Да, у грозорожденных вечных есть секс. Это официальная позиция Games Workshop / Black Library.
Штош, осталось узнать, чем на это ответит Велизарий Коул, хех.
Из рассказа “Грозовой голем” (The Lightning Golem), Ник Кайм
(*Иссакиан Рожденный-с-Мечом – лорд-праведник Небесных Рыцарей, одного из грозовых воинств Грозорожденных Вечных)
Перевод: Юрий Strchan Войтко
«Иссакиан пробудился; его обнаженное тело покрывал пот. Он снова видел тот же сон.
«И не стало короля, облаченного в ночь…»
Слова вновь пришли к нему, постепенно проявившись в мыслях. Иссакиан постарался дышать ровнее, чтобы успокоить бешено бьющееся сердце… В тот же миг его осторожно взяли за плечо – бережно, но крепко, – и боль утихла.
– А я надеялась застать тебя спящим, – сказала Агривайн, ложась рядом с ним.
Ощутив теплое, приятное касание ее кожи, Иссакиан коснулся руки Агривайн, повернул голову и поцеловал ее пальцы.
– Я немного поспал, – ответил он, прислушиваясь к завыванию ветра снаружи шатра. Кожаные стены зловеще поскрипывали, веревки натягивались, но держались. – Но я рад, что, проснувшись, увидел тебя.
Женщина нежно повернула его голову к своему лицу. Иссакиан нахмурился:
– Ты чем-то опечалена.
– Ты же уходишь этим утром.
– И ты будешь скучать по мне! – рассмеялся воин, слегка поддразнивая Агривайн. Ее бедро выступало из-под одеяла, и он провел пальцем по изгибу упругой плоти.
Агривайн немедленно отвернулась.
– Ты слишком беспечен! – сердито произнесла она.
– Ладно тебе, – отозвался Иссакиан. Улыбнувшись, он заправил ей за ухо непослушную прядку белых волос. – У нас есть эта ночь.
– Позволь мне отправиться с тобой, – попросила Агривайн, снова посмотрев ему в глаза.
Иссакиан, едва заметно понурившись, покачал головой:
– Я не вправе просить тебя об этом.
– Я предлагаю сама.
– Тогда я не могу согласиться.
– Значит, ты дурак!
– Нет. – Иссакиан ласково погладил ее по щеке. – Дураком я бы стал, если бы разрешил тебе. Мне не следует тебя брать. Там слишком опасно, я не буду рисковать тобой.
Теперь рассмеялась уже Агривайн. Вытащив короткий клинок, не длиннее кинжала, она приставила оружие к горлу Иссакиана.
– Решение принимать не тебе. Я рождена грозой, как и ты.
– И настолько же свирепа…
Да, я знаю. И не сомневаюсь ни в твоем клинке, ни в твоей отваге. Именно поэтому я люблю тебя, Агривайн. Но мне открылась… тьма. Недоброе предзнаменование. И я связан с ним, куда бы ни направила меня судьба. Не вынуждай меня втягивать тебя во всё это.
Агривайн пристально посмотрела на него, но через несколько секунд сдалась.
– Будь ты проклят, – буркнула она.
– Должен признать, – сказал Иссакиан, настороженно поглядывая на кинжал, – я думал, что ты пришла с иной целью…
Женщина нахмурилась, но опустила оружие.
– У нас еще есть эта ночь, – мягко проговорил Иссакиан.
– Верно, – шепнула она, прижимаясь к нему. – Моя кровь подобна грому…
– Мое сердце – молния.
Порыв ветра отдернул полог шатра, и внутрь хлынул ночной воздух, насыщенный запахами древесного дыма и сырости, предвещающей дождь. Иссакиан и Агривейн вряд ли обратили на это внимание – их тела сплелись, озаренные лунным светом».