У нас есть представление о неземной красоте и неземной чувственности. За эпитетом «неземной» плотно закрепилась ассоциация с миром небесным, однако многочисленные переработки сюжетов о русалочке-ундине формируют другие представления об иномирном недоступном существе. В комиксе Алексея Горячева «Ундина» русалочка представляет собой недостижимое женское (неземное-водное, а не неземное-небесное) воплощение. У земной женщины не пробьют спину крылья и не отрастет хвост. Однако осовремененная Ундина выкручена до максимума, — комикс уводит нас от тихой крови и почти шёпотом рассказанного насилия в христианской «Русалочке» Андерсона к настоящему биопанковому* ужасу и гиперреалистичному садизму. Жертвенная любовь русалочки Андерсона, ундины Фуке и ундины Горячева в общих чертах представляет собой самопожертвование одного порядка. Примечательно, что девушка из комикса на допросе после совершенного преступления называет себя Мариной и зомбировано говорит, что только с таким именем она могла встре