Прощай, дорогой Итальянец…

Не стало одного из самых любимых на постсоветском пространстве зарубежных артистов: на 81-м году в Милане после продолжительной болезни ушел из жизни Тото Кутуньо.

В самом облике этого артиста подкупало все: подчеркнутая мужественность, приятные черты лица, гордая осанка, не свойственная итальянцам лаконичная манера вести беседу, искренняя улыбка, пусть и с некоторой грустинкой в глазах… А если все вышеперечисленное помножить на феноменальный талант, то перед нами возникнет практически идеальный артист.

Сальваторе Кутуньо (имечко Тото — из далекого детства артиста, так ласково называла его мама) таковым и являлся. Но не все было так просто и однозначно в жизни будущего короля эстрады. Италия, как известно, страна темпераментных людей, в которой к тому же все умеют петь, и петь звонко. Учитывая эти обстоятельства, у такого человека, как Тото, флегматично бубнившего свои произведения низким, с хрипотцой, голосом, казалось бы, шансов на то, чтобы пробиться к эстрадным вершинам, прямо скажем, было немного.

Ведь один из главных предметов музыкальной гордости Апеннинского полуострова (и одна из основных статей ее культурного экспорта), еще будучи ребенком, хоть и взял первые уроки музыки у своего отца, сицилийца по происхождению, так никогда и не получил профессионального музыкального образования. Однако, как известно, шила в мешке не утаишь — то есть подлинный талант не спрячешь…

Возможно ли вспоминать о Тото Кутуньо, ни разу не упомянув об одной из самых популярных в Советском Союзе песен 1980-х: L’Italiano? Наверное, нет. Официально выпущенная фирмой «Мелодия» пластинка певца, где эта композиция красовалась среди прочих словно вишенка на торте, в середине 1980-х присутствовала в фонотеке каждого уважающего себя любителя качественного популяра. Ибо не было тогда в СССР ничего из музыки «импортного разлива» хоть сколь-нибудь сопоставимого по уровню народной любви с мелодиями итальянской эстрады.

И Тото являлся ее безусловным повелителем. Хотя точнее будет сказать, тайным кардиналом. Поскольку в начале своего творческого пути он сам к микрофону не подходил, предпочитая певческой деятельности композиторскую. И на этом поприще уроженец небольшой коммуны Фоздиново, что расположена в регионе Тоскана, преуспел на все сто.

Пришедший однажды к музыканту (когда он уже сам исполнял собственные произведения) успех с вышеупомянутой песней про итальянца оказался настолько ошеломляющим, что для многих — по крайней мере, в нашей стране уж точно — затмил куда более значимую грань его таланта. Таланта автора, то есть человека, умеющего из ничего создавать нечто. Нечто волшебное. Ведь Кутуньо прежде всего блистательный композитор и только потом — певец.

Началось все в 1974 году, когда уже довольно хорошо известный в Европе певец Джо Дассен исполнил вещицу авторства Кутуньо про бабье лето (L'ete indien). И с тех пор без малого полвека Тото находился на виду европейского музыкального мира, сочиняя песни для лучших его представителей. В свое время он писал для Адриано Челентано, Мирей Матье, Доменико Модуньо, Далиды, Мишеля Сарду, Петулы Кларк.

Что же касается Дассена, то сотрудничество великих итальянца и француза следует отнести к величайшим творческим союзам в области европейской популярной музыки семидесятых. Ведь без композиций, написанных Тото Кутуньо специально для Джо Дассена (Et si tu n'existais pas, Il etait une fois nous deux, Salut, Le Jardin De Luxembourg, Cote Banjo Cote Violon и многих других), творческий багаж как первого, так и второго был бы во сто крат скуднее…

В начале 1980-х Тото наконец решил запеть сам; стал лауреатом знаменитого и некогда весьма престижного на европейских просторах фестиваля в Сан-Ремо. И хоть славу Энрико Карузо и Лючано Паваротти ему снискать не удалось, его спокойная, доверительная манера исполнения вкупе с запоминающимися мотивами, не могли не найти своего слушателя — и весьма многочисленного: концерты Кутуньо собирали огромные аудитории, а записи расходились внушительными тиражами.

Сам Тото не заблуждался насчет своих вокальных данных: «Это не вокал, а так, разговор в приятной компании, — улыбался артист. — Я поющий композитор с более чем скромными вокальными данными». Кстати, скромность, особенно когда она не показного свойства, — еще одно бесценное качество артиста.

А Тото не верить не получалось. К тому же публика уважала и ценила этого обаятельного итальянца не за зычный голос и яркий перформанс. А прежде всего за приятные, немного меланхоличные мелодии, из которых мастер ткал красивые романтичные произведения — музыкальные шедевры малой формы. А проще говоря, песни, которые везде, и не в последнюю очередь в России, всегда любили и которым забвение не грозит.

Фотографии: ZUMA-TAСС; Виктор Лисицын / ТАСС.