Почти в 150 км от Москвы находится очень интересное своей историей место. Мы всегда проезжали мимо указателя на Белую Колпь, и у меня никогда даже не возникало желания спросить - что там? А если и возникало... Мама отмахивалась рукой и честно говорила: "Да Бог его знает", муж сказал немного более понятно: "Развалины там старые. Усадьба была".
Наверное, действительно раньше мне туда было не надо. Мы были там только этим летом.
Первое упоминание о селе Колпь Андреевская имеется в меновной грамоте великого Московского князя Ивана III с волоцкими князьями в 1497 г. Тверские села Колпь и Буйгород были отданы волоцким князьям Федору и Ивану Борисовичам в обмен на другие села. ( Опять князь Фёдор Волоцкий! Хозяин и нашей Середы...) Однако принадлежало оно ему не очень долго - возвратилось к московскому князю назад. Село долго находилось в дворцовом ведомстве, освобождалось от податей, и, возможно, из-за этого получило определение Белая.
В первой трети XVI века в Колпи был построен деревянный теремной дворец, в который любил приезжать Великий Московский князь Василий III "на ловлю".
В конце сентября 1533 года Василий III совершил традиционную богомольную поездку в Троице-Сергиев монастырь. Оттуда отправился в село Озерецкое на Волоке, где у него были охотничий домик и угодья для «государева прохладу». Прохладиться не получилось: ни с того ни с сего на внутренней стороне бедра, возле паха, появилась багровая опухоль размером с булавочную головку. Однако Великий князь ездил из села в село, в надежде, что в дороге он забудется и боль пройдет. Из Озерецкого он поехал в село Нахабино Троицкого уезда под Москвой, оттуда — в село Покровское. Государь решил не обращать внимание на болезнь и 8 октября собрался в волоколамское село Колпь на охоту. По его приказу туда были высланы ловчие, собаки, соколы. Превозмочь недуг не удалось: проехав две версты, Василий III чуть не упал с коня.
Две недели Василий III провел в Колпи в постели. Когда стало ясно, что ждать улучшения бессмысленно, он приказал нести его на руках в Волоколамск. Здесь он начнёт писать завещание, вызвав ближних бояр. После его смерти в начале декабря 1533 года охотничьи угодья в Колпи были забыты.
Следующим царём, приезжавшим сюда поохотиться, был царь Иван Васильевич. То ли захотелось увидеть место, где совсем слёг когда-то отец, то ли просто хотелось охоты подальше от Москвы... И опять, как в 1533 году, слёг царь Иван в горячке - а было ему только 23 года. В Колпь понаехали бояре. Думали царь умрёт, а они будут решать вопрос о передаче власти. Но царь выздоровел. А Охоту в Белой Колпи больше не проводили. Не очень удачная она тут получалась какая-то...
И земли эти долго были потом без хозяина. Правда охотничий дворец содержали кое-как, да ещё в селе были две деревянные церкви - в честь мученика Андрея Стратилата и в честь чудотворцев Косьмы и Дамиана. Они были сожжены позже - во время литовского нашествия в 1626 году.
В 1634 году село Андреевское-Колпь было передано боярину Василию Ивановичу Стрешневу. Главное, что это награждение было проведено очень тихо. Интересно за какие заслуги? Не за дипломатические удачи в переговорах, и даже не за удачное расследование дела об провальной осаде Смоленска... В 1633 году царь Михаил Фёдорович отправил Василия Стрешнева в Пермь Великую, «для сыску золотой руды». Через год он вернулся. Золота в Перми не оказалось, но его «раденьем» была найдена в Соликамске медная руда и открыт завод. Вот за это и был награждён родственник царской жены, свояк Василий Иванович чином окольничего и куском земли под Москвой... Впрочем, земли полученные им , были не ахти какие. Урожай давали скудный, а вот для возобновления охоты леса местные очень даже годились.
В 1655 году из-за болезни боярин В. И. Стрешнев был отпущен царем в Москву. Сведений о его дальнейшей придворной службе нет. Но зато мы знаем, что бездетный Василий Иванович начинает распродавать свои земельные владения. Именно так, в 1658 году, имение Белая Колпь и земли вокруг него были проданы стольнику, князю Степану Никитичу Шаховскому, и в течение более 250 лет имение это будет являться является родовым имением князей Шаховских.
В 1686—1691 годах была выстроена новая деревянная церковь Андрея Стратилата. Село стало развиваться. Через сто лет, в 1769 году, в селе было 59 дворов и 214 душ мужеского пола...
Во второй половине XVIII века секунд-майор князь Александр Алексеевич Шаховской, русский драматург и театральный деятель ( кстати это к его пьесам писал музыку Александр Алябьев), участник войны 1812 года, начал обустраивать имение, заложив регулярный парк, построив новый дом.
Композиционным центром усадебного комплекса служил дом. До наших дней он не сохранился. (Здание было разобрано в годы революции в 20 веке с подачи местного Совета крестьянских депутатов.) Одним фасадом главный дом был обращен к небольшому липовому саду, другим – на парадный двор и к партеру, спускавшемуся двумя террасами с белокаменными лестницами к запруженной речке Колпинке. По сторонам главного дома находились церковь и хозяйственный двор со служебными постройками, включенными в линию ограды.
Усадьбой после войны с Наполеоном занимался его сын - князь Михаил Александрович Шаховской, волоколамский уездный предводитель дворянства. Он заново отстроил часть строений усадьбы в стиле классицизма: кирпичный двухэтажный дом управляющего, церковь Воскресения Христова , конюшню, каретник и псарню. Деревянный усадебный дом был снова перестроен, сломаны флигели - поскольку они сильно пострадали от французской армии.
Теперь усадьба выглядела великолепно!
Дошедшие до наших дней кирпичные здания церкви и служб свидетельствуют о цельности и высоких художественных достоинствах ансамбля, выполненного в монументальных формах зрелого классицизма.
После смерти князя М.А. Шаховского в 1817 году во владение селом Белая Колпь вступил его сын Валентин Михайлович Шаховской. В 1820-х годах, В.М. Шаховской был преподавателем в школе колонновожатых, находившейся в соседнем Осташеве. У своего преподавателя в усадьбе Белая Колпь собирались его воспитанники, будущие декабристы.
23 мая 1823 года князь В.М. Шаховской был переведен в лейб - гвардии Конно-егерский полк и назначен адъютантом к генералу М.С. Воронцову. В период август 1823 - июль 1824 года, находясь в Южной армии был одесским знакомым А. С. Пушкина. А в январе 1825 года В.М. Шаховской женился на сестре будущего декабриста, участника восстания в Москве - Петра Александровича Муханова. А его сестра Прасковья Михайловна была замужем за организатором "Союза Спасения" Александром Николаевичем Муравьевым. Семья пережила царские гонения после восстания декабристов на Сенатской площади в Санкт-Петербурге. Долгие годы в Белой Колпи ждали известий из Сибири от Прасковьи Михайловны и ее мужа Александра Николаевича Муравьева, Варвары Михайловны Шаховской и ее жениха Петра Александровича Муханова. После смерти первой жены А.Н. Муравьев женился на младшей сестре своей жены Марфе Михайловне Шаховской, продолжая наезжать в имение к своему зятю.
Сам же Валентин Михайлович в 1826 году был переведён в Москву адъютантом к генерал-губернатору князю Д.В. Голицыну. По выходе в отставку из военной службы в чине бригадира( как и отец), поселился со своей молодой женой, сестрами и племянницами в своем родовом имении Волоколамского уезда, селе Белая Колпь, которое сделалось, по свидетельству князя А.В. Мещерскогоо, «центром вечного движения, разнообразных удовольствий и неистощимой веселости молодежи». Впоследствии несколько трёхлетий (1828—1837) был волоколамским предводителем дворянства.
В 1835—1839 годах "принял эстафету" у родственников и стал смотрителем Странноприимного дома Шереметьевых в Москве - ныне НИИ скорой помощи имени Н.В. Склифософского.
Князь Александр Валентинович Шаховской унаследовал Белую Колпь после смерти отца. Но приезжал сюда не так часто. Хотя усадьба поддерживалась в прекрасном состоянии и здесь постоянно проживал кто-то из родственников или знакомых. Александр Валентинович имел чин Тайного советника, а в 1884 году был пожалован в гофмейстеры Двора Его Императорского Величества. Был награждён орденами Святого Станислава и Святого Владимира. Был судьёй Волоколамского судебного мирового округа. В последние годы он всё-таки жил в своём имении, где и умер в 1906 году.
Его единственный сын Валентин был чиновником особых поручений при московском губернаторе. Он же и стал последним владельцем усадьбы.
Кстати, княгиня Евгения Фёдоровна Шаховская-Глебова-Стрешнева, в честь которой была названа станция Московско-Виндавской железной дороги, а потом и посёлок, в усадьбе была ( если была) только в гостях...
В 1919 году по решению Советского правительства из усадьбы в Румянцевский музей были перенесены картины, библиотека, предметы быта и семейные реликвии Шаховских. Деревянное здание усадьбы разобрали для постройки частных домов. Само село стало называться с 1926 года Красная Колпь. Ну что тут можно сказать?
В советский период многие построения усадьбы, кирпичная ограда, хозяйственные постройки, планировки центра были утрачены. А оставшееся сильно пострадало ещё и в Великую Отечественную войну. Андреевский храм был вообще закрыт.
Сегодня о былом великолепии архитектурного ансамбля усадьбы здесь практически ничего не напоминает. Если вы въезжаете на территорию Белой Колпи, то справа видны развалины. Это остатки от старых кирпичных сараев, конюшни и псарни.
Здание дома управляющего сохранилось плохо. Когда-то Дом управляющего, или “сыроварня”, представлял собой двухэтажный жилой корпус, частично использовавшийся в производственных целях. Торцы здания обработаны крупными арочными впадинами и рустом. Сегодня - это плохо законсервированные развалины.
Что же увидели мы, когда сюда приехали?
Ну, во-первых, очень красивую природу вокруг. Я потихоньку начала понимать, почему сюда так стремились на охоту цари и почему князья Шаховские создали здесь свою родовую вотчину.
Во-вторых нас встретил обновлённый храм.
И я, глядя на него понимаю, что не всё потеряно в этом месте. Восстановление усадьбы возможно, вот только когда? А главное - кто будет её хозяином? У нас "колхозное" сразу же становится ничьим. Значит, если вести разговор о восстановлении комплекса усадьбы, надо сразу понимать - для чего? Этого понятия пока и нет.
От храма, перейдя дорогу мы медленно едем к развалинам Дома управляющего. ( Муж сказал:"Пока есть где ехать - не пойду!")
Дорога сохранилась вполне приличная. А вот и сами развалины. Лезу, чтобы из сфотографировать, муж тихо матерится...
Но даже в таком виде красоту видно...
А ведь ещё в 2000 году здесь крыша была...
Возвращаюсь назад к дороге пешком. Машина ползёт медленно сзади. Почему пешком? Иначе бы я не увидела остатки старой подъездной аллеи
Правда от лип уже ничего нет. А вот берёзы, посаженные на их место - стоят. Красиво так стоят. рядочком...
На месте старого барского пруда, который был при въезде в усадьбу - махонький его остаток. Ну он в принципе сейчас здесь уже и не нужен. На месте, где когда-то были небольшие хозяйственные постройки и фруктовый сад, выросла целая деревенская улица.
Жизнь идёт своим ходом.
Ещё раз взгляд на село от храма, с высокого берега маленькой теперь речушки. И домой!
Уезжали мы в каком-то странном молчании. Не знаю почему, но говорить не хотелось. То ли на меня так место подействовало, то ли благодать восстановленного недавно храма, куда мы заходили... А может просто устала лазить по заросшим и никому не ведомым тропам? Плюс подъём в горку...
Короче в мыслях о прошлом и настоящем я в машине так и уснула.
А кто такая Белая колпь? Это "Серебряная" цапля, которая когда-то водилась в наших краях. Между прочим, к нам на пруд, который есть у нас на участке второй год по осени прилетает одна такая красавица.
Только она серая, а не Серебряная. Не водятся Серебряные цапли у нас больше. Только на гербе Шаховской, да в названии села в нашем районе они и остались...
Если не указано иное - представленные фото являются фотографиями автора