Вот такими словами провожают в СМИ большого актера и человека ИГОРЯ ЯСУЛОВИЧА. Типа, предлагают смеясь расстаться с памятным прошлым. Ах да, голый инженер Щукин, любитель собачек, которым негде гулять, и даже не знаю кто в «Дерматинах вперде» - не смотрел. Обхохочешься, одним словом. А ведь в этих ролях Ясуловича нет, совсем нет. Потому что он был другим.
То самое знаменитое несоответствие внешнего облика и внутреннего содержания. Нелепый зябкий интеллигентишка, идеально воплощавший жалкую «прослойку», никчемный и несчастный. Между тем, именно такими коммуняки и прочие «партейные» вши и видели всех умных и образованных людей. Они ненавидели за их превосходство над собой – неучами и полезными идиотами.
Конечно, Ясулович – это театр. МТЮЗ, Кама Гинкас, Генриетта Яновская. Только там (да еще в ГИТИСе как преподаватель, мастер) он был на месте. Он был весь таким пушкинским, познавшим всю горечь жизни, человеком с трагически-музыкальным строем души и голоса, а под конец жизни – мудрецом и философом в своих ролях. И с принципиальной, безжалостной по отношению к существующей власти, общественной позицией.
После смерти Ефима Байковского он стал играть в «Маяковке» старика-оценщика Соломона в спектакле «Цена» по пьесе Артура Миллера (режиссер Леонид Хейфец). Его герой пришел оценивать мебель в когда-то богатом доме, а оказался тем, кто на очень тонких и точных весах взвесил цену доброго и плохого в жизни его обитателей… Эта была его не первая, так сказать, ветхозаветная роль. Был еще Ной в спектакле «Пингвины» в МТЮЗе, поставленном Женей Беркович (СВОБОДУ БЕРКОВИЧ, СВОБОДУ ПЕТРЕЙЧУК!)
Когда-то после прихода в «Маяковку» Миндаугас Карбаускис сказал в одном интервью:
«Мне все-таки хочется, чтоб Бог был. Не тот, который на плакатах и хоругвях. Куда более сложный. Неброский. Но – был».
Вот именно таким и был ИГОРЬ НИКОЛАЕВИЧ ЯСУЛОВИЧ. Светлая память!
Леонид СОКОЛОВ