Можно ударить человека сильно, так сильно, что у него свернуться в узел кишки и перехватит дыхание, а можно шлёпнуть тыльной стороной ладони по щеке и это будет намного больнее и никогда не забудется. Марина всю жизнь помнила единственную пощёчину, которую получила от одноклассника в школе. В десятом классе. Это было так давно, что причина этой пощёчина давно забылась, забылись и одноклассники, стоявшие рядом, но ощущение невыразимого унижения не забылось до седых волос. Были разные ситуации в жизни Маринки, она была всю жизнь девушка, а потом женщина резкая, за словом в карман не лезла, но с той поры всегда старалась попридержать язык и сначала думать, а потом озвучивать свои колкие замечания.
До этого случая она в школе дралась по любому поводу, могла получить приличного леща, но до её лица никто никогда не дотрагивался. Этот удар, скорее шлепок был словно сорванное при всех платье, валяющееся на полу. В ответ на шлепок по щеке она ничего не ответила. Это для одноклассников было в новинку, все ждали, что она набросится на обидчика с кулаками, но Марина отвернулась от мальчишки и больше ни разу в жизни с ним не заговорила. Не отвечала на приветствия, не слушала, когда он при всём классе просил прощения, Даже на выпускном вечере не ответила на его поздравление.
Она сама не могла понять, почему не может простить мальчишку, он так раскаивался в своём необдуманном поступке. После школы она несколько раз встречала его на улицах их маленького городка, но проходила мимо, словно не замечая и не глядя в его сторону. Спустя несколько лет она уехала из родного городка и навсегда забыла те улицы и школьный класс, где пережила ужасное, с её точки зрения, унижение. В её жизни потом было всякое, но она всегда старалась не доводить до греха. Выйдя замуж после нескольких неудачных романов поняла, что муж её спокойный и сверхинтеллигентный человек. Никогда она за ним не замечала не то что попытки решить вопрос кулаками, она ни разу не слышала от него привычного в обиходе русского мата. Марина Алексеевна, учительница русского языка и литературы была уверена, что его предки какие-то графья или князья, но оказалось, отец её Димы простой слесарь, а мать птичница на инкубаторной станции.
В их доме, куда он приехали после регистрации, даже громко никто не разговаривал. Так в своё время поставил Димин отец:
— Мне на работе эти маты-перематы надоели. Все орут, как резаные, дома я хочу тишины и покоя.
Идиллия продолжалась несколько лет, пока на одном из юбилеев Дмитрий не хватил лишку. Дома он мог выпить вина, даже водочкой не брезговал, но всегда знал меру. После рюмки спокойно уходил в спальню и так же тихо засыпал. На праздновании шестидесятилетия Петра Ивановиче, директора школы, которого провожали на пенсию, Дима как-то сорвался. Вроде бы немного было выпито, но домой они приехали, и тут произошло то, чего Марина не ожидала. Её Димочка, тихий и скромный нотариус из юридической конторы что называется, сорвался с катушек. Всё было не так. Дорога дальняя, ресторан далеко, гости на юбилее отвратительные, таксист хапуга и мерзавец, а сама Марина зануда и пустобрюхая неумеха.
Отсутствие детей Марину не очень смущало, она знала, что с ней всё в порядке, просто не торопилась становиться матерью. Абортов не делала, старалась обходиться народными средствами и личной гигиеной. Она никогда не думала, что Дима зациклен на детях и ему не хватает пелёнок и детского писка. Сама Марина любила детей на расстоянии, работая в школе, хорошо понимала, какую ответственность взваливают на себя все родители. Как-нибудь попозже. После тридцати. Или тридцати пяти.
Марина постаралась успокоить брюзжащего не по делу мужа, но увидела занесённую над её лицом руку. Она отпрянула. Отступив на два шага, глядя в мутные глаза мужа спокойно сказал:
— Дима, ложись спасть. Завтра спокойно обо всём поговорим.
Мужа словно выключили. Он опустил руку и побрёл в спальню. Через несколько минут раздался его храп. Дима никогда не храпел. Но он никогда и не пил много. И ни разу не повысил на Марину голос. И тут поднятая рука.
Тогда ещё не было интернета и социальных сетей. С подругами Марина не стала советоваться. Она понимала — от поднятой руки до пощёчины и скандалов с битьём посуды такая короткая дорожка. «Хорошо, что детей нет. А квартиру мы с Димкой после развода разменяем».
Никто из родственников и знакомых так и не понял, по какой причине Маринка развелась со своим Димкой. Стороной ходили слухи, что у него (или у неё) на стороне есть любовник (или любовница), но этим слухам мало кто верил. Никто не догадывался, что причиной была та пощёчина, полученная Мариной в детстве непонятно за что.
Почти одинокая старость наступила незаметно. И только ученики, которые никогда не забывали строгую, но исключительно понятливую училку, скрашивали её жизнь.
