Разъясняю свою заумную рецензию на «Кинопоиске».
Продолжение «расследования». Часть четвёртая.
4. В реальной жизни; в пьесе А. Островского; в решениях Э. Рязанова; и в непонятках-домыслах зрителей «Ж. романса».
Вэдай, братъ, что клэть и клэтка,
Рэшето, рэшётка, сэтка,
Вэжа и желэзо – с ять; –
Такъ и надобно писать.
Мнемонический стишок о правописании буквы (э) ять в дореволюционной орфографии.
Кабанова. Молодость-то что значит! Ничего-то не знают, никакого порядка. Хорошо, у кого в доме старшие есть. Ими дом держится, пока живы. В другой дом и взойти не хочется. А взойдёшь, так плюнешь, да вон скорее. Что будет, как старики перемрут? Как будет Свет стоять? Уж и не знаю. Ну, да уж хоть то хорошо, что помру и не увижу ничего.
А. Островский «Гроза» 1859 г.
(То же самое говорила моя бабушка).
Хорош ли «Жестокий романс»? Да, смотреть интересно и приятно. Вот только... Мне хочется крикнуть их извозчикам «Шлею подтяни, дурак!» И это не считая других «колких» замечаний, - про: реплики, мимику, платья в 60 рублей, пачки кредиток по 1000 рублей!, стразы на серебряной брошке за 500 рублей... И про пароходик «Ласточка», который в те годы стоил, наверное, как весь этот их город Бряхимов.
Лошади и их сбруя – это отдельный выпуск с фотографиями. Вот только кому эти шлеи и чересседельники нужны? Обещаю – не буду.
Но даже сквозь всю эту бутафорию и прянично-сусальную мишуру вылезают непонятки сюжета. Рязанов не смог запихнуть их обратно.
4.1 С кнурами жить, по кнурьи выть.
Васильков. Верного я имею, без всякого риску, три лесные дачи при моём имении, что может составить тысяч пятьдесят.
Телятев. Это хорошо. Пятьдесят тысяч - деньги. С ними в Москве можно иметь на сто тысяч кредита; вот вам и полтораста тысяч. С такими деньгами можно довольно долго жить с приятностями.
Васильков. Но ведь надо же будет платить, наконец.
Телятев. А вам-то какая печаль! Что вы уж очень заботливы! Вот охота лишнюю думу в голове иметь! Это дело предоставьте кредиторам, пусть думают и получают, как хотят. Что вам в чужое дело мешаться: наше дело - уметь занять, их дело - уметь получить.
А. Островский «Бешеные деньги» 1869 г.
Распалась цепь великая,
Распалась и отскОчила...
Одних, как пену вздыбила.
Других же пропесочила.
Перифраз на поэму Н. Некрасова «Кому на Руси жить хорошо».
Сперва, один пример: взаимоотношения Ларисы и «купца» Васи. В фильме Лариса общается с ним, как с подружкой, сестричкой или с гувернанткой. Будто как с единокровным братцем (плодом шалости папеньки-помещика с кухаркой). Но не как с женихом и с самцом. Вожеватов в фильме – бесполое существо без прав и без положения.
Поэтому Карандышев в пьесе сказал: «Что за фамильярность! Что за короткость с пустым, глупым мальчиком!» Это В. Проскурин-то, который А. Мягкова наглядно старше, - «глупый мальчик»? Так ведь Островский предельно ясно выразился: «Очень молодой человек, представитель торговой фирмы; по костюму – европеец». Ну, и?..
И вот поэтому Лариса отвечает: «Мы с малолетства знакомы; ещё маленькие играли вместе – ну, я и привыкла». Да, играла с сынком лакея. А что такого? Это было нормально. Но!.. Вася – «не жених»!
Важно, что своих денег у Вожеватова очень немного. Но слуга в кофейной и «клубный буфетчик» этого не знают. Равно как и сумму на счетах у Кнурова. А есть ли они, эти счета и богатства? Кабы они у них были, они б не пришли на обед к Карандышеву, не уплыли бы на вёсельных катерах за Волгу с Паратовым. Зачем им там Паратов? Разве Кнуров и Вожеватов друзья, единомышленники и ровесники? Что они задумали? Что заставило их объединить свои усилия? Да уж не Лариса, цена которой триста рублей, а - деньги за «Ласточку».
Сколько стоил подарок Вожеватова Ларисе? Если по пьесе – то не более ста рублей. А в фильме Рязанова – уже 500. Так, кухаркин сын изящно подшутил над нищей дочкой своего бывшего помещика, над своей подругой детских игр. А Кнуров – изощрённо унизил её маму. Где этому унижению прямое доказательство? А вот же оно! Прямое.
Огудалова. Опять беда, Мокий Пармёныч: чем нам жить с дочерью!
Кнуров. Ну, эта беда поправимая. Теплое участие сильного, богатого человека...
Огудалова. Хорошо, как найдётся это участие.
Кнуров. Надо постараться приобресть. В таких случаях доброго друга, солидного, прочного иметь необходимо.
В чём смысл? Кнуров, если перевести с литературного русского на послесоветский, сказал: «Помни, сучка, кто тебя «имеет» и кормит. И тебя, и дочку твою. Сделай всё так, как я тебе говорю. А иначе!..»
А дальше - ещё хуже. Вместо того, чтобы, в гневе брызгая слюной, оборзевшего «дельца последнего времени» послать на известные всем моим Читателям буквы, Огудалова... Ну, сами это прочитайте в конце второй сцены второго действия. Кнуров «опустил» её дважды, дав ей за это 300 рублей. А в фильме – даёт 700 и просто так, за так.
И теперь, после такого моего откровенного «перевода», Вам станет понятным и всё остальное. И эта их поездка на лодочках за Волгу, и эта его, как бы невзначай оброненная реплика: «Не весела прогулка будет наша без Ларисы Дмитриевны. Вот если бы... Дорого можно заплатить за такое удовольствие». И тут же, Вася, как и уговорено...
Кто такой Кнуров? Ванька-Каин, беглый каторжник, крепостной, выбившийся из грязи в князи. О нет, пока ещё не в князи, и даже не в купцы. И даже не во вторую гильдию. Да кто же его туда пустит?
С 1861 г. по 1874 произошли разные интересные реформы. В 1863 г. упразднили третью купеческую гильдию. Купцом мог объявить себя каждый. Даже Х. Огудалова, Паратов и актёр А. Счастливцев.
Вот так станет понятна вся острота и значимость трёх ремарок А. Островского про: дельца, представителя фирмы, блестящего барина.
В детстве я учила русский язык по словарю С. Ожегова. Брала и из середины, с любого места читала. Словарь бедный, ограниченный... Но почему-то читатели «Бесприданницы» даже такое не прочитали.
Делец – человек, который ловко ведёт свои дела, не стесняясь в средствах для достижения своекорыстных целей.
Барин – мн. господА и (простореч.) баре и бары. 1. В дорев. России челов. из привилегированных, эксплуататорских классов (помещик, дворянин и т. п.) 2. Челов., который не любит трудиться и т. д и т. п.
Купец – владелец частного торгового предприятия. (И только то?)
Гильдия... Теперь есть компы, интернет, поисковики, Википедия... Очень хотелось бы понять, что тогда означало «клубный буфетчик».
Паратов – блестящий барин. Карандышев – небогатый чиновник, но тоже, как мы узнаём позже, не разночинец, а дворянин. У него есть своё имение, есть экипаж с лошадью и постоянный кучер. А вот у Паратова нет ни имения, ни экипажа, ни кучера. Он ездит на такси.
Вот поэтому, безобидный Карандышев вызвал злобу у Паратова. И Лариса в этой его злобе не имеет никакого значения. Увозит он её не ради своей забавы, а чтобы досадить Карандышеву. И именно этого поступка добиваются от него Кнуров и Вожеватов. Ради этого они и на обед к Карандышеву пришли. И ведь никаких других гостей нет!
Эти Кнуров и Вожеватов никакие не купцы. Ни второй, ни третьей гильдии. Они: – делец последнего времени и представитель фирмы.
А ещё надобно понять ту эпоху и те нормы поведения. Увезти вот так (украсть) молодую девушку, а потом вернуть её с извинениями – неоригинально. Тогда такой трюк назывался «крутить болванчика».
Всё культурненько, всё приличненько. Девицей увезли, девицей же и вернули. Любой женский доктор под присягой факт подтвердит. А для плотских утех в Бряхимове есть другие дома с другими дамами.
А что же означает «невинная» реплика Вожеватова: «...не довёз до Кавказа-то, зарезал на дороге от ревности.»? В фильме эта реплика зрителей не зацепила, её как-то не слышно. В годы Островского это означало, что женился на «честной девушке», мамочка её честность «гарантировала». А в первую брачную ночь... Ой! Оттого и зарезал. Островский в те годы не мог написать это вот так, как я, открыто.
Без таких важных мелочей и ранговых подробностей, из серьёзной криминальной драмы А. Островского вылупляется какой-то, прости Господи, «Жестокий романс», со сладенькими, милыми купчишками и блестящими баринами-плейбоями. И контрафактное «Бургонское» - рекой; и пароходики по три миллиона (тогдашних) долларов... Вот только киносъёмочные лошадки «подкачали». И шлею нормально подтянуть некому. Даже свадьбу празднуют в... буфете на пристани.
Здесь я ушла в грядущий пункт семь. В киноляпы, которые совсем не ошибки или недоработки Рязанова, а его сознательные действия. Вернусь в свой план, к пункту четыре. К главному вопросу пьесы.
4.2 Где деньги?!
Паратов в кофейне пароход продавал.
Никто за лоханку цены не давал...
Аллюзия на сказку С. Михалкова «Старик и корова».
Судьи тотчас всё доведали
(Только денег не нашли!),
Погребенью мёртвых предали,
Лесника в острог свезли...
Н. Некрасов поэма «Коробейники». 1861 г.
Сколько стоила «Ласточка» кредитными билетами, серебром и в долговых расписках? Успел Паратов хоть что-то получить на руки? Очевидно, что Паратов – банкрот и его имущество подлежит аресту? Почему Паратов желает лично присутствовать при продаже? Почему он прибыл не на пароходе Общества «Самолёт», а на «Ласточке»? А куда делись баржи на якорях посреди Волги? И сколько они стоили?
Ни на один из этих вопросов я не могу ответить чётко и внятно. Я могу лишь предполагать и догадываться. А из догадок – моя версия. А в её подтверждение – ещё 4 риторических вопроса. Ответы на них заложены в самих этих вопросах. Островский на них почти ответил! И, пусть не прямолинейно, но довольно ясно намекнул и дал понять.
Почему Паратов делишки не решает и полученные от Вожеватова деньги не мотает? Зачем он едет на катерах с фонариками за Волгу, если у него на руках огромная сумма наличности? А на руках ли?.. А зачем им эти вёсельные катера, если есть свой пароход «Ласточка»?
Островский, в силу окружающей среды и образа жизни, прекрасно разбирался в торгово-финансовых делах и делишках. Его пьесы тому подтверждение. Отец его был стряпчим, а сам он «служил» в суде. То, что ему и его зрителям-купцам казалось и так понятным, требует современного разъяснения. А в фильмах – наоборот, всё упрощено до примитивной бразильской мыльной оперы и брачных инстинктов.
Весь фильм Рязанова – тоска по безбедной жизни и грызня самцов за обладание средне-ординарной самочкой. Из-за чего грызня такая? Столкновение самолюбий и поиск острых развлечений – само собой, основной зритель именно так понимает этот хоровод вокруг Ларисы. Это ради неё? - Стрельба в стакан на голове, предпосылка к взрыву пароходного котла и брошка, ценой в 12 коров, проданная дважды?
Нет, всё это махинация с платёжками. А не из-за какой-то наивной девицы с завышенной амбицией, поющей и пляшущей с цыганами. Девица – повод и прикрытие главной причины. Завязка детектива, (а «Бесприданница» - детектив, а не мелодрама) – ценные бумаги. Ради них Паратов должен пропасть без вести или случайно умереть. Но, по закону жанра, дураку, как в сказке, всегда везёт. И опозоренный жених прилюдно стреляет не в него, а в свою невесту, сорвав этим план «представителя богатой торговой фирмы» и «крупного дельца последнего времени». Островский не смог сказать этого прямо. Ведь цензура такое не пропустила бы. Пример – комедия «Свои люди – сочтёмся». Сюжет комедии 1849 г. в разы безобиднее драмы 1878 г., а цензура её порезала так, что прежний текст восстановили в 1881 г.
Если честно, я сама этого не знала. Одно дело - шутить и болтать в семейном кругу. Излагать своё мнение в публикации – это серьёзнее. «Чумовое чутьё» и интуицию к делу не пришьёшь. Надо доказывать. Пришлось читать пьесы, Википедию... Вникать в нюансы и мелочи.
А что такое произошло в 1881 г.? «Народовольцы» взорвали Царя-Освободителя? Но я пока не знаю точную дату возврата исходного текста пьесы: до взрыва или после? За эти годы три царя сменилось. И о чём это говорит? Да ни о чём! Лишь о том, что А. Н. Островский к 1878 г. сильно «поумнел» и заматерел, по сравнению с 1849 годом.
4.3 А где же купчая, вексель, авизо и нотариус?
Пускай скорей сюда приедет Гоги,
Да заберёт скорее чемодан...
Я с ним хожу – совсем не держат ноги.
Что в нём лежит, надеюсь, понял? Да?!
Александр Новиков «Вано, послушай...»
Я представляю, как Паратов сидя в лодочке, одной рукой обнимал Ларису, а другой - прижимал туго (или не туго) набитый сак-вояж. И по кустам за Ларисой он, наверное, тоже бегал с этим сак-вояжем.
В «Бесприданнице» абсолютно нет слов: вексель, авизо, страховка, дисконт, акции, доверенность, маржа, комиссионный сбор, рабат, амортизация, конто, налог с продажи, неустойка, пеня... И должны были звучать термины: исполнительный лист и судебный пристав.
Я подозреваю, что А. Островский сознательно убрал эти словечки, чтобы не раздражать цензуру, а чисто криминальную драму выдать за невинную оперетку и водевиль. Ну а те, кто в теме, те всё поняли.
Но, в самом неожиданном месте звучит слово – «нотариус». Автор очень понадеялся на этот свой глубокомысленный намёк... Ведь там аж целый каскад намёков, вполне понятный просвещённой публике.
Э. Рязанов, из уважения к А. Островскому, нотариуса оставил. Но не в том месте, не в то время, и даже голосом не того персонажа. Он словно бы говорит зрителям: «Островский создал в пьесе «второе дно». А я, не хуже его. Я создам «второе дно» в своём кинофильме».
Так в фильме вылезают тысячи мелких, несущественных деталек. Почему проворовавшемуся кассиру банка Э. Рязанов дал фамилию Гуляев? В «Пучине» 1865 г. есть некий, условно-положительный персонаж - Разгуляев. По манерам и ухваткам он похож на этого, киношного. Есть ли меж ними взаимосвязь? Не знаю. Имеет ли это какое-то значение для понимания замысла? Надо спросить Рязанова.
Здесь и дальше - много всякой нудной зауми с цитатами из пьесы и из других произведений современников. Ну и кому это интересно?
Да, Робинзон беспокоит Вожеватова. Тот вынужден «выгуливать» его по Бряхимову, попутно узнавая о его прошлом и о Паратове. Эта странность вылезает из слов Огудаловой: «С каким-то иностранцем ездит, город ему показывает. Надо, – говорит, – этому иностранцу все замечательные трактирные заведения показать». А это он зачем?
Здесь я влезаю в грядущий пункт восемь - «Криминальная схема». Семейная Цензура этот пункт встретила в штыки. Про киноляпы и про трюк «крутить болванчика» - это согласны. Это всем нравится.
4.4 О том, как чёрную грузовую «Ласточку» на Волге, за одну ночь превратить и перерегистрировать в белую пассажирскую «Белочку» на Каме.
Этот пункт 4.4 Семейная Цензура потребовала удалить. Слишком актуально, слишком правдоподобно, слишком страшно и скучно. Взамен все милостиво позволили вставить мою бытовую историю из прошлого. Я на неделе посмотрела «Жестокий романс» на большом экране и меня снова взбесило платьице с бельгийскими кружевами за 60 рублей. Ну что сказать? Лариска-то дура, ничего не понимает. А вот Карандышеву надо бы в бабских тряпках начать разбираться.
Кому интересно о платьях, - читайте ниже. А то уже шесть страниц.
4.5 Философия мечты-нищеты и вечная надежда на чудо.
Бери, большой тут нет науки.
Бери, что можно только взять.
На что ж привешены нам руки,
Как не на то, чтоб брать, брать, брать...
А. Островский «Доходное место» 1857 г.
Я приехала со старшей дочкой, в мае 2000 г. в это нижегородское село в командировку. Что я там делала пять дней, с четырёхлеткой – длинная тайна. Надо было разрулить частную проблемку сводного брата нашего завхоза, он же – зам Генерального Директора по АХЧ.
Этот наш зам по АХЧ, по своей власти и влиянию был не слабже Гендиректора. Без такого уточнения будет непонятно всё остальное.
Условия я ему поставила божеские: командировка на 30 дней. Что, где и как я буду все эти дни – не его печаль. Командировочные – 55 руб./сутки. Надбавка «от фирмы» - ещё 45 руб./сутки, плюс премия по итогам «разрула» в размере оклада; и ещё личный бонус от брата завхоза, если я докажу ему свою эффективность и «умение делать то, чего не могут другие». «Получка чистыми» после всех вычетов была у меня в те дни не более 2700 руб. Для Москвы – плохенько, но платили без задержек. А для Нечерноземья и Поволжья – заоблачно.
Итого: месяц не ходить на работу; пять дней в лесной деревне на свежем воздухе, в деревянном доме с русской печкой. Новые люди, новые впечатления, яблони в цвету и... Опасненькие приключения!
Кабы было всё просто, то братик зама Директора по АХЧ разрулил бы всё сам, или в милицию обратился. Или в «частную компанию».
Надо честно добавить, что прописана я была все 30 дней в «очень дорогой» гостинице. За 70 руб./сутки. Местные не верили, что такие цены бывают. Разумеется, бухгалтерия мне эти чеки оплатила. Цена этих, абсолютно подлинных чеков – 130 руб. Итого, плюс 1970 руб.
Кстати, доллар тогда, после «святого» 1998 г. стоил 30 рубликов. А МРОТ приравняли к семи долларам. Но были зарплаты и поменьше.
Да, вот такие времена были. Сказала же мадам Х. И. Огудалова. «И притворяйся, и лги! Счастье не пойдёт за тобой, если сама от него бегаешь». Мне в те годы – месяц не ходить на работу и получить за это 2700+3000+1970+премия+бонус от зама ГД по АХЧ – это удача.
При этом я действительно была в настоящей командировке и кое-что полезное и вправду там сделала. Заодно я активно общалась со всеми встречными и каталась по району на попутках и на автобусах.
Всё это с дочкой. Горе моё в том, что с 2000 года, обе мои девочки постоянно жили в ссоре. Младшая непрерывно задирала и обижала Старшую уже с двух лет. При весовой категории два года и четыре года, побеждала Старшая. Это до возраста 10 и 12. Дальше – хуже. Однако, Старший Сын имел и имеет на обеих тотальное влияние. Я не могу объяснить этот феномен. Он мог и может то, чего не могу я.
Вот так я наказала Младшую тем, что уехала от неё на пять дней. Это помогло, но всего-то на месяц. Даже сейчас они тоже не дружат. Вот поэтому я не ставлю лайки под комментами и не отвечаю прямо. Это чтобы мои подписчики не испытывали взаимной ревности. Хотя взаимная грызня комментаторов высоко ценится Хозяином Дзена.
Зарплаты в селе были от 180 до 1100. 180 – уборщица в больнице. 1100 рублей – посменный оператор лесопилки. Разница была в том, что уборщица деньги получала раз в месяц, а «дровосек» – получал рукописный талон на отоваривание в частной продуктовой лавочке.
Лавочка эта принадлежала хозяину лесопилки, а цены были в ней чуть подороже, чем в других магазинчиках райцентра. Зато можно было залезть на двести и больше рублей в долг. Пилорамщики этим фактом гордились и посматривали на остальное население свысока.
Поясняю: лесорубам и пиловочникам денег не выдавали вообще! Купить какие-то другие вещи в других магазинах им было не на что. Тут же добавлю, что эта огромнейшая лесопилка жила нелегально и налоги не платила, так как нигде не числилась. А милиция, лесники, администрации района и области, да и губернатор, этого «не знали».
Село, а это был райцентр (Кулебаки или Красные Баки – не важно) жил, как и район и вся область, на грани нищеты или сильно ниже. Но люди этого не понимали, сравнить было не с чем, и не унывали.
Самое дешёвое пиво – «Окское» стоило 8 рублей за 0,5 с посудой. Пол-литра самогона – 15 рублей. Бутылка водки в магазине – 40 руб. Её не покупали. В том же магазине принимали водочную стеклотару «с винтом» по пять руб./бутылка. Тут же эту бутылку можно было купить обратно, но за 10. Это для самогонщиц, поэтому «с винтом».
При мне продавщица поспорила с покупательницей на протяжном окающем диалекте. Спор перешёл в такую же неторопливую, вялую, певучую ругань. Одна требовала вернуть ей стеклотару по пятёрке, а другая предлагала купить пустые водочные бутылки по 10 рублей.
Как я поняла, муж или же сын самогонщицы украл эти бутылки и сдал их по пять. Несчастная мать пыталась их вернуть за свою цену. Она была бы рада их вернуть хоть даже за семь, но таких денег у неё не было. А бутылки были дико нужны. Ведь самогон был уже готов.
Обменявшись грубостями в жанре: «совести нет», «сука рыжая» и «чтоб те счастья и здоровья не видать, чтоб у тебя дети сдохли», обе дамы остались при своём. Эта же продавщица испугалась, принять у меня, «прекрасной незнакомки», купюру в 500 рублей. Крупняки такие она, похоже, прежде не видела. Она же, вместо белого хлеба, дала мне буханку чёрного. А на возражение, возмущённо ответила:
- Вы же сказали - хлеб! Вот, хлеб. Белый? Так то не хлеб! То батон.
Так я узнала, что по местным понятиям, белого хлеба не бывает. Хлеб – это изделие из ржаной муки, но уж никак не из пшеничной.
В магазине буханка чёрного стоила 12 рублей. Батон – 18. Никто в магазине чёрный хлеб не покупал. А батон – как торт или пирожное. Пить чай с батоном - показатель благосостояния, повод погордиться.
Чёрный все покупали оптом с «Москвича-каблучка». Его водитель брал за буханку 10 рублей и верил в долг. Всё село было записано в его огромной тетради формата А4. Больше десяти буханок в долг он не давал. Но такой кредит был только у тех, кто где-нибудь работал.
Проход на дискотеку (бывшая колхозная баня) стоил пять рублей. У половины желающих не было таких денег. Зато эти страдальцы собрали в складчину на самогон (15 руб. за пол-литра) и на радостях повыбили в бывшей бане все стёкла. Поэтому дискотеку проводили, в дни, когда я в селе появилась, уже при забитых рубероидом рамах.
В гостинице соседнего района, в который я была командирована, я переночевала всего одну ночь. За эти сутки я сняла пустующий дом для своих проделок и делишек в нужном мне районе. Конспирация! Ничто не должно было указывать на мою связь со сводным братом зама по АХЧ. Если менты или бандиты, то у меня – как в аптеке.
Изначально я запланировала жить в однокомнатной в пятиэтажке, а семью (муж, жена, дочь и сын) переселить в их деревенский дом, в котором они почему-то жить не хотели и ютились в однокомнатной.
В их квартире не было газа и не было воды. Вообще никакой. Вода доходила до третьего. Они жили на пятом. Не хватало напора. Воду они таскали вёдрами от соседей снизу. Это временно. Уже три года.
Горячей воды на нижних этажах не было, а газ включали зимой. Этот дом числился на балансе местного завода. Завод обанкротили, разорили, а дорогие высокоточные станки продал новый владелец. Приватизация называется! Поэтому дом держался на честном слове.
Глянула я их деревенский домик на дальней окраине, и он мне так понравился, что я его сняла на пять дней за фантастическую сумму: 150 рублей. Столько стоило снять однокомнатную в пятиэтажке на месяц. Для сравнения, такую же квартиру там продали за 37 тысяч. Рублей! Не долларов. Работы в райцентре не было. Население жило огородами, «добычей» цветмета... Мечта каждой девчонки в селе – уехать в большой город и устроиться там продавщицей в булочную.
Хозяйка нанятого мной домика работала в «Рай-Сельхозтехнике». Это такая большая ремонтная мастерская. У владельцев техники не было денег на её ремонт, они платили овощами и мясом. Благодаря таким рыночным отношениям, хозяйка, с опозданием на два месяца, но получала зарплату деньгами. Целых 465 руб./месяц! Муж её был военным, но не отставником, а просто как бы в запасе, и пенсию не получал. В мае хозяйке выдали получку за март. Водкой! По 40 руб.
«Сельхозтехника» отремонтировала грузовики хлебозаводу, а тот заплатил этой водкой, которую он получил за какие-то свои услуги. Так что мои 150 рублей за пять дней в деревенском доме, были для семьи чудом и даром небес. Заодно я дала её сыну семикласснику 20 рублей, за то, что он натаскал из колодца воды и наколол дров. Май в 2000 г. выдался холодным. Мальчик так удивился и испугался, что этих денег не взял. Зато их взяла его мама. Вернее сказать – цапнула.
Мне стало жаль бедную (в самом прямом смысле) женщину и я ей предложила помыть окна и подмести пол в её собственном доме, за 20 рублей. Я могла бы сама, но мне было некогда, лень, и мне очень хотелось помочь ей материально. Она крепко задумалась секунд на пять, подняла глаза в потолок, поворчала-попеняла мне на мою лень и гордо отказалась. Но, помедлив, всё-таки... Мечтательно сказала.
- Нет! Не двадцать. А двести... А... двести двадцать. А вот так вот!
- За что так дорого? Всё равно ведь, рано или поздно, придётся окна мыть. Это твои окна! Я тебе даю деньги за порядок в твоём же доме.
- Понимаешь, я хочу на выпускной в школе, дочке пошить платье. Я присмотрела материал. Портниха есть своя. Надо двести рублей на материал. А за двадцать рублей я тут всё вымою. Я за так могу, если ты мне денег на материал дашь. Ну, пожалуйста! Я хочу, чтобы дочь моя была лучше всех. Она же учится хорошо. Она платье заслужила.
- Прекрасно. А я здесь причём? Давай, я тебе ещё накидаю заданий...
- Ну ты же из Москвы приехала? Что у тебя, денег что ли нет! Жалко тебе что ли? Эх ты! У тебя же полно денег. А я дочке подарок хочу...
Я заранее сказала ей, что мой бюджет – строго 55 рублей в день. И ни рублём больше. Одета я была бедно, а дочка ещё беднее. Но в её глазах, 55 рублей в день – это огромное богатство; а я – жадина.
Вот так мы с ней и не сговорились. Полы я помыла и пыль стёрла, но осталась с немытыми окнами. А хозяйка осталась без платья и без двадцати рублей. Сынок её не бегал за 10 рублей два километра на почту за телефонными квитанциями. Мамка запретила! Ведь это, по её понятиям, – «шестерить на москвичку» и эксплуатация детей.
Поясню про телефонную связь. В их квартире был телефон. Чтобы звонить по межгороду из квартиры, на почте покупались «откреп-талоны». Это бумажки с названием вызываемого города и временем разговора. Например: «Москва. 18:00 – 18:30. Три минуты». Я могла бы не звонить из их квартиры и даже не звонить совсем. Но так я давала возможность их мальчику подзаработать на моих заданиях.
Дальше было ещё интереснее. Дальше начинался детектив. Но к главной теме – продаже «Ласточки» и платёжным махинациям он не имеет отношения. Этот пример, про невымытые окна и несшитое платье я привела для сравнения. Огудаловы ещё глупее и хуже той моей домовладелицы. Притом у Огудаловых ещё и сословная спесь.
Разница в том, что в пьесе Лариса осмысленно бежит с Паратовым по совету маменьки. А в фильме это она в порыве страсти и вопреки.
Анонс. Читайте в следующую субботу:
Никакой зауми. Никакой арифметики, географии, экономики и даже никаких криминальных схем и раневой баллистики. Исключительно:
7. Киноляпы Э. Рязанова. Вроде бы невзначай и как бы случайно.
10. Воздействие деталек на подсознание советского кинозрителя.
11. Краткое и понятное разъяснение рецензии на «Кинопоиске».