В начале мая 1984 года в расположение 6-й отдельной гвардейской Берлинской мотострелковой бригады, дислоцированной в Берлине, прибыли необычные гости.
Начальник политотдела подполковник В.И. Кирьяков пригласил меня в свой кабинет и поставил задачу оказать содействие ветерану Великой Отечественной войны Леониду Лаврентьевичу Армашу, жителю г. Иршава Закарпатской области, в поисках информации о его отце, Лаврентии Павловиче Армаше.
Ветеран, видимо, уже не в первый раз, поведал мне одну из страниц истории своей семьи. Отец и сын Армаши были призваны на фронт в первые дни войны, вместе дошли до Берлина в составе одной из воинских инженерно-сапёрных частей. Последней боевой задачей саперов было наведение переправы через реку Шпрее для воинских частей, штурмующих здание рейхстага. 30 апреля 1945 г. Лаврентий Павлович был ранен. Сын передал раненного отца в медсанбат и вернулся в расположение своей части. 2 мая Леонид узнал, что войска Берлинского гарнизона капитулировали, гарнизон Рейхстага прекратил сопротивление, фашисты с белым флагом вышли из подвалов здания.
Радости бойцов не было предела. Сержант Армаш с товарищами на следующий же день подошли к зданию рейхстага, оставили на стенах свои подписи. Вернувшись в расположение своей части, они приступили к выполнению служебных обязанностей: разбирали завалы на улицах, сапёры занимались разминированием зданий и территории. Случилось так, что группа фашистов пыталась выбраться из окружения, её путь пролегал мимо работающих бойцов. Во время короткого боя Леонид Лаврентьевич был ранен и отправлен в госпиталь. После выздоровления он вернулся в свою часть, которая в это время была направлена на строительство мемориала в берлинском Трептов-парке. Вскоре он получил письмо от матери с сообщением о том, что она получила «похоронку» на Лаврентия Павловича. Сведений о месте его захоронения в документе не было.
После увольнения из рядов Вооруженных Сил и возвращения домой, Леонид Лаврентьевич продолжил поиски информации об отце. Обращался во всевозможные советские и международные организации, в Международный Красный крест, но безуспешно. Во время очередного приезда в Берлин он приехал в Посольство СССР. Сотрудник Посольства посоветовал обратиться в Берлинскую бригаду.
Мы беседовали, а в кабинете командира бригады шёл поиск. Дело в том, что в секретной части хранилась Книга Памяти военнослужащих, захороненных на территории мемориала в Трептов-парке. Во время возложений эту книгу выкладывали на специальное место в крипте мемориала. На первых же страницах офицеры увидели нужную фамилию – Армаш Лаврентий Павлович. Поиск ветерана увенчался успехом.
Узнав, что Леонид Лаврентьевич с супругой останется в Берлине ещё на несколько дней, В.И. Кирьяков пригласил их на возложение венков в Трептов-парке 9 мая в День Победы. Мне было поручено организовать экскурсию для них по Берлину. А Леонид Лаврентьевич высказал пожелание побывать в концлагере Заксенхаузен, где была развернута экспозиция, рассказывающая о его истории.
Эти поручения я воспринял с огромным удовольствием и ответственностью. Во время обучения на историческом факультете Кемеровского госуниверситета я близко познакомился с историей Германии, с историей взаимоотношений двух стран в разные периоды ХХ века, изучал историю раннего германского фашизма. А с экскурсионными маршрутами
Восточного Берлина знакомился самостоятельно, это была часть моих служебных обязанностей. Несколько раз проводил тематические экскурсии «Берлин глазами советского офицера» для членов Союза свободной немецкой молодёжи.
Берлин поразил ветерана своими широкими дорогами, монументальными зданиями, новостройками. Он сразу вспомнил свои послевоенные прогулки и поездки по городу, когда здания в центре Берлина лежали в руинах.
В один из дней мы поехали в Заксенхаузен. «Достопримечательностей» там, конечно никаких не было. Были бараки, в которых ночевали заключённые после возвращения с работы. Была небольшая выставка фотографий
и лагерных «артефактов», так мы назвали банки с надписями “Zyklon B”.
С глубокой скорбью прошли мы мимо печей крематория. Но вдруг на нашем пути стали видны виселицы на Аппельплац. Вроде бы ничего необычного, но… Это были самые настоящие машины для убийства людей. На одной виселице единовременно фашисты могли повесить сразу пятерых заключенных. Пять человек поднимались на скамейку, гестаповцы надевали им веревочные петли на шею, один из них натягивал верёвку и резким ударом ноги отбрасывал скамейку в сторону…
Видимо, представив возможную картину казни пленных, Леонид Лаврентьевич, не вытирая слёз, повернулся ко мне, обнял и сказал: «Мы часто на строительстве мемориала в Трептов-парке общались с немецкими рабочими. Они рассказывали, что фашистская пропаганда представляла советских солдат грязными косматыми дикарями, существами из загробного мира, которые придут на немецкую землю и убьют всех. А сейчас я вижу, сынок, что это мы с тобой побывали сегодня в преисподней!»
Этих слов я не забуду никогда. Особенно сейчас они звучат актуально, когда нацизм поднимает голову в стране, жители которой вместе со всем советским народом ковали победу над фашистской Германией.