Без этой главы все моё повествование "По следам ГДР 2.0" было бы неполным. Да и соскучиться я уже успел по этой писанине. Всегда приятно при создании статей о ГДР вновь окунуться в то классное время, пережить всё это мысленно ещё раз. Конечно, от некоторых моментов комок к горлу подкатывает, не без этого, но что делать - таковы мы, люди.
Итак, декабрь 1985-го, Восточный Берлин. На днях мои родители приобрели, то ли в валютном магазине Versina, то ли через знакомых журналистов из Западного Берлина мою первую в жизни кассетную магнитолу Panasonic RX-4930L, именуемую далее как "панас". При внезапном вручении подарка я набрал в легкие так много воздуха, что бы огласить нашу квартиру криком радости, но от всеобъемлющего избытка чувств забыл способ через рот его обратно выпустить. Родители молча стояли и не без удивления наблюдали своего сына хрипящим от счастья.))
В день написании этой главы я погуглил его фото по примитивным поисковым словам "cassette recorder Panasonic 1985" и через 15 минут моё сердце учащённо забилось - я нашел на Ютюбе видео с демонстрацией его работы. Прошло ровно 34 года, как я видел свой "панас" последний раз, и уже почти забыл как он выглядит.
Несмотря на свой простецкий вид, он отлично воспроизводил, и что самое главное - делал качественные записи с радио. Теперь я сам мог охотиться за хитами с западных радиостанций и писать на кассеты то, что я считал для себя нужным. Отец как раз отгрузил для моих целей парочку аудиокассет. Уже зная, что отъезд из ГДР был неизбежен, я коротал все вечера со своим японским кассетным другом, стоящим на моем письменном столе, составляя на аудиокассетах свой актуальный хит-парад для будущего прослушивания в Москве.
Надо сказать, что этот девайс в будущем сильно помог в формировании меня, как начинающего музыканта. У него было 2 встроенных микрофона, позволяющих записывать окружающую среду в стерео. Приехав в Москву, я брал в виду отсутствия синтезатора аккордеон отца и на нём что-то "нововолновое" пиликал, записывая всё это на микрофоны "панаса". Потом я вынимал кассету, вставлял в отцовский Sharp GF-700, ставил свой Panasonic рядом, включал Sharp на воспроизведение, а "панас" на запись, и играл рядом с ними что-то новое. Таким образом в виду естественного ухудшения качества записи при каждой такой операции, можно было наложить на одну кассету максимум раза три различных партий инструментов. На четвертый раз и более с моей записью могли бы уже конкурировать первые пластинки граммофона 19-го века, причём, со значительным выигрышем в качестве звука последних.))
Таким я и запомнил декабрь 85-го - "панас" на столе, свет советской настольной лампы, мои пальцы на кнопке "record". И как помню, первая запись с западногерманского радио с помощью моей магнитолы был очень нелюбимый "депешами" трек «It’s Called a Heart». А мне он до сих пор нравится, потому что у меня с ним связаны именно хорошие воспоминания про то самое время.
Хмуровато было по погоде.
Берлин жил своей зимней жизнью конца 85-го, а я готовился его покинуть.
Моё настроение было не то что бы хмурым, я хотел в Москву. Я по ней соскучился. Иногда, забравшись ночью под одеяло в своей берлинской комнате я представлял, как вот моя кровать поднялась в воздух, пролетела до Москвы, сделала круг над моим любимым районом и вернулась обратно в Берлин. Была, конечно, тоска по бабушке с дедушкой, по друзьям. Ничего не мог с собой поделать. Потом всё это переросло в тоску по Берлину, тому самому, что был моим когда-то.
Не есть мне больше того самого мягкого мороженого Soft-Eis.
Это поздно уже делать - поезд на Москву готовится к подаче на вокзал.
Трансфер до Москвы мне ничем особенным не запомнился, если только, что отец второй раз с нами ехал в поезде. Ну и спал я мало до выезда, волновался в предвкушении дороги. Впереди у меня была одна неизвестность - опять смена места учёбы, правда, я вернулся в свою школу, где учился до отъезда в ГДР. Но меня зачислили не в тот класс, где были мои бывшие одноклассники, а в другой, менее комфортный для меня. Далее поехало-понеслось... Это уже другая история.
А ГДР поехал без меня к своему невесёлому будущему. Но никто это тогда не знал. На табличке платформы пионерской железной дороги в Дрездене написано - Вокзал "Счастливое Будущее".
Жаль до слёз, что не туда, вы все, дети ГДР приехали. Впрочем, как и мы - дети СССР. Прощайте!
Продолжение здесь!
Напоминаю, что всю серию постов про ГДР смотрим здесь по списку!
Друзья, если вам понравился мой пост, и вы узнали для себя что-то новое и интересное - подпишитесь на мой блог, поставьте лайк. Автору это всегда приятно, и мотивирует.