Ветер всё ещё гудел, но его порывы и рычание стали не такими сильными и властными. Холодный песок быстро вытягивал заветное тепло. Кожа покрылась мурашками. Тело затекло и стало деревянным. Очень хотелось спать. Глаза закрывались сами собой. Иван зевнул. Энергетиков у него не было. Значит, придётся бороться со сном привычным способом. Для этого мужчина надавил на огнестрельную рану в ноге. Несильно, но так, чтобы искры из глаз брызнули. Он закусил губу, сдерживая стон. Спать резко расхотелось.
Ваня пошевелился, чтобы поднести к лицу руку и посмотреть на наручные часы. По зеленовато-белым чёрточкам-отметинам циферблата и стрелкам мужчина смог определить, что буря длилась чуть больше двух часов. Время утекало быстрее, чем песок сквозь пальцы. А песка было много. Он был повсюду. Въелся в кожу и скрипел на зубах.
"Если нас будут преследовать, то после того, как буря успокоится, - решил Иван. - А значит, надо поторопиться и идти дальше. На открытой местности мы слишком уязвимы".
Прежде, чем скинуть плащ-палатку, Ваня напоил Стаса, который был горячим словно печка и тихо постанывал, находясь в бреду. Иван проскрежетал зубами, пузырёк с обезболивающим он бросил Стасу, когда тот находился в заточении, другого пузырька у него не было.
«По идее Стас должен был забрать пузырёк с собой, - размышлял мужчина. - Но не выпал ли он, пока я тащил друга на себе?»
Ваня откинул с головы плащ-палатку. Сверху она была завалена песком, поэтому сбилась, засыпана ноги песком ему и Стасу.
Ветер всё ещё не угомонился, закручивая песок и поднимая вверх, но уже не гудел и не рычал.
Мужчина расстелил плащ-палатку, перетащил на неё Стаса, уложив его на спину, а сам принялся шарить по одежде друга в поиске пузырька с таблетками. Ему повезло. Нет. Им повезло, так как его нога простреливала болью при каждом движении. Сон прошёл, а боль усилилась.
Горькие таблетки вызвали тошноту и подстегнули жажду. А воды во фляжке осталось на пару глотков.
Иван вздохнул, поправил балаклаву на лице Стаса, шарф на своём лице, запахнул внахлёст плащ-палатку, взявшись за два её конца, и потащил друга по песку.
Армейская обувь проваливалась в песок, словно в снег. Это доставляло неудобства, так как приходилось прилагать больше сил. Ваня торопился, отчего хромал сильнее, чувствуя, как кровь из раны по ноге стекает в ботинок. Ткань брюк неприятно прилипла и зачерствела, изрядно впитав в себя кровь и мелкий песок. Его потряхивало.
Язык прилип к нёбу. Тело Ивана покрылось испариной. Дыхание стало рваным и тяжёлым.
Несколько раз он останавливался, проверяя Стаса. Давал другу воду, смочить горло. Прикладывал ладонь ко лбу мужчины, пытаясь определить прошла ли у того лихорадка. А затем упорно двигался дальше, сверяясь по компасу, встроенному в его часы.
Согласно «плану Б», который был разработан Добровольским-старшим, Ивану следовало доставить Стаса к запустевшему оазису. Там в старых развалинах они должны были дожидаться человека, который отвезёт их к месту… встречи с группой...
Впрочем, Ваня думал совсем не об этом. Он тянул друга по песку, а сам представлял Марину. Сейчас ему казалось, что он недостаточно часто говорил ей, что любит. Она была его путевой звездой. Он шёл к ней. Он заставлял себя идти, потому что обещал любимой вернуться. И знал, что где-то там... она ждёт его. Ждёт и любит.
Как-то незаметно ветер стих, но мельчайшие частички песка всё ещё «висели» в воздухе, словно застыв, размышляя падать вниз или ещё немного потанцевать.
Неожиданно чернота стала рассеиваться, как густой и вязкий дым. Из-за горизонта медленно выплывал огромный красный диск солнца. Он был таким большим, что казался неимоверно тяжёлым. На какое-то мгновение у Ивана появилось сомнение, сможет ли этот монстр подняться в небо, которое прояснялось с каждым шагом мужчины. Воздух значительно потеплел. Совсем скоро он станет обжигающим, нагревая песок.
Ваня сделал ещё одну остановку, после которой лёг на живот и по-пластунски двинулся дальше, продолжая тащить друга.
Чем выше поднималось солнце, тем горячее становился песок.
Когда впереди появились развалины заброшенного оазиса, Ваня приложил бинокль к глазам и один уголок его губ дрогнул в ухмылке:
«Полчаса и будем на месте».
Он какое-то время наблюдал за местностью, желая убедиться, что нет случайных или неслучайных «гостей», а затем пополз дальше, постоянно вглядываясь в тёмные тени развалин.
"Нельзя быть невнимательным, когда цель перед глазами", - твердил себе Ваня.
© Copyright: Дёмина Наталья.
Продолжение следует...
