Нет, это уж точно. Точнее не бывает.
Ведь Андрей Павлович сказал. А ему зачем врать — незачем.
Но обо всем по порядку.
У Андрея Павловича дача. И вот когда он уезжал в Питер, то на нас ее оставлял. Так-то у него родственники есть, но им некогда. А нам — нам все равно делать нечего. Я вот на кладбище сижу, народ смешу. Так хоть на его даче что сделаю, всё от меня польза будет.
И то правда. Собрала я ягоды. Вымыла, просушила, по пакетам разложила, да заморозила. Всё, что положено — поливала. Что не положено поливать — там землю рыхлила. Траву с Юрой порвали, где смогли. Ну, — думаем, — доволен будет. Приедет с отдыха, а у него всё чистенько. Урожай в холодильнике. Цветы дома политы. Правда, один погиб цветок — саженец гортензии, да как оказалось это горшок ему мал стал. Не моя вина. Короче говоря встретили Андрея Павловича на вокзале, домой отвезли, ключи вернули. Вроде бы всё. Ничего не должны.
Надя мне говорит: он вам хоть спасибо-то сказал?
— Нет, — говорю, да он и не видел, как на даче все чистенько стало, — вот поедет и удивится. И скажет спасибо. А если честно — главное, чтобы не ругался.
И вот поехал Андрей Павлович и звонит мне: так травы много выросло. Ужас.
А мне стыдно сказать, что откуда трава -то? Мы же ее всю порвали. Ну ладно, много и много. Дожди же зарядили. Может и вправду заколосились сорняки.
— Вам, — говорю, надо на свободном месте горчицу посеять. От сорняков. И удобрение будет. Вот Юра у тети Гали вспахал мотоблоком и горчицей засеял огород. И вы так сделайте. Вскопайте и горчицу посейте.
Тут надо сказать,что Андрей Павлович уже больше года мне говорит, как он хорошо себя стал чувствовать, что сил у него прибавилось — хоть отбавляй. И всё после прививок. Он их несколько сделал. Вот у него иммунитет и укрепился. Вот в начале лета ему надо было делать очередную прививку, а вакцин нет. Ни одной. Он ругаться: что ему делать? Ведь он заболеть может. А в поликлинике ему говорят: не делаем сейчас, нет вакцин. А когда будет? Неизвестно. Кричал Андрей Павлович, приводил аргументы, что, вот, мол по центральному телевидению, говорили, что нужно прививаться, а там не обманывают. Угрожал, что не уйдет, пока не сделают прививку ему — для своих у них наверняка есть, да всё без толку. Ушел домой, как говорится не солоно хлебавши. Узнал, правда, как сделать прививку от энцефалитного клеща.
И вот, стало быть повысился иммунитет у Андрея Павловича и силы тоже увеличились. Раньше он пять соток за пять дней вскапывал. А теперь за три. А годков ему — почти восемьдесят.
И вот узнал он от меня, что Юра вспахал огород у моей покойной тети. И, оказалось, что ему тоже надо. Мотоблоком пройтись по даче. Неважно, что у него грядки, да дорожки из бетона — хочет, чтобы Юра вспахал и всё.
А Юре, бессовестному, не хочется к нему ехать. Начал придумывать, что типа неудобно пахать на небольшой территории. Что-де дорожки сломает, да и вообще времени особо нет.
Юра-то работает. Да ещё дома, удаленно несколько проектов ведёт. А некоторое время назад ему предложили преподавать. Денег не очень много, но все какая-то копеечка. Естественно, это требует времени.
Я возьми и скажи, что некогда Юре, Андрей Павлович. Вот совсем некогда. Мало работ и удаленных подработок, так ещё и преподавать начал. Занят он.
Возмутился Андрей Павлович: зачем ему это? Что вам, денег не хватает что ли?
Так я же не работаю, а нам памятники надо поставить — много памятников, а они сейчас не десять тысяч стоят. И адвокату надо платить, да вообще нужны какие-то деньги, чтобы ни от кого не зависеть. Если бы платили на одном месте работы нормальную зарплату, разве стал бы Юра искать подработку? Нет, конечно.
Не поверил Андрей Павлович. Сказал мне: это он любовницу завёл. Точно.
Будто это меня затронет. Если бы могла смеяться — посмеялась. Говорю вот Найде, когда вечером Юра на занятиях и я одна на кладбище: Найда, Юра сейчас не деньги зарабатывает, чтобы мясушка тебе и Чернышу купить. Он у любовницы. Андрей Павлович сказал. Он врать не станет. Найда смотрит и будто улыбается. Не верит. Да что с неё взять — собака...
Берегите своих близких. Пусть у вас всё будет хорошо.
С уважением, Женя.