Помню на какую-то долю мгновение, когда меня вывозили из операционной, белые стены коридора и несколько человек рядом, которые видимо меня транспортировали.
Поздно ночью, не помню сколько времени прошло, я начал немного приходить в себя. Был в каком-то затуманенном состояние, горел свет в палате, мне захотелось пошевелить ногами но ничего не вышло, моих обеих конечностей ниже колен я не почувствовал, а была только боль сильная.
Когда я приподнял голову, то меня тут же охватил страх и ужас, мои культи были в бинтах. Боль была до того ужасная, что все бинты с себя сорвал. От такого ужаса, что творилось в душе и теле я застонал и на мои звуки прибежала дежурная медсестра. Она когда всё это увидела, вызвала в палату ко мне врача и санитаров, мне укололи обезболивающее и успокоительное. Мои ноги стали чем-то мазать и вытирать от крови, а затем снова перевязали. Меня конечно сильно отругали и чтобы больше такого не повторилось мне привязали руки к кровати и ноги, чтобы я не смог даже повернуться. Водой поили с бутылки, меня почему-то жажда мучала, я каждый час хотел пить и звал санитарку, чтобы напоила меня водой.
Утром в палату зашли хирург, который проводил операцию и анестезиолог и начали мне говорить, что срывать бинты это грубейшая ошибка, если я ещё раз так сделаю, то наблюдающий врач хирург перестанет приходить и проверять меня, вернее откажется от меня. Больше я ничего подобного не делал и пообещал, что такое не повторится.
Через несколько дней, меня перевезли в соседнюю палату. Там тоже лежал парень примерно моего возраста после операции поджелудочной. Мы с ним общались на разные темы, правда он мог передвигаться, сам ходил в туалет и мог сидеть, а я мог только лежать, садиться ещё было страшно, кровать была высокая, боялся упасть с неё. У этого парня я попросил телефон, чтобы позвонить своей сестре и сказать, что так и так, операция прошла благополучно, но не мог подобрать слова, чтобы её сильно не травмировать, хоть она уже знала, что я в больнице и мне предстоит операция. Я не хотел и не собирался быть для сестры обузой. На тот момент мне было всё равно, что будет со мной, как дальше жить я этого не мог знать. И так прошли полторы недели пребывания моего в реанимации. Каждый день был похож на предыдущий, капельницы,перевязки.