В это время в квартире Князьковых тоже было неспокойно. Всё семейство заседало на кухне, где Валерий Сергеевич отчитывал сына за очередную драку, выведав у него сведения о происхождении синяка на правой щеке. Стас сидел понуро глядя в пол. Он ненавидел, когда родители читают ему нотации, но, так же, осознавал, что всё это ради его же блага.
- Вот зачем ты опять полез в драку? Ума не хватило урегулировать конфликт мирным путём?! Сто раз уже было велено - не лезь к хулиганам, а тебе - как об стенку горох! - Голос отца звучал твёрдо и уверенно с металлическими нотами в тембре. Мать хлопотала над мытьём посуды и тихо вздыхала, не смея вмешиваться в воспитательный процесс.
- Что на этот раз произошло? - Требовательно спросил Валерий Сергеевич, устало потерев виски.
- Я... Я не нападал на него. - Возмутился Стас. - Он первый начал!
- Не лги! - Неожиданно стукнул по столу отец. - Бессовестный, лжёт и не краснеет, ты полюбуйся, мать. Мне ещё днём позвонила Людмила Михайловна и сказала, что ты сегодня спровоцировал Новикова на драку во время генеральной уборки. Уму непостижимо! - Валерий Сергеевич встал со стула и нервно зашагал по кухне: - классная дама снова прикрыла тебя от гнева завуча и попросила нас с матерью разобраться с чего это ты вдруг так озверел.
- Это Лёшка озверел, он над Надей издевался. Я обязан был что-то предпринять, чтобы меня больше не считали трусом. Фил всегда заступается за Любу, если к ней Колька цепляется, а я чем хуже? Все эти ваши цивилизованные методы - бесполезны, я из-за них выгляжу, как лох! - Крикнул Стас и испугался звучания собственного голоса. Он никогда ранее не смел говорить в подобном тоне ни с кем из родителей, поэтому зажмурился, ожидая, что, теперь-то, отец точно отвесит ему леща за такое неприкрытое хамство. Но Валерий Сергеевич лишь недовольно покачал головой и характерно прищурился.
Отличительной чертой принципов воспитания, которых придерживались Князьковы, было полное отсутствие телесных наказаний. Оба родителя считали более целесообразным доносить информацию до проштрафившегося сына путём слов и объяснений, а не бессмысленных тумаков. Однако, при необходимости, не гнушались использовать психологическое давление, для внушения собственных идеалов.
- Станислав, мне не нравится твой тон. Ты почему себя так отвратительно ведёшь? От друга своего бесстыжего нахватался? - Строго спросил отец и бросил на сына осуждающий взгляд.
Стас зажмурился и тихо пробормотал: - Он не бесстыжий. Филипп - мой друг! И он очень добрый, храбрый и хороший. Ты ошибаешься, папа.
- У любого утверждения должна быть аргументированная позиция. Переубеди меня, сын. Пока что, всё что мне довелось слышать о твоём Филиппе не укладывается в рамки адекватного поведения. - Недоверчиво нахмурился Валерий Сергеевич.
В следующие полчаса Стас вёл повествование о том, что произошло сегодня на уборке. Отец помрачнел от подобных новостей. Князьков-старший, поначалу, искренне радовался завязавшейся дружбе Стаса с новым одноклассником. Но, чем больше Валерий Сергеевич наблюдал со стороны за привычками, манерами и речью Филиппа, тем меньше ему нравился этот невоспитанный и хулиганистый приятель сына. Но высказаться сейчас, по этому поводу, он не успел, так как мобильник матери семейства разразился неожиданной трелью. Ольга Степановна ойкнула, - кто же это может быть так поздно? - и ответила на звонок, торопливо выйдя с кухни в коридор. Всё это время отец и сын спорили о своём, поэтому, когда женщина вернулась обратно бледная, как полотно они оба уставились на неё в недоумении.
- Стасик, иди к себе, мой милый. Мы с папой должны кое-что обсудить. - Пробормотала Ольга Степановна и направилась в зал, где с трудом опустилась на своё кресло. Валерий Сергеевич, заметив плохое самочувствие супруги, полез в сервант за успокоительными каплями: - Дорогая, только не нервничай. Кто это звонил и по какому поводу?
Отец повторно обратился к сыну, который нерешительно стоял в дверях зала: - Станислав, ты слышал, что сказала мама? Иди в свою комнату. Почитай что-нибудь. Мы завершим нашу с тобой беседу - позже.
Стас подошел к матери обнял её, пожелал родителям спокойной ночи и послушно вышел из зала, но лишь сделал вид, что удалился в свою комнату. Тогда как, на самом деле, он всего лишь открыл и закрыл в неё дверь, так чтобы родители это услышали. Парня разрывало от любопытства - что могло так раздосадовать мать? Стас укрылся за стеной и весь превратился в слух.
Из диалога родителей он выяснил, что матери позвонила Екатерина Евгеньевна - мама Филиппа - и осторожно поинтересовалась не у Стасика ли случайно гостит сейчас её сын. Получив на это отрицательный ответ - женщина разрыдалась прямо в трубку, объяснив, что сегодня вечером Филя с отчимом повздорили из-за драки в школе, после чего, парень ушёл из дома в неизвестном направлении и не отвечает на телефон. И всё это на ночь глядя, в десятом часу! Ольга Степановна попыталась утешить Катерину, заверив её, что если Филя объявится у них дома, то они с мужем сразу же об этом доложат безутешной матери. Валерий Сергеевич так отреагировал на эту новость: - Насколько я понял, Филипп - трудный подросток и регулярно безобразничает. Его мать, наверняка, уже все больницы микрорайона обзвонила и в отделении милиции побывала.
- Так и было, но ей в милиции сказали, что никого искать пока не будут. Видите ли, трое суток ещё не прошло. Представляешь?! Бедная женщина, если бы мы могли ей помочь хоть чем-нибудь! - Вздохнула Ольга Степановна.
- Представляю, дорогая и искренне сочувствую. У Екатерины Евгеньевны крайне безответственный и бессовестный сын. Надеюсь, ему на улице зададут хорошую трёпку, чтобы он сам быстрее вернулся домой.
Ольга Степановна неожиданно прикрикнула на мужа. - Валера, как ты можешь такое говорить! Ребёнок сбегает не от хорошей жизни. Вдруг с ним плохо обращаются, мы же не знаем всей картины!
Дальше Станислав не слушал. Он побледнел и отпрянул от стены. В его голове метались разношёрстные мысли: от чувства вины, до необходимости срочно что-то предпринять.
- «Фил где-то совсем один. Ему больно, обидно и страшно. Я должен найти его и успокоить, иначе, что я за друг такой?!» - Стас сорвался с места, влетел в свою комнату и начал рыться в ящике стола в поисках блокнота, куда имел привычку записывать всё важное и нужное. Наметив примерный план мест, которые следовало проверить, чтобы найти друга, - парень приступил к подготовке сумки, наполняя её всем необходимым для ночной вылазки. Небольшой упаковкой пластыря, бинтом, ножницами, фонариком, антисептиком и небольшой бутылкой с водой. Теперь - нужно было только дождаться, когда мама придёт пожелать ему спокойной ночи, чтобы не нервировать родителей своим внезапным исчезновением.
Станислав оказался на улице, когда время перевалило уже за полночь. Длинновязый подросток с тёмно-коричневой сумкой через плечо и в светло-серой толстовке с капюшоном выглядел совершенно непримечательно, поэтому никто из припозднившихся прохожих не обратил на него внимания. Блондин ещё раз сверился со своими пометками в блокноте и, вздохнув, устремился на поиски друга: - Надеюсь, Фил не успел ушкандыбать в несусветные дали, и я смогу его отыскать.
...Примерно полчаса назад...
Филипп шёл по огромному парку, который примыкал к красивому месту с ротондой, куда парень решил отправиться сегодня, чтобы посидеть там, и успокоиться. Но, как бы он ни пытался, - ему никак не удавалось отыскать треклятый поворот, соединяющий собой эти две заповедные территории. В какой-то момент Фил осознал, что потерялся, и смирившись с этим, побрёл куда глаза глядят.
Тропинка вывела его на асфальтированную дорожку, которая примыкала к деревянному мосту через небольшую речушку. Крайне живописное место днём, ночью - выглядело зловеще. Филипп, как загипнотизированный, подошёл к краю моста и перегнулся через перила. Водоём, чернеющий внизу приковал к себе взгляд раздосадованного парня. Филя сам не понял как вскарабкался по перекладинам, перелез через ограждение, схватившись за перила. Он прерывисто задышал и немного наклонился вперед, зажмурившись: - "Мама - прости меня". Но в этот самый момент, Филипп услышал характерный хруст веток кустарника, растущего вдоль тропинки и испуганно, обернулся на звук, не успев спрыгнуть.
Из буйной растительности кубарем вылетел парень в серой замызганной толстовке и, споткнувшись о ветку, грохнулся на землю. Филипп признал в неуклюжем разведчике Стаса и вытаращился на него. Как так получилось, что единственным, кому стало не безразлично, где он и куда пропал, оказался именно этот неказистый кудрявый ботаник? Не нахальные менты с собаками, не безразличные люди из поисковой бригады, даже не мать с отчимом, а обыкновенный приятель-одноклассник. - "Он пришёл за мной! Настоящий друг!"
Стас, увидев друга на мосту, побледнел от осознания того, что здесь могло бы произойти не окажись он рядом.
- Фил...какого лешего?
- Да, я это...
- Слезай оттуда нахрен, злыдень писюкатый, я плавать не умею! - Трясясь, как осиновый лист выругался Стас. Фил искренне рассмеялся и послушно вернулся на дощатую поверхность моста, торопливо подбежал к приятелю заключив того в объятия.
- Чего смеёшся, хрякопёрд недобитый!? - Недовольно фыркнул Станислав и рефлекторно отпихнул от себя друга.
- Никто ни разу так бездарно не врал, чтобы спасти мой бекон. Ты же в бассейн ходишь каждую среду и пятницу, дурак. - Филипп посмотрел на друга с благодарностью.
- Заткнись, сам дурак. - Насупился Стас и толкнул Фила в спину, уводя с моста. - Пошли домой, а то тебя уже все обыскались.
Ребята уже вовсю непринуждённо болтали о том о сём, когда Станислав вдруг оборвал друга полуслове, призывая помолчать и прислушаться: - Тшш. Ты тоже это слышал?!
- Что? Где? - Не понял Фил и замотал головой.
- Там кто-то ходит! - Испуганно озираясь по сторонам, пролепетал Стас.
- Да это крысы, наверное. - Похлопал по плечу друга Фил и со знанием дела добавил: - Они тут стадами шастают с соседней помойки.
- Крысы? - Недоверчиво нахмурился Стас. - Они не могут так топать!
- Может быть, они разъелись на казённых харчах? - Предположил Фил.
В следующее мгновение, оба парня услышали характерный хруст ветвей, шелест приминаемой травы, под шагами кого-то внушительного и громкий вой, перемежающийся жутким рычанием. Подростки остановились, как вкопанные, и многозначительно переглянулись. Стас нервно вцепился в рукав друга и испуганно спрятался за него. Фил почувствовал, что не может сделать и шага дальше. Ноги отказывались слушаться, все мышцы конечностей мгновенно одеревенели от страха, а жуткий глухой рык, тем временем, слышался всё явственнее и ближе. А в один момент - всё внезапно стихло. Казалось, что даже ночной ветер перестал колыхать верхушки деревьев. Парни напряжённо прислушивались, не издавая ни звука, но первым органом чувств, который распознал нарушителя спокойствия парковой зоны – стало именно зрение. Из-за кустов, справа от тропы, характерно принюхиваясь, высунулась сначала собачья морда, а потом и всё существо целиком.
Оно передвигалось как-то странно, но мальчишки не сразу разглядели в темноте причину этому. Неведомый зверь приподнялся на задних конечностях и завыл, запрокинув морду, демонстрируя свой огромный рост и антропоморфные лапы, увенчанные огромными когтями. То что ребята, поначалу, ошибочно приняли за обычную дворнягу, собакой явно не являлось. Существо полностью было покрыто густой чёрно-бурой шерстью, обладало янтарно-жёлтыми светящимися глазами и, при всей остаточной схожести с псовыми, не имело хвоста. Продолжая принюхиваться, монстр медленно повернул голову в сторону ошалевших от шока подростков и оскалился, обнажив два ряда острых, как бритва зубов. Встретившись взглядом со своими жертвами, он бросился на них.
- Бежим! - с криком скомандовал Фил другу и стартанул с места в глубь кустарника. Стас ринулся следом, стараясь не отставать. Сзади слышался хруст веток и злобный рык хищника, преследующего свою добычу. Дистанция между ними быстро сокращалась. Зверь настиг Стаса в несколько огромных прыжков и сбил того с ног. Парень, в ужасе, попытался отползти прочь, защищая лицо и шею ведущей рукой. Зверь, в ответ, мгновенно, перекусил кости левого предплечье блондина, в результате чего оно повисло на лохмотьях кожи. Стас взвыл от боли, схватившись за травмированную конечность. Монстр тем временем раскромсал в лохмотья толстовку парня, намереваясь распороть тому грудину, чтобы добраться до органов среднего средостения.
- Не надо! Нет! Помогите! - Заорал Стас, получив укус в район левой ключицы.
Филипп, услышав зов друга, без раздумий, ринулся на помощь: - Не трогай его, сука! - Он, прямо на бегу, вытащил из-за пазухи охотничий нож - подарок, сделанный ему дедом на прошлый день рождения, втайне от бабушки и мамы. Парень, сравнительно недавно, начал постоянно таскать оружие с собой. Делал он это в целях самообороны. Пацаны из шайки Левинского никогда его не щадили в драках. Фил надеялся, что хотя бы вид холодного оружия поумерит их пыл.
Удар пришёлся зверю в левую верхнюю половину спины, однако, существенной травмы, по-видимому, не нанёс. Потому как, он хоть и отпрянул от своей нынешней жертвы, но тут же с разворота ударил Филиппа по лицу когтями, распоров тому правую щеку вдоль.
Подросток отшатнулся в сторону,схватившись за рану. Он не ожидал такой молниеносной реакции и в следующую секунду поплатился за это промедление. Зверь, с дьявольской силой, перебросил через себя напавшего на него "камикадзе" и, уложив того на лопатки, укусил парня в шею, полностью размозжив сомкнувшейся пастью левую яремную вену. Стас, увидев остекленевшие глаза друга, потерявшего сознание от болевого шока, в ужасе заорал, так, что его бы услышали даже в соседнем микрорайоне, не то что на другом конце парка: - Помогите! Кто-нибудь! Убивают!
Внезапно раздался громкий выстрел, который заставил оборотня, судорожно озираясь, рвануть прочь обратно в кусты, побросав свою добычу.
Дежуривший в эту ночь, дед Михалыч, прибежавший из своей сторожки, с ружьём наперевес на крики о помощи, охренел от вида окровавленных пацанят: - Ох, ё! Что ж вам дома по ночам не сидится, дураки вы квёломозгие. Матеря теперича с ума сходют! А-ну, белобрысый, хватай дружка и айда в сторожку. Будете там до приезда скоряков сидеть и шоб не рыпались мне!
- Спасибо, деда! - Неожиданно заплакал Стас, взваливая на себя Фила.
Михалыч поцокал языком взглянув на испуганного кудрявого парнишку и подставил плечо, чтобы помочь дотащить темненького мальчика: - Давай подсоблю, а то ещё чебурахнешься с натуги.