Младенец исчез.
— Я только что ей подгузник меняла, — пролепетала бабка, — клянусь, полчаса назад.
— Ку-ку! — вдруг раздалось откуда-то сбоку. Компьютерное кресло плавно отъехало, и Гусевы изумленно уперлись глазами в голую кудрявую девочку лет трёх, вылезшую из-под стола. Малышка вцепилась ручонками в кресло на колесиках и с разбегу долбанула им в зазевавшегося отца.
Начало истории:
Сложившись пополам и держась за причинное место, Петр взвыл и поковылял прочь, а Вика радостно подхватила хулиганку на руки.
— Ур-ра! Теперь у меня есть сестра! — счастливо возопила именинница.
Ираида Ивановна и Анастасия, распахнув рты, смотрели на необъяснимо быстро выросшую девочку, пока Вика доставала из глубин шкафа свои детские вещи и наряжала сестру в пышное платье.
Малышка в качестве благодарности цапнула модельершу за палец и плюнула ей в лицо.
— Круто! — восхитилась Вика, дав нахалке легкий подзатыльник. Хюррем громко заревела, но тут же успокоилась и, топоча, погналась за любопытной мопсихой, выглянувшей из двери. Старшая сестра поскакала вслед за ними.
— Я ничего не понимаю! Как младенец в один миг мог превратиться в трёхлетку? — на кухне, глотая валерьянку, причитала бабуля. Петр держал между ног замороженную курицу. Анастасия нюхала нашатырь.
— Главное, Вика счастлива, — махнула она рукой.
Дети, неистово голося, носились на лужайке возле дома. В окно прилетел футбольный мяч, и на стекле образовалась заметная трещина.
— Зато я не счастлив! Я думал, мы заведем безобидного новорожденного, а не это вот всё! — меняя курицу между ног на более холодную, заявил отец.
Ближе к полуночи, снова посадив выдерганный лук, заклеив проколотый отверткой бассейн, потушив сарай и кое-как уложив сестер, Гусевы без сил завалились спать, планируя завтра в честь воскресения и неимоверной усталости встать попозже.
Однако около девяти утра их разбудили неистовые крики и звуки драки.
Во главе с мопсихой ворвавшись в комнату Вики, родители узрели дочь поверженной на кровать. Верхом на ней сидела девушка лет пятнадцати и от души колошматила её подушкой, сыплющей перья, обильно укрывающие поле боя.
— Я хотела надеть эти трусы! Отдай мне их немедленно! — тыкала незнакомка Викой в пух и пыталась отнять у неё бельё.
— Я первая их надела! — сопротивлялась младшая Гусева, отчаянно спасая кружевные трусы от наглой захватчицы.
— Милиция! — заверещала бабка, и девушки расцепились, тяжело дыша друг на друга.
— Это еще кто такая? — строго спросила мать Вику. — А где Хюррем?
— Это и есть Хюррем! Змея подколодная! — замахнулась Вика на сжимавшую кулаки сестру.
— Сама такая! — огрызнулась опять резко повзрослевшая за ночь китайская кукла.
Отец теперь двоих подростков побледнел и по стеночке побрел в кухню, где достал початую бутылку, дрожащими руками налил коньяк в рюмку и выпил вместо завтрака.
Ираида Ивановна и Анастасия, держась за сердце, присоединились к нему, допив остатки под крики и стуки, доносящиеся из детской.
Внезапно в комнате подростков наступила тишина, и взрослые переглянулись.
— Поди, убили друг друга, я пойду, проверю, — прошептала старуха.
— Не буди лихо, пока оно тихо! — запретил ей сын.
Через пару часов относительного покоя в ворота Гусевых раздался громкий стук. В калитке показался мощный инспектор ДПС. Его руки были заняты взятыми за шиворот сёстрами, понуро плетущимися рядом с ним.
Выяснилось следующее: поделив, наконец, одежду и временно помирившись, Вика и Хюррем вышли погулять через окно, чтоб никто не догадался. Бесцельно бредя вдоль скучной пыльной улицы, они лицом к лицу повстречались с автомобилем, радушно пригласившим их внутрь своего салона торчащим в замке зажигания ключом.
Вика водить машины не умела, и, как выяснилось позже, Хюррем тоже. Однако, в отличие от сестры, она на практике доказала своё неумение, почти сразу въехав в электрический столб.
К счастью, в аварии никто не пострадал, кроме всей улицы, ловко обесточенной девушками при помощи старого крепкого «Уазика».
При свечах вечер воскресенья казался бы почти романтическим, если бы не дергающийся глаз отца, трясущиеся руки матери и нервная икота бабки.
— Может, написать китайцам в службу поддержки? — дрожащим голосом спросила Анастасия.
— А может, надо было инструкцию сначала прочитать, прежде чем активировать этого иностранного агента? — вспылил Петр.
Бабка резво принесла четырехтомную инструкцию и виновато присела в углу. Петр открыл оглавление и обнаружил, что китайцы не позаботились перевести её на русский язык, видимо, считая, что их замысловатые рисунки вместо букв и так понятны.
Делать было нечего, и домочадцы, от греха подальше расселив подростков по разным комнатам, отправились спать.
Утро понедельника началось с умиротворяющей тишины, и, измученные стрессами, мать и отец едва не проспали на работу. Спустившись в кухню, они с удивлением уставились в накрытый стол. Румяные блинчики, творожная запеканка и яичница с беконом возбуждали аппетит сытными ароматами.
— Что-то Ираида Ивановна сегодня разошлась! Столько наготовила! — потягиваясь, заметила Анастасия.
Одновременно с Викой в кухню вползла заспанная старуха, уткнулась глазами в стол и обомлела. Готовить для семьи завтрак она не доверяла никому, а тут такое! Ираида Ивановна косо посмотрела на невестку, но, откусив блинчик, сразу сняла с неё все подозрения, так как блинчик оказался божественно вкусным.
Бабуля не успела разгадать тайну появления завтрака, потому что Петр, случайно кинув взгляд в окно, увидел, что из их огорода кто-то пытается стащить овощи.
— Воры! — крикнул он, и все бросились спасать урожай.
Незнакомая бабка, копающаяся в чужой грядке, увидев несущуюся на неё толпу, бросила тяпку и припустила вокруг дома. Пару раз обежав коттедж под звонкое лаянье мопсихи и топот преследователей, ворюга упала на траву рядом с крыльцом и подняла руки.
— Сдаюсь! — прохрипела она.
Ираида Ивановна повалилась рядом. Остальные члены семьи, запыхавшись, окружили двух старух.
— Что вы делали в нашем огороде? — грозно спросила Анастасия.
— Морковку прореживала, — призналась незнакомая бабка.
— Воровали морковь! Как вам не совестно? А еще пожилая женщина! — пристыдила ее Анастасия.
— Да сдать её в милицию, пусть разбираются! — еле дыша, прошипела Ираида Ивановна.
Толстая мопсиха, хрюкая, завершила, наконец, исторический забег вокруг дома и влезла на руки воровки, облизывая её лицо.
— Ага! Вот кто у неё в сообщниках был! — раскрыла преступление Ираида Ивановна. — Даже не залаяла, подлюка, когда эта ведьма к нам в огород влезла!
— Мехрюмах — ты предательница, — укоризненно заклеймила собаку Вика.
— Постойте, — обеспокоился Петр, — а где Хюррем?
Все посмотрели на распахнутые окна комнаты девушки. Под этот адский гвалт она давно уже должна была проснуться.
— Я тут, — сообщила сидящая на земле незнакомая бабка.
— Мы видим, что ты тут, старая карга! А Хюррем где? — закричала едва не утратившая ценную морковь Ираида Ивановна.
Все посмотрели на распластавшихся по траве старух.
— Как вам завтрак? — спросила вдруг новая бабка.
— Ты ещё и в дом к нам влезла, иуда?! — возмутилась Ираида Ивановна. — И трогала мою любимую поварешку для блинов! — разгадала она секрет появления завтрака.
От обиды она вцепилась незнакомке в седые волосы, и старухи покатились по траве под звонкое лаяние Мехрюмах.
Схватив ведро с водой для полива, Петр с размаху окатил клубок змей, и он распался на две отдельные всклокоченные бабки. Пожилые женщины, тяжело дыша, сверлили друг друга взглядом. Мопсиха преданно заглядывала им обеим в глаза и, высунув язык, тоже тяжело дышала.
— Мы с Настей уезжаем на работу. Вечером мы хотим вернуться в свой дом. Я надеюсь, он еще будет? — строго спросил он мокрых злых старух и возбужденную утренними приключениями Вику, приплясывающую на лужайке.
— Ты, мама, телеканалом «Домашний» отвечаешь за Хюррем! Если с ней или при помощи неё что-нибудь опять случится, я отключу тебе телевизор, — пригрозил Петр Ираиде Ивановне.
Приехав в офис, Гусев отменил планерку, по скайпу срочно связался с китайцами, поведал им историю скоростного взросления куклы и спросил:
— Мы заказывали младенца. Почему у нас в доме появилась вторая склочная старуха?
— Каким образом вы активировали робота? — поинтересовался китаец через переводчика.
— Моя мама по акушерскому опыту по спине ему нахлопала, — вспомнил Петр бабкины откровения.
— Если при активации куклы надавить на спину, то запустится ускоренный режим взросления. Он нужен для того, чтобы производитель на заводе мог из заготовки быстро создать необходимую возрастную конфигурацию заказанной модели, — пояснил разработчик. — Биороботы универсальны, из каждого младенца при помощи определенного количества нажатий в считанные часы можно сделать хоть подростка, хоть старика — конечную стадию взросления.
— А почему ваше изделие имеет отвратительный разбойный характер? — задал Петр мучающий его вопрос, потирая ушибленную креслом промежность.
— Личность биоробота автоматически формируется под стать тому, кто первый прикоснется к его сенсору на спине. Родинка, расположенная между лопаток, считывает личность владельца куклы и копирует её. Это необходимо для комфортного общения изделия и его хозяина, — ответил китаец.
Теперь всё стало понятно. Склочный характер Хюррем оказался копией личности Ираиды Ивановны, нашлепавшей по сенсору младенца при его оживлении и тем самым передавшей ему свою скрытую вспыльчивость и агрессию.
— И что мне теперь делать с двумя сумасшедшими бабками? — озадачился Петр.
— Срок демоверсии вашего робота заканчивается, скоро мы пришлем за ним транспорт, — успокоил китаец.
Приехав вечером с работы, Петр и Анастасия с облегчением убедились, что их дом на месте, не сгорел и даже целый на вид.
Войдя в гостиную, они обнаружили Ираиду Ивановну и дочь сидящими на диване и с тоской глядящими куда-то в пустоту.
— А где Хюррем? — хором спросили родители Вики.
— Её китайцы забрали, — грустно вздохнула бабка и прослезилась.
— А что же ты плачешь? — увидев слезы на глазах обычно непробиваемой матери, спросил Петр.
— Мы сегодня так здорово сходили вместе в собес! Хюррем провела меня без очереди. Потом зашли в гости к Нюрке, и Хюррем надела ей на башку кастрюлю щей, — растроганно всхлипнула старуха.
— Это ещё зачем? — испугалась Анастасия.
— Не зачем, а за что, — уточнила бабка, — нечего чужих мужиков уводить!
— Это кого же у тебя тетя Нюра увела? — поразился Петр.
— Отца твоего, дурья башка, увела бы, если бы он вовремя не помер, — объяснила старуха, — Хюррем мне родной сестрой стала! Как я теперь смогу жить без неё? — пронзительно вопросила она.
Вика тоже внезапно разрыдалась.
— Так классно иметь сестру! — всхлипнула девочка, потирая шишку на лбу, приобретенную в последней битве за трусы. — Как я теперь буду жить без Хюррем?
И бабка с внучкой, обнявшись, дружно залились слезами. Вдруг старуха побледнела и начала заваливаться на бок, держась за сердце.
— Худо мне, пригласите священника, помирать стану, — трагическим шёпотом попросила Ираида Ивановна родных, окруживших её и примчавшегося на вызов медика скорой помощи, меряющего старухе давление.
— Сто двадцать на восемьдесят, как у космонавта, — сообщил фельдшер, — что у вас болит, бабушка?
— Душа болит, — призналась старуха, — вся моя жизнь прошла впустую, без сестры, и помирать придется без сестры, — закатила она глаза.
— Вам лучше обратиться к психиатру, — попрощался с Гусевыми медик скорой.
Благодаря манипулятивным действиям старухи, престарелая Хюррем, возвращенная китайцами за кругленькую сумму, уже на следующий день сидела на крыльце вместе с Ираидой Ивановной, щелкая семечки и громко смеясь над её акушерскими историями. Мопсиха Мехрюмах весело хрюкала у ног пожилых сестер.
Вика тоскливо бродила рядом.
— Дочь, пойди-ка сюда, — позвала её в дом Анастасия.
Вошедшая в гостиную девочка узрела смущенного отца.
— Кажется, к новому году у тебя будет настоящая сестра, — обескуражено сообщил он.
— Ур-ра! — счастливо завопила Вика. — Я еще в марте Деду Морозу письмо написала! Зря я в него не верила! Пойду бабушкам расскажу!
Она умчалась во двор.
Положив ладони на свой плоский живот, Анастасия растерянно улыбнулась, а дед мороз Петр ласково обнял жену».
****
Татьяна завершила чтение. Младенец и кот уснули, остальные члены семьи заворожено сидели на местах, даже Алиса после первого абзаца перестала ёрзать на диване и начала слушать повествование, открыв рот. Алексей к ней присоединился, и сейчас сидел, изумленно уставившись на жену, открывшуюся ему с неизвестной ранее стороны.
— Писать — это вам не двигатели ворочать! Нюша, да у тебя талант, я, конечно, не специалист в книгах, но… — восхищенно произнес он.
— Зато я специалист, — завила старшая дочь, — мама, само собой, далеко не Достоевский, однако её произведение не лишено здравого смысла. Только жутко ржачно, даже никто не умер, — с привычным неодобрением веселых глупостей завершила она. Но, вспомнив прошедшее лето, полное экстремальных приключений, продолжила:
— Хотя, наверное, это и к лучшему.
Пережив за два месяца падение с мотоцикла, с лошади, драку подруги в пруду и навязчивую любовь деревенского ловеласа, Алина уже не так восхищалась книжными страданиями, хотя до сих пор со свойственным подросткам трагизмом взирала на этот глупый и легкомысленный мир.
— Анфиса, а ты поможешь мне в старости надеть на голову Дашке кастрюлю щей? — вдруг спросила Алиса.
— Какой еще Дашке? — удивился отец.
— Которая у меня соседского Никитку увела, — объяснила Алиса, вспомнив свою последнюю любовь.
— Ну, это вряд ли, — усомнилась в своих бойцовских способностях интеллигентная Анфиса.
— А в собес хоть со мной пойдешь? — не совсем понимая пункт назначения, расстроилась Алиса.
— В собес, конечно, можно сходить, — успокоила сестру Анфиса, и двойняшки обнялись.
— Как хорошо, что мы есть друг у друга! — порадовались они, представив одинокую без сестер Вику Гусеву из рассказа матери.
Уложив помирившихся детей и уставшего от ремонта мужа, Татьяна сладко потянулась и тоже собралась, наконец, лечь спать. Но в голову неожиданно постучала новая книга. Уже поняв, что с манией сочинения бороться невозможно, новоявленная писательница включила планшет.
Взглянув на лижущего хвост кота и вспомнив пролетевшее в один миг лето, «МАКАРОНЫ С ФИЛЕЕМ» вверху страницы написала она.
****
Вот и книге конец! Кто дочитал, тот самый классный! Быть может, когда-то мы еще встретимся с этими героями, но это не точно. Благодарю за дружбу и внимание, дорогие мои!
Другие веселые истории выбирайте в "Навигации". До новых встреч на канале!