60 лет исполняется южнокорейскому режиссеру Пак Чхан Уку, известному по фильмам «Олдбой», «Служанка» и новейшему «Решению уйти». Вспоминаем (обновленный) гид Алексея Филиппова по творчеству самого известного — во всяком случае, до успеха «Паразитов» — южнокорейского режиссера.
«Телевизор — ящик воспоминаний», — изрекает вымышленный оператор Сандор Красна в «Без солнца» экспериментатора Криса Маркера — первом фильме-эссе, вдобавок размывающем грань между документом и глубокомысленным фейком. Пак Чхан Ук — один из самых известных южнокорейских режиссеров — этот тезис снайперски, пускай и, скорее, невольно (Маркер размышлял о высокотехнологичной Японии 1980-х) экранизировал в «Олдбое» — до сих пор едва ли не самом известном на западе южнокорейском фильме. 15 лет, что О Де Су проводит в подпольной тюрьме для врагов влиятельных людей, пролетают у него перед глазами в телевизионном коллаже: встречи президентов, запуски ракет, кулинарные шоу, боксерские поединки, парады, Франкенштейн, Клинтон жмет руки, Буш жмет руки… Краткая история времени. Впрочем, от этого новостного попурри многое отвлекает: и боевые тренировки О Де Су, и монолог «[i]Я разорву тебя на мелкие кусочки», и глюк в форме компьютерного муравья, и тревожные узоры обоев, и лавина вопросов без ответов. Из «командировки» режиссер вновь вернулся домой — и опять удачно. В «Решении уйти» он заигрывает с роковыми тенями нуара, хичкоковским мороком «Головокружения» и густым томлением «Любовного настроения». У Пака получился завораживающий детектив, где настоящее, прошлое и желаемое порой оказываются в одной комнате, а разница языков и культур — пусанского детектив (Пак Хэ Иль) и подозреваемой китайских кровей Су Ре (Тан Вэй из «Вожделения») — заставляет иначе взглянуть на рутину. Фильм получил приз за режиссуру в Каннах и закрыл десятку самых кассовых корейских картин прошлого года. В тех узорах, что начертили Пак с постоянной соавторкой Чон Со Гён и оператором Ким Джи Ёном («Горечь и сладость»), слишком много противопоставлений — горы и море, мужчина и женщина, Китай и Корея, преступление и наказание, — но столько лакун, умолчаний и многозначительных взглядов, что можно рассмотреть и нечто большее, чем черную трагикомедию о невозможности притянуться родственным душам.
К слову, дома у Пак Чхан Ука хранится целая коллекция пленочных фотоаппаратов, что только дополняет картину не столько ремесленника, сколько умелого конструктора, который собирает картины как пазлы из таких разнородных элементов, как насилие, исторический контекст, кинематографические цитаты, визионерские выкрутасы и нарративные финты. Как бы вульгарно это ни звучало, но лучшая метафора кинематографа Пак Чхан Ука — это торт, часто фигурирующий в его картинах как символ чистоты (и многослойности). Лишнее напоминание, что выпускник философского факультета, фотограф и экс-кинокритик — по определению страшный человек.