Последние дни уходящего августа принесли нам необыкновенную жару. Примерно такими же жаркими, если не сказать пылающими, были в политическом отношении августовские дни 1939 года. Тогда в Европе оставались считанные дни до начала Второй мировой войны, а СССР, предпринимая неимоверные усилия, пытался заключить договор о создании системы коллективной безопасности с «партнёрами» в лице Англии и Франции (конечно же, неудачно — ведь те, в свою очередь, просто обманывали нас, будучи уверенными, что фашистская махина двинется прежде всего на Советский Союз, который Париж и Лондон ненавидели с такой же силой, как и Берлин).
Неожиданно советская дипломатия совершила, казалось бы, небывалый шаг, который изменил всю конфигурацию международных отношений в Европе. 23 августа 1939 года был заключён Договор о ненападении между СССР и Германией (получивший в истории также название пакт Молотова—Риббентропа, по фамилиям подписавших его от имени своих стран лиц). По вполне понятным причинам, о которых речь пойдёт ниже, он был, есть и будет ненавистен всем нашим врагам.
Это был один из наиболее секретных документов всей советской эпохи. Сам Вячеслав Молотов (народный комиссар иностранных дел СССР с 1939 по 1946 г.), подписавший его, до конца своих дней (а он прожил до 1986 года) отрицал, что когда-либо имел к нему отношение.
Подписан договор был в очень сложных для СССР внешнеполитических условиях — уже возник очаг военной напряжённости на востоке страны, где спорадически вспыхивали пограничные конфликты с Японией (на озере Хасан и реке Халхин-Гол), союзницей Германии по Антикоминтерновскому пакту (соглашение 1936 г., направленное против Коммунистического Интернационала).
Согласно пакту Молотова—Риббентропа стороны соглашения обязывались воздерживаться от нападения друг на друга и соблюдать нейтралитет в случае, если одна из них станет объектом военных действий третьей стороны. Важнейшей чертой договора являлся прилагаемый к нему секретный дополнительный протокол о разграничении между сторонами сфер интересов в Восточной Европе на случай «территориально-политического переустройства». Протокол предусматривал включение Латвии, Эстонии, Финляндии, восточных «областей, входящих в состав Польского государства», и Бессарабии в сферу интересов СССР. Литва и западная часть Польши были отнесены к сфере интересов Германии. Текст секретного протокола был опубликован в 1948 году по фотокопиям, а в 1993 году — по вновь найденным подлинникам.
Однако негативную оценку со стороны западных политиков документ получил практически сразу, ведь одним своим существованием он рушил их планы в отношении первого в мире государства рабочих и крестьян. Премьер-министр Великобритании У. Черчилль тогда сказал: «Только тоталитарный деспотизм в обеих странах мог решиться на такой одиозный противоестественный акт».
Гораздо интереснее нам узнать оценку, данную документу И. Сталиным, которая прозвучала 3 июля 1941 г., на 12-й день Великой Отечественной войны, в его радиообращении к народу: «Могут спросить: как могло случиться, что Советское правительство пошло на заключение пакта о ненападении с такими вероломными людьми и извергами, как Гитлер и Риббентроп? Не была ли здесь допущена со стороны Советского правительства ошибка? Конечно, нет! Пакт о ненападении есть пакт о мире между двумя государствами. Именно такой пакт предложила нам Германия в 1939 году. Могло ли Советское правительство отказаться от такого предложения? Я думаю, что ни одно миролюбивое государство не может отказаться от мирного соглашения с соседней державой, если во главе этой державы стоят даже такие изверги и людоеды, как Гитлер и Риббентроп. И это, конечно, при одном непременном условии — если мирное соглашение не задевает ни прямо, ни косвенно территориальной целостности, независимости и чести миролюбивого государства. Как известно, пакт о ненападении между Германией и СССР является именно таким пактом».
Широкая общественность Советского Союза оставалась в неведении относительно существования советско-германского договора. Только в 1989 году последний Генеральный секретарь ЦК КПСС М. Горбачёв признал, что договор и секретный протокол были, но дал им негативную оценку (западный ветер перемен давал о себе знать). Съезд народных депутатов СССР также осудил действия Сталина по подписанию соглашения с Германией. То была эпоха, когда руководство страны и Коммунистической партии каялось за советское прошлое, очерняя всё, что было сделано в те годы.
Важно отметить, что резкое неприятие самого существования документа Западом продолжилось и в ХХI веке, в наши дни (и это когда страны ЕС, по словам известного актёра В. Ланового, говорят нам: «Что вы со своей Победой носитесь? Вот мы уже забыли»). Забыли? Совсем нет! Наша Победа всё ещё не даёт им покоя! Поэтому западные страны не останавливают попытки извратить и переписать историю!
В 2009 году Европейский парламент цинично провозгласил 23 августа — дату подписания Договора о ненападении между Советским Союзом и Германией — Днём памяти жертв сталинизма и нацизма, а 19 сентября 2019 года принял резолюцию «О важности сохранения исторической памяти для будущего Европы», в которой осудил подписание договора.
Тогда, в год 80-летия пакта Молотова—Риббентропа, российская власть впервые со времён перестройки не стала посыпать голову пеплом и просить у мирового сообщества прощения за «преступный» Договор о ненападении между СССР и Германией, заключённый «тираном» Сталиным.
В ответ на демарш Европы 19 декабря 2019 года Президент России Владимир Путин на большой пресс-конференции заявил: «Советский Союз последним из всех стран подписал с гитлеровской Германией пакт о ненападении, все остальные подписали такие соглашения раньше. Должен ли был СССР в этой ситуации оставаться с Германией один на один?».
По его мнению, у руководства страны в этой ситуации не было другого выбора. Президент отметил, что при этом Сталин единственный не запятнал себя прямыми контактами с Гитлером, тогда как лидеры Франции и Великобритании встречались с фюрером лично. Комментируя секретные протоколы к пакту и последовавший раздел Польши, В. Путин напомнил, что Польша сама до этого участвовала в разделе Чехословакии, то есть «сделала то же самое», а советские войска вошли в Польшу в соответствии с этими договорённостями, но это произошло после того, как польское правительство утратило контроль над своими вооружёнными силами и территорией страны и «само находилось в районе польско-румынской границы», так что тогда «не с кем было разговаривать».
В статье для американского издания «NationaLInterest» в июне 2020 года Владимир Путин назвал присоединение Латвии, Литвы и Эстонии к СССР по пакту Молотова—Риббентропа соответствовавшим международному и государственному праву того времени.
Председатель Общероссийской общественно-государственной организации «Российское военно-историческое общество» Владимир Мединский опубликовал приуроченную к юбилею пакта статью с красноречивым названием — «Дипломатический триумф СССР».
Сергей Иванов, постоянный член Совета Безопасности Российской Федерации, по итогам международной конференции «Стратегия СССР по предотвращению Второй мировой войны в Европе и Азии», на которой ведущие отечественные и зарубежные историки камня на камне не оставили от насаждаемой Западом новой концепции войны, заявил: «Я считаю пакт Молотова—Риббентропа достижением советской дипломатии, которым надо гордиться».
МИД России в своих оценках с ним абсолютно солидарен: «Благодаря советско-германскому договору о ненападении война началась на стратегически более выгодных для СССР рубежах, и население этих территорий подверглось нацистскому террору на два года позже. Тем самым были спасены сотни тысяч жизней».
Одну из самых важных, на наш взгляд, оценок пакта, которая вполне подходит и для понимания матрицы современных международных отношений, дал 31 августа 1939 года на сессии Верховного Совета СССР по вопросу о ратификации пакта о ненападении Вячеслав Молотов — человек, подписавший его: «Этот договор (равно как кончившиеся неудачей англо-франко-советские переговоры) показывает, что теперь нельзя решать важные вопросы международных отношений — тем более вопросы Восточной Европы — без активного участия Советского Союза, что всякие потуги обойти Советский Союз и решить подобные вопросы за спиной Советского Союза должны окончиться провалом». Правопреемницей СССР на международной арене является Россия, и всё сказанное Молотовым тогда относится к ней сейчас.
Не это ли и сегодня вызывает дрожь и неприятие у стран Запада?
Дмитрий МАЛЫШЕВ.