Ранее на канале было рассказано что такое стокгольмский синдром и когда он появился. На дальнейших примерах попытаемся выяснить, что с подвигает жертву проявлять теплые чувства к человеку который не только их похитил, но и приносит физические, а так же моральные увечья. Что же это, злая шутка разума или даже такие монстры могут быть искренне любимыми?
Хочу напомнить, что сегодня мы разбираем сам факт стокгольмского синдрома, а не происходящие ужасы с жертвами.
Наташа Кампуш
Начнем с Наташи Кампуш, так как даже на сегодняшний день ее поведение является противоречивым. 2 марта 1998 года в возрасте 10-ти лет девочка направлялась в школу, но до нее она не дошла, как позже и не вернулась домой. Несмотря на то что во время похищения были свидетели и Вольфганга Приклопиля сразу же допросили, это никак не помогло найти девочку.
8 лет девочка жила в подвале без окон размеров в 5 квадратных метров. И наконец-таки 23 августа 2006 года Наташе удалось обхитрить своего похитителя и сбежать.
Вы скажете, она же сбежала, где привязанность? Он проявляется в том что девушка не говорила о Приклопиле ничего плохого, она даже его защищала говорив о том, что он хорошо к ней относился, даже лучше, чем родители, это ли не странно? А когда ей сообщили, что Вольфганг покончил с собой, она расплакалась.
Знаете, по моему мнению чувства девушки вполне объяснимы, ведь на момент похищения Наташе было всего 10 лет и с Приклопилем она провела 8 лет своей жизни, он действительно «заменил» ей родителей и она уже смотрела на все это под другим углом.
Но могу сказать одно, если поведение Наташи еще как-то можно объяснить, то следующая героиня поразила меня до глубины души.
Патти Херст
В феврале 1974 года 19-ти летняя Патти Херст, дочь американского миллиардера и газетного магната Рэндольфа Херста, была похищена леворадикальной террористической группировкой «Симбионистская армия освобождения». Девушку на 57 дней заперли в шкафу размером 2 метра на 63 сантиметра, первые несколько дней не вынимали изо рта кляп, не снимали с глаз повязку, не выпускали в туалет. Пленницу избивали и насиловали.
Похитители планировали обменять девушку на двух заключенных своей группировки, но ничего не вышло. Тогда девушка не стала пытаться сбежать от своих мучителей, а даже наоборот изъявила желание остаться с ними и стала членом группы. Патти на протяжении 6-ти месяцев учувствовала в грабежах и убийствах, абсолютно добровольно. Объясняла девушка тем, что за время проведенное в плену она поняла идеи и ценности группы разделяя их, а так же кульминация Патти влюбилась в участника группировки.
Спустя некоторое время ее и других членов группировки арестовали и заключили в тюрьму.
Джейси Ли Дьюгард
Джейси как и Наташа была похищена в юном возрасте, ей было 11 лет. В 1991 году супруги Филипп и Нэнси Гарридо подъехали к дому, где девочка ожидала школьный автобус, Ненси вышла из автомобиля, схватила ребенка и затолкала ее в автомобиль.
Девочка жила в доме Гарридо, который был окружен высоким забором. За время своего заключения она родила от Филиппа двух девочек: первую — в августе 1994 года, вторую — в ноябре 1997 года.Джейси впервые стала матерью в 14 лет и выдавала себя за дочь Гарридо, а девочек — за своих младших сестер. Возможно, Джейси бы так никогда и не вернулась к семье, если бы Филипп Гарридо не привел ее в полицию самостоятельно.
Джейси вернулась в семью, но, по словам родственников, ее эмоциональная связь с преступником еще долго была очень сильна. Дети же, по словам родственников Джейси, плакали, когда узнали, что их отца посадили в тюрьму: как выяснилось, Джейси никогда не рассказывала им, что Гарридо ее похитил, — правда стала им известна лишь после ареста отца.
Если не сопротивляться, то я буду жив?
Психиатры и криминологи изучали этот феномен на протяжении десятилетий и пришли к таким выводам. В стрессовой ситуации между жертвой и агрессором иногда возникает особая связь, которая приводит к возникновению симпатии. Сначала заложники демонстрируют готовность подчиняться агрессору, чтобы избежать насилия и сохранить себе жизнь, но позже под воздействием шока они начинают сочувствовать преступникам, оправдывать их действия и даже отождествлять себя с ними.