Наконец, Михаила высадили у особняка, где он продемонстрировал приглашение и его пустили внутрь…
И тут же он вздохнул с облегчением — потому что на лужайке перед двухэтажным особняком происходил обыкновенный, шумный и яркий детский праздник! Здесь был надувной замок, подвешенный игрушечный осел с начинкой из конфет, тут ходили клоуны, играла музыка, прыгали аниматоры в дурацких костюмах, сладко пахло сахарной ватой и кажется — жареными на гриле колбасками…
— А мы вас заждались!
Михаил чуть не подскочил, когда к нему подошла Александра. Сегодня она была совсем не похожа на себя ту — в их первую встречу. Она была одета в простые джинсы и белую футболку, на лице — ни капли косметики, волосы собраны в обычный хвост. Но только так она была еще красивее…
— Ты пришел! — со счастливым, какой бывает лишь у маленьких, верящих, что все на свете возможно, визгом, на них налетел Федор.
— Привет, дружок! — Михаил подхватил мальчика на руки, — ну, как ты? Не чихаешь?
— Нет, — улыбнулся мальчик, — мама меня таблетками закормила…
— Мамы — они такие, — сказал Михаил, — но она тебя любит. Слушаться ее надо… Так, парень… А вот что у меня для тебя есть...
— Подарок? Ура! Еще подарок! — воскликнул мальчик и схватив коробочку с игрушкой, посмотрел на маму, — можно?
— Ты знаешь правила, — ответила она, — подарки открываем после, после праздника.
— Хорошо, — кивнул мальчик и подбежав к столу, оставил коробочку на нем. Там же громоздились другие подарочные свертки.
Михаил специально не считал, но понял — пацану видимо надарили столько, что хватит открыть игрушечный магазин.
— Странно, — заметил он, — обычно сразу дети открывают…
— У нас в семье такое правило, — ответила Александра.
— Понятно, — сказал Михаил, которому совсем не хотелось спорить о методиках воспитания, пусть он и считал их неправильными.
Пользуясь тем, что сын занят, хозяйка дома повела Михаила знакомиться с гостями… Он не избежал опять той же участи — принимать похвалы за то, что спас Федю, ему жали руку, с ним говорили… А какой-то солидный дяденька сунул визитку со словами, мол, если захотите нормальную работу получить — то звоните мне. Михаил малость на такое оскорбился — не хотел он никаких подачек от богачей! Может, не идеал у него работа, но не по знакомству взяли и всё, что имеет, то заслужил…
— Прошу прощения! — на костюм Михаила выплеснулась чашка безалкогольного пунша.
Он глаза округлил — потому что на него налетел, облив, Валерий. Пара фраз и стало ясно — его привел на праздник сосед Александры, у которого Валерий работал репетитором. Привел, чтобы похвастаться перед другими родителями тем, какой у его дочек крутой учитель английского! Валерий был совсем не против такой рекламы — сказал, что так можно и клиентов новых найти.
— А я бы не смог, — признался Михаил, — просто… Вращаться в этом кругу.
— Отчего же? — усмехнулся Валерий, — кажется, обычные люди. Ни рогов, ни хвостов.
— Они — другие, — покачал головой Михаил, — разные с ними ценности, взгляды на жизнь…
— Ого, а у тебя предрассудки! — Валерий налил две чашки пунша, одну протянул Михаилу, — на самом деле, среди них есть люди самые разные. Уверен, так везде — есть заносчивые, есть открытые, есть те, кто всех загрызет ради своего и есть другие…
Желая переменить тему, Михаил спросил — ну, как там Тамара?
— Не очень, — мрачно ответил Валерий, — постоянно твердит о том, как ее сына забрала лесная нечисть… В общем, сходит с ума!
— Может, у нее правда ребенок был когда-то и с ним что-то случилось? — сделал предположение по внезапно осенившей его догадке Михаил.
— Понятия не имею, — ответил Валерий, — у нас такой информации нет. Но в любом случае… Боюсь, если так продолжится и дальше, то придется ее направить в клинику… Ну, как тебе праздник?
— Ничего, — кивнул Михаил, — вообще нормально так. Видно, что детям весело… Федора, наверное, дома теперь взаперти держат?
— Почему? — удивился Валерий, — просто сменили персонал… Няня, с которой его отправляли в город, просто оказалась безответственной особой… Представляешь, она в тот день порвала со своим гражданским мужем. Он ей позвонил, сказал, что между ними все кончено, что он вообще собрал вещи, берет любовницу, чемодан и улетает в Египет! Ну, она и сорвалась… Оставила ребенка просто на улице одного!
— Мда, теперь ей не позавидуешь…
— Это точно, — мрачно улыбнулся Валерий, — она так хотела его, то есть своего парня остановить, что просто решила встать посреди дороги, чтобы не дать проехать такси! Выскочила мгновенно. Ее сбило.
— Чего?! — Михаил чуть не подавила пуншем, — жива хоть?
— Жива. В больнице валяется. Александра хотела сперва ей устроить веселую жизнь, но… пожалела дуру и как-то решила все это замять, то есть не обвинять ее… Иногда она бывает слишком… мягкосердечной. Со смерти родителей и мужа ее так мотает.
Михаил никогда не был сплетником. Но тут он испытал просто очень уж сильное желание узнать больше о жизни Александры… Оно было примерно таким же невыносимым, как если бы он съел перечных куриных крылышек и после нуждался в стакане прохладной воды.
Валерий в нескольких фразах обрисовал ситуацию — оказалось, что муж Саши и ее родители погибли в автокатастрофе накануне того, как все счастливо должны были бы возвращаться домой с Федором.
— А ребенок? Он был усыновлен, получается, да? — решил прояснить и этот непонятный для себя момент Михаил.
— А вот тут все совсем интересно, — сказал Валерий, — дело в том, что Саша… Ну, он как бы усыновлен, но при этом все равно родной… В общем… Его родила суррогатная мать.
— Понятно, — кивнул Михаил.
— А что касается его биологической матери… Ну, там все сложно было… Известно только, что она зачем-то решила прогуляться с младенцем до леса. Слышал про послеродовую депрессию? Ну, так вот это она была… А потом… В общем, она себя погубила по глупости. Так! Давай не будем больше про такие мрачные темы? — резко переменил тон настроения Валерий, — и почему мы тут еще стоим? Идем, сейчас будут разрезать праздничный торт!
— Пойдем, — отозвался Михаил, но всё-таки еще решил кое-что сказать по этой теме, — но зачем она все Федору рассказала? В том смысле, что он, получается, растет с осознанием того, что он — не совсем родной… Мне кажется, это ненормально!
— Просто Александра решила, что лучше так, чем он однажды узнает от какого-нибудь «доброжелателя» нюансы своего происхождения. А так — у него с детства все ясно. И потом… Им это не мешает! Федя любит маму, а она — его…
Интересно ваше мнение, а лучшее поощрение лайк и подписка.