Предыдущая глава
Герман был перед мучительным выбором.
-Казнить нельзя помиловать - пробормотал он и посмотрел уставшим взглядом на Веру Дмитриевну. Всё чаще его одолевала тоска по прошлой жизни, лёгкой и беззаботной. В той жизни был жив его отец, Дашка и мачеха была нормальным адекватным человеком.
Через каких-то полтора месяца будет Новый год. А с кем он его встретит? В полнейшем одиночестве, потому что наверняка Геля по настоянию своих родителей разведётся с ним. Да и любви в их браке нет. По крайней мере у него к ней точно. Была страсть и вожделение, но это нельзя назвать любовью. Это зов плоти, обычная человеческая потребность. Но не любовь.
-Уволите, да? - потухшим голосом спросила Вера Дмитриевна. Она уже успокоилась и не рыдала с надрывом, как недавно на кухне. Тоже устала ото всего. Да и кому в таком огромном доме теперь готовить?
-Оставайтесь, Вера Дмитриевна. Вы столько лет работали у моего отца, стали чуть ли ни членом семьи. И я не вправе уволить вас, потому что верю, вы не желали зла моей жене и это либо чей-то злой умысел, либо случайность. В любом случае, я вам верю.
-Спасибо, спасибо! Герман Александрович, поверьте, никак я не могла причинить вред вашей жене! - Вера Дмитриевна снова расплакалась, но теперь уже от радости - пойду приготовлю вам что-нибудь вкусненькое! Спасибо!
Женщина поспешно покинула кабинет, оставив Германа в полнейшей тишине. В последние дни он предпочитал работать из дома и решать все вопросы по телефону или по видеосвязи. Не желал слушать бесконечные соболезнования от работников фирмы отца, которой она пока управлял один.
Он обвел тяжёлым взглядом кабинет, мысленно прошёлся по всему дому. Зачем ему теперь особняк? Он строился отцом для большой и крепкой семьи, чтобы места всем хватало. Александр Николаевич всегда мечтал именно о большом доме и чтобы в нём было много комнат. Любил повторять, что так он не скован, свободен и ему легче дышится, чем в тесных квартирах или даже маленьком частном доме.
Дверь тихонько приоткрылась и вошла Аня с полным комплектом инвентаря. Ведро, швабра и пушистая метёлка, пыль смахнуть.
-Ой ... - девушка смущённо потупила взгляд - Герман Александрович ... не знала, что вы здесь.
-Вы можете убираться, вы мне не мешаете - отрывисто произнёс Герман, не отрывая взгляд от монитора. Почта была переполнена счетами на оплату и какими-то отчётами.
Аня пристально посмотрела на Германа, но он совсем не обращал на неё внимания, как будто её здесь не было.
"Ладно, красавчик, всё ещё впереди и ты скоро будешь обращать на меня внимание". Аня занялась тем, что создавала видимость своей работы, пока Герман раздражённо не встал из-за стола.
-Заканчивайте побыстрее, а в следующий раз будете убираться, когда меня не будет в кабинете. Если я сказал, что вы мне не мешаете, это не значит, что нужно так громко и усердно прибираться в моём кабинете.
Дверь за ним захлопнулась, а Аня погрозила ему вслед кулаком. Нежный какой нашёлся, шум он не любит. Девушка бочком придвинулась поближе к столу и заглянула в монитор компьютера. Цифры какие-то, ничего не понятно. Из документов об образовании у Ани был только школьный аттестат и всё что она умела это елозить шваброй по полу. Её мать внушила ей, что главное в этой жизни это удачно выскочить замуж, а остальное уже мелочи.
-Что ты там высматриваешь? - раздался голос Лены. Аню она раздражала до коликов в животе. Поначалу Лена казалась ей наивной и глуповатой, но по мере дальнейшего проживания с ней в одной комнате и вынужденного общения, Аня стала относится к ней с подозрением.
Лена была старше неё и опытнее. Она не гнушалась коротким общением с глуповатым Костиком, носила ему в дом разные вкусности и брала с собой на прогулку по лесу по выходным дням. Поэтому она казалась Ане странной.
-Тебе то какое до того дело? - огрызнулась Аня.
-Самое прямое. Ты разве забыла, что кабинет всегда я убираю? - Лена смотрела на Аню жёстким взглядом. Той даже жутко стало и мурашки поползли по телу.
-Я сегодня облегчила тебе задачу - фыркнула Аня, забирая свой инвентарь.
-На Германа глаз положила? - Лена железной хваткой вцепилась в её локоть.
-Я не должна перед тобой отчитываться. Или сама на него метишь?
-Не крутись там, где не надо - тон Лены был каким-то предупреждающим, но Аня решила не обращать на это внимания. Что она может-то? Пусть с дурачком своим гуляет, он ей как раз таки прекрасно подходит. И угрожать ей не надо! Её весь посёлок боялся и в школе предпочитали не связываться, а тут какая-то Ленка-пенка возомнила себя бессмертной.
-Это ты у меня под ногами не крутись - заявила Аня и покинула кабинет.
-Молоко на губах ещё не обсохло, а всё туда же - пробормотала Лена и достав телефон, сфотографировала то, что было на мониторе. Пощёлкала мышкой, снова сфоткала. На Германа ей было глубоко плевать. Он её не интересовал, как мужчина. У неё была другая цель и она пообещала сама себе, что добьётся когда её сначала в детском доме били, за то что она не такая, как все. А потом в тюрьме, куда она по малолетке и глупости попала.
Герман отказался обедать в просторной и светлой столовой, предпочтя ей кухню. Вера Дмитриевна уже успела приготовить ему вкусный обед. Она резво управлялась в своих владениях и старалась вовсю угодить хозяину. Герман чувствовал это и ему было неловко.
-Ангелина Игоревна долго ещё будет в больнице лежать? - осторожно спросила Вера Дмитриевна.
-Не знаю. Операция прошла благополучно, теперь восстанавливаться будет - пожал плечами Герман, мыслями он то и дело возвращался к Лизе. Из дома Татьяны Михайловны Каштановой она пропала и где теперь её искать? Детектив поселился в Алуште и будет копать там. Она не могла без денег далеко уехать, значит осталась на месте.
На телефон пришло сообщение от отца Гели.
"Моя дочь впала в кому, после операции". Руки у Германа задрожали, когда он ещё раз перечитал сообщение от тестя. И что теперь будет? Станет ли Ангелина здоровым человеком, когда выйдет из комы и вообще, выйдет ли? Аппетит у него сразу пропал. Извинившись перед Верой Дмитриевной, Герман быстро покинул кухню, собираясь поехать в клинику.
Но к нему приехали сотрудники чопа, чтобы наладить работу камер и сигнализации по всему периметру особняка.
***
Лизу устроили работать на ресепшен. Даже Марго удивилась такому распоряжению своего отца.
-Цени это - подмигнула она - чтобы вот так сразу, без какого-либо опыта и поставить тебя за стойку администратора. Надеюсь, не подведёшь? Умеешь с компьютером работать?
-Как пользователь, да. Но так чтобы конкретно ... - Лиза осмотрелась. Вестибюль отеля был огромным и отделан в каком-то восточном стиле. Через крутящиеся двери, постоянно сновали постояльцы. Серьёзные и успешные, судя по деловой одежде и сопровождению телохранителей.
-Эх, папа, папа ... - Марго кому-то набрала по телефону - задал мне задачку. Ведь мне совершенно некогда обучать тебя? Ты же знаешь, что приезжает представитель королевской семьи, моя мечта, мой кумир и мне нужно быть во всеоружии!
-Так я и не просила. Я всего лишь рассчитывала на обычную уборщицу - жалобно произнесла Лиза. Она боялась открытого пространства и вовсе не была коммуникабельной. Ей бы где-нибудь подальше от чужих глаз, работать потихоньку.
-Видимо мой отец разглядел в тебе какой-то потенциал. Короче, наши все на обеде видимо. Сейчас я их разгоню и девочки придут тебя обучать. Пока на испытательном сроке побудешь и если будет получаться, то станешь полноценным администратором.
Марго взъерошив свои короткие рыжие волосы, подмигнула Лизе и убежала. Девушка затравленно смотрела на какие-то записи, мерцающий экран компьютера и отдельный монитор с видео камер наблюдения. Куда она попала? Может сбежать отсюда, пока не поздно? Устроиться в какое-нибудь кафе, посудомойщицей или официанткой?
Степан Андреевич, словно почувствовав смятение девушки, неожиданно возник рядом со стойкой администратора. Взгляд его умных ярко-голубых глаз был устремлён на Лизу.
-Не бойтесь Света и никогда не отступайте назад. Это сначала, как в холодную воду погружаешься. А потом уже легче, когда выплывешь на поверхность. Я редко кому помогаю, запомните. Но для вас сделаю исключение. Вы очень напоминаете мне внешне одного человека, которого я когда-то знал.
Резко развернувшись, Степан Андреевич пошёл на выход, оставив Лизу в недоумении и растерянности. Уж не об Шаце шла речь?
Продолжение следует.