На протяжении последних лет в мире растет интерес к коренным народам, их культуре и языкам. Россия не исключение. Люди начинают изучать историю своих семей, узнавать о принадлежности предков к тому или иному народу, интересоваться его традициями и обрядностью. Однако, несмотря на осознанность нового поколения, численность многих коренных народов драматически сокращается. Так происходит и с этнической группой карел – финно-угорским народом. Сейчас карелы возрождают исконный уклад жизни и родной язык.
Марусе Юрищевой удалось побывать на территории Тверской Карелии, попробовать местную кухню и послушать старинные карельские легенды.
Фото Сергея Данилова.
Благодарим за гостеприимство Марину Евграфову и Карельский дом в Чашково.
Одна из моих любимых достопримечательностей Москвы — ВДНХ и известный всем фонтан «Дружба народов». Википедия пишет, что изначально на его месте должна была находиться «площадь для митингов», а вокруг — памятник Сталину. Но потом концепция изменилась: площадь сочли неудачной для митингов и место отдали ещё под один фонтан, который вскоре станет главным на ВДНХ. Это был конец 1930-х годов. А Сталина, к слову, всё же поставили — отлили из бетона 25-метрового вождя, но через пару десятков лет он стал разваливаться и проще было его убрать. С тех пор Сталина там нет, а «Дружба народов» — в самом центре ВДНХ. Каждая из шестнадцати позолоченных статуй фонтана олицетворяет одну из Союзных республик: Белорусскую, Украинскую, Армянскую и другие. Оказывается, был среди них и символ Карело-Финской ССР — статуя девушки-карелки в национальном костюме. Однако сейчас о ней мало кто вспомнит. По иронии судьбы, ещё до торжественного открытия фонтана, советское правительство решило упразднить культуру и язык этой позолоченной карельской девушки. Быть такими, как она, стало постыдным и даже опасным. Но обо всём по порядку.
Часть первая. История
Ещё в XV веке на территории Карельского перешейка между Финским заливом и Ладожским озером проживало племя «кОрела» — в то время ещё многочисленный финно-угорский народ. Сейчас корелой называют каменную крепость в городе Приозёрске Ленинградской области, который был столицей этого народа, ныне известного как «карелы». Их предки переселились на эти территории с Южного Приладожья, отделившись от племени весь. Позже прибалтийские земли карел хотели занять шведы, они совершали набеги и собирали дань с коренного населения. Тогда карелы просили помощи у русских князей, и те, как правило, становились на их защиту.
Карельские земли всегда были спорной территорией и объектом колониальных амбиций между тогдашними Швецией и Россией. Вторжения и грабежи продолжались не один век, прежде чем в 1617 году страны не заключили мирный договор. Согласно документу все карельские земли отошли Шведскому Королевству, а перед населением встал выбор: оставаться им со шведами или уходить к русским. Тогда и началось массовое переселение карел на территорию Русского Царства. Ключевая причина их ухода с новоиспечённых шведских земель — сохранение православной веры. Ещё в начале 1220-х карелы приняли православие, а шведы хотели насильно обратить народ в лютеранство. Кроме того, карел пригласили в пустующие русские деревни, предложили им подъёмные деньги, не брали налогов и податей. Так карелы начали создавать свои поселения на территории современной России. Они разъехались по всему северу: заняли часть Архангельска, Мурманска и область будущей Республики Карелия. Однако большинство карел оказались в деревнях Тверского края, там были лучшие условия для жизни, сохранения своей культуры, веры и родного языка. Чтобы изучить историю и традиции тверских карел, собрать фольклор и попробовать национальную кухню, я отправилась в старинную карельскую деревню Чашково.
Часть вторая. Тверская Карелия
Дорога до Чашково оказалась гораздо увлекательнее, чем я думала. Чего стоит одна только электричка Тверь – Локотцы (с ударением на последний слог). Оттуда я привезла самое яркое воспоминание о маленьком милом, на первый взгляд, дедушке, который ехал, конечно, «зайцем». Контролёры в количестве 3-х человек сначала уговаривали, потом прямо-таки вынуждали его оплатить проезд, но дедушка был непреклонен и твердил одно и то же: «Никогда в жизни не платил и сейчас не собираюсь!» Пока атаковавшие его работники РЖД отвлеклись или отправились за подмогой, дед быстро вышмыгнул из поезда — видела своими глазами. Вернувшиеся контролёры ещё минуту посокрушались, вздохнули да ушли. Тут откуда ни возьмись появляется всё тот же дедушка и летит по вагону с криками: «Пресса, газеты, кроссворды». Такой ловкости я ещё не видела, поэтому посчитала себя обязанной купить у него кроссворд в дорогу…
Ближе к деревне меня и других интересующихся поисками национального самосознания — языковедов, историков и этнических карел — встретила хозяйка «Карельского дома в Чашково» Марина Евграфова. Она приехала на стареньком велосипеде, стараясь лавировать между ям, ухабов и шероховатостей деревенской дороги. Марина явно отличается от всех нас: на ней длинное льняное платье с орнаментом и красный фартук, через плечо плетёная сумочка, голову покрывает что-то напоминающее русский чепчик. В общем, облачена она в национальный карельский костюм, ей всё это очень к лицу и на публику действует соответствующе: чувствуешь, что здесь, в Чашково, начинается совсем другой мир, где не будет мобильной связи, интернета, большинства благ нынешней цивилизации и современного русского языка.
Марина проводила нас прямиком до «Карельского дома в Чашково» —совершенно особенного и до сих пор жилого дома-музея, о котором я ещё расскажу подробнее. А пока мы осматривали местность, карельская хозяйка уже отправилась встречать вновь прибывших гостей. Съезжаются все на фестиваль травничества Heinä Fest, на котором карельские мастера и мастерицы расскажут о разных интересных травах, о том, как правильно их собирать и использовать. Однако прежде всего нас привлекают ароматы дикой полевой кухни. Там уже вовсю готовят традиционные карельские блюда. Об этом я и расспросила Марину в первую очередь.
«Особенность нашей кухни в том, что карелы всегда используют только ржаную муку. У нас ведь местность рискованного земледелия, пшеницу взрастить очень сложно и дорого, а рожь гораздо проще. Так что самые известные и любимые карельские блюда — калитки и сульчины — до сих пор делаются из ржаной муки. Калитки — это такие небольшие открытые пирожки на тонком тесте. А сульчины — ржаные блины, обязательно с начинкой. Можно например с грибами, ягодами, творогом, но чаще всего — с кашей. Раньше карелы применяли ржаную муку даже в квашении капусты и супы варили с семенами ржи», — рассказывает Марина и продолжает:
«Карелы вообще народ постоянный и верный традициям. Но ещё одна важная черта — бережливость. Ничего у нас не тратилось бесполезно, всё всегда к делу и к месту. Своё добро наживали очень кропотливо, с большим трудом, поэтому ценили, оберегали и были недоверчивы. Карелы всегда сначала к человеку приглядываются, пока не поймут, с чем он пришёл, доброе несёт или злое. Конечно, если человек хороший, то и карелы открываются, бывают очень щедры на эмоции и дружелюбны», — так Марина охарактеризовала своих карельских предков и поспешила к началу «погружения в мир растений с национальным колоритом» — на лекцию по травничеству.
Тем временем на фестивале под народные карельские песни в живом исполнении открыли новые локации: поначалу устрашающий лабиринт в деревенском лесу, выбраться из которого можно только зная историю и культуру карел, и несколько мастер-классов по ткачеству, плетению из бересты, созданию карельских кукол-оберегов «муччо». Прошедшие лабиринт гости любовались открывшимся видом на поляну с небольшим озером. Там царило спокойствие и умиротворение, пока мастер-класс по расписыванию льняных шоперов национальными орнаментами вызвал столпотворение. Для тех, кто не дружен с рукоделием, открылась ярмарка. Приобрести можно что угодно, сколько угодно и не бояться — добра на всех хватит! Там, среди ярких поясов, фартуков и сорочек, домотканых половиков и одеял, оберегов, украшений и игрушек, как артефакты, лежали словари карельского языка, фольклорные тексты и различные издания известного карело-финского эпоса «Калевала».
«В начале XIX века финский лингвист и языковед Элиас Лённрот отправился исследовать карельские земли. Он собирал разные легенды, плачи, заговоры, эпические сюжеты, то есть абсолютно всё, что слышал. Были, конечно, и другие учёные-исследователи, но именно Лённрот создал единое литературное произведение — эпос «Калевала». Дословно это переводится как «место, где живёт Калев», так в финско-карельской мифологии звали родоначальника, отца трёх главных богатырей наших легенд. Состоит «Калевала» из пятидесяти рун — сюжетных песен — и рассказывает о зарождении мира, появлении первых богов и дальнейшей их жизни, похождениях, семейном укладе. Также там подробно описан быт наших предков, домашняя утварь и ремёсла, а одна из лекций сегодняшнего фестиваля травничества посвящена растениям, упомянутым в «Калевале». Конечно, финны считают этот эпос своим достижением, а карелы – своим. Но главное, когда «Калевала» был опубликован, в 1835 году, это повлекло невероятный подъём национальной идентичности. И карелы, и финны тогда искали свой культурный код и через «Калевалу» обнаружили его. Это было удивительное для всех время. У нас даже есть особенный день — 28 февраля отмечается день «Калевалы». Это считается официальным праздником финской и карельской культуры, тогда мы проводим мастер-классы по карельскому языку, ремёслам и танцам — карельской кадрили и крууге, играем в наши традиционные игры и устраиваем выставки прикладного творчества», — рассказывает Марина.
Помимо Калева и наиболее известных карело-финских божеств — Вяйнямёйнена (первый рождённый после сотворения мира, известен как мудрец, шаман и рунопевец), Лемминкяйнена (носит прозвище «беспечный» и пользуется славой ловеласа), Ильмаринена (бог воздуха и погоды, искусный кузнец), до нашего времени дошли и другие мифические персонажи, в честь которых устраиваются торжества. Например, Кегри — бог-покровитель домашнего скота и зерновых посевов. Сейчас карелы возродили празднование так называемого Kegrinpäivä. Он отмечается на стыке лета и зимы, когда наступает переход в холодное время года и заканчивается сбор урожая. Тогда устраивается грандиозный пир, который символизирует благополучие и сытость в следующем году. Самого хозяина праздника, Кегри, обязательно угощают: накануне вечером его кормят и поят. Карелам, как и многим другим народам, свойственно задабривать духов. Несколько веков назад отношение к окружающему миру было гораздо более трепетным. В лесу обитали одни духи, в поле — другие, в доме — третьи, но все они были уважаемы и почитаемы. Карельский народ общался с ними через ритуалы, для каждого духа он свой особенный. Как, например, с духом леса: прежде чем начать собирать грибы или ягоды, карелы просили прощения и оставляли духу в знак благодарности за его дары что-нибудь съестное — пирожок или кусок хлеба. Вероятно, нынешние карельские бабушки поступают так и до сих пор. Они ещё, возможно, помнят карельский язык, знают старинные заговоры, умеют выводить бородавки и родинки магической силой слова, чем славятся карельские знахарки. Однако сейчас не только старшее поколение старается сохранить или же возродить традиции предков, исконный карельский быт и говор. Например, это удалось уже известной вам Марине Евграфовой в её родовом доме.
«Карельский дом в Чашково — это не просто музей, это дом моего детства. Поэтому я особенно трепетно к нему отношусь. Иногда мы с семьёй даже остаёмся в нём пожить ненадолго, конечно, без ноутбуков, телефонов и тому подобного. Если здесь носить джинсы и кроссовки, оборудовать комнаты всякой техникой, это разрушит атмосферу и дом просто потеряет свою особенность. Его построил ещё мой прадед Николай, дедушка здесь женился, а я и мой отец родились в этом доме. Я помню, что всегда в нём было очень много разных и опасных предметов — рубель, топор и всякие столярные принадлежности, дед ведь был столяром-краснодеревщиком. У нас было всё, что нужно для полноценного ведения хозяйства. Эти предметы до сих пор в доме, мы сохранили утварь, тогдашнюю мебель, фотографии, словом, дом остался таким, каким был с самого начала. И всё это можно потрогать и рассмотреть, попробовать управиться со всякими приспособлениями, то есть почувствовать на себе, окунуться в настоящий карельский быт. Поэтому наш дом — не казённое помещение, какими принято считать обычные музеи...»
Экскурсия началась. Сразу чувствуется, как в доме холодно и сыро, но Марина объясняет — под избой ледник: камни, на которые зимой скалывают лёд и таким образом получается подобие холодильника, только так продукты могут сохраниться подольше.
На первом этаже дома Марина рассказывает о различных бытовых приспособлениях, о старинном комоде и раскладном столе из красного дерева, сделанном её дедушкой. Там же находится и тайная комната, где карельские семьи прятали муку, пшеницу и молоко, а дети гадали, что же хранится за секретной дверью. Дальше — на втором этаже, где становится ощутимо теплее, — небольшая спальня, кухня и главное место в доме — печь. По рассказам местных старожил, раньше в таких печах не только готовили, но и парились и лечили младенцев. Если ребёнок заболел, его клали на лопату — и в печь, прогреться. Одна из бабушек была живым тому доказательством и в подтверждение кричала: «Да-да-да, правда! Это ещё меня так в печи лечили!» Выслушав дикие для современных столичных жителей истории, мы прошли в главную комнату. Её украшают половики ручного ткачества, деревянные фигурки и старинные детские игрушки. На стенах фотографии, с которых когда-то и началась история Марины...
«Глядя на старые семейные фотографии, мне становилось жутко интересно, как жили мои предки, во что они верили... Ещё лет пятнадцать назад я и не подозревала, что рядом со мной, в Тверской области, живёт совершенно другой народ. Тогда я не догадывалась, что являюсь одной из них. Просто однажды написала краеведческую работу по карелам, заинтересовалась и так неожиданно меня это увлекло, что я решила изучить подробнее местные архивы. Там и нашла подтверждение своим карельским корням: мой отец, дед и прадед — в общем все по папиной линии — карелы. Мне было уже 37 лет, когда я узнала настоящую историю своей семьи и поняла, что сама карелка», — признаётся Марина, — Ведь раньше карельские корни скрывали, быть карелом считалось постыдным. Помню в детстве бабушки в деревне всегда шептали мне на ушко, что я карелка, потому что старшее поколение в моей семье ещё говорило на карельском. А я уже тогда, будучи совсем ребёнком, отнекивалась и стеснялась. Само слово «карел» однажды стало нарицательным, синоним ненормальности, означало, что ты не такой как все…»
— А почему так произошло? Отчего карел вдруг невзлюбили, что они такого сделали? — поинтересовалась я.
Часть третья. Продолжение истории
В первой половине XX века на территории Тверской области наступил расцвет карельской культуры. Появилась небольшая, но своя государственность. К 1937 году был учреждён национальный автономный округ — объединили несколько карельских районов с центром в городе Лихославле. Открылись десятки школ и училищ, где обучали карельскому языку и письменности: «Вопрос о карельских школах решён правом каждой народности получить школу на родном языке учащихся», — говорится в официальном документе тех времён. Преподавание, культурно-просветительская работа, местные мероприятия и праздники — всё проводилось на родном языке. Буквари и учебники составляли на местном наречии, газеты перепечатывали, а книги переводили на карельский, даже государственным ведомствам нового национального округа пришлось перекраивать привычный документооборот. Однако вскоре, к завершению 1930-х, карелы стали заложниками политики Советского Союза. Зимняя война между СССР и Финляндией началась в ноябре 1939 года. Тогда Карельский национальный округ упразднили, ведь создавался он во времена сближения «страны советов» с финнами, его жителей признали врагами народа и предателями, обвинили в дружбе и схожести с новыми противниками. Наступило время репрессий и искоренения карельской культуры.
— Целому народу запретили говорить на родном языке, в школах на карельском уже не преподавали, книги и учебники уничтожили. А если бы кто-то узнал, что ты карел, — сразу написали бы донос… Поэтому всё скрывалось, а язык постепенно забывался…Только в эпоху наступившей гласности случился разрыв шаблонов, люди стали искать в себе уникальность и находить в семье такие корни как, например, карельские, — поясняет Марина, — Сейчас наша главная задача — сохранение тверского карельского языка, так как он находится в реестре вымирающих. Мы стараемся создавать условия, чтобы наш язык возрождался и развивался в дальнейшем. У нас есть несколько проектов: для детей «Карельская школа», где мы проводим разные игры и квесты в карельской тематике, а для продвинутых — курсы языка в областной научной библиотеке Горького. Мы собираемся, читаем на карельском, пишем и переводим. Конечно, для возрождения всей культуры этого недостаточно, поэтому сотрудничаем со многими общественными организациями, проводим свои национальные фестивали и бываем на различных мероприятиях за границей — в Эстонии например, и в общем-то работаем в поддержку друг друга! Так, к нам приезжают уже который год подряд и группы туристов, и просто интересующиеся ребята. Мы стараемся помочь людям окунуться в нашу культуру, открываем этноцентры и такие вот живые музеи, чтобы о карелах знали, ведь на самом деле народ очень большой, со своей историей и уникальным языком. А прямо сейчас проводится акция «Фамильная чашка». Все желающие могут принести нам свою чашку, и она станет экспонатом выставки. Главное условие — чашка должна быть с историей, связана с важными событиями или дорогими для вас воспоминаниями. Деревня-то наша всё-таки Чашково…
Какой вывод можно сделать из этой истории?.. Расспросите своих бабушек и дедушек об их детстве, старых семейных традициях и преданиях. Вдруг вы увеличите численность одного из коренных народов и так же обретёте (или обновите) свою национальную идентичность.
Автор: Маруся Юрищева