Глава 21
Они прошли по дорожке к крыльцу, и Болдуин отпер входную дверь. Джессике была ненавистна мысль, что Кэл войдет в дом Олсенов. Это казалось осквернением, словно они не спросили разрешения, которое им не дали бы.
Первым в дом вошел Болдуин, за ним — Ортис, Кэл и охранник. Постояв немного, Ярдли присоединилась к ним.
Остановившись в гостиной, Кэл огляделся вокруг. Над камином висела увеличенная фотография: чета Олсенов и полугодовалый Айзек. Малыш сидел между родителями, улыбаясь; глаза его искрились счастьем.
— Я бы хотел посмотреть двор, пожалуйста, — глядя на фотографию, сказал Кэл.
Они прошли по коридору и вышли на улицу. Во дворе Ярдли не была. Просторный, он был застелен искусственным газоном, в углу стоял игровой комплекс. К забору прижимались пальмы, свешиваясь своими сочно-зелеными кронами на соседний участок.
— Вы ошибаетесь, агент Болдуин, — сказал Кэл.
— В чем?
— Он не ждал в гараже или кладовке. Он наблюдал за ними. Какие они в жизни. Это было захватывающе, правда же? Сознавать, что скоро они умрут, но даже не подозревают об этом… Вероятно, он получал удовольствие, видя, как они смеются и ужинают, не догадываясь, что это их последняя трапеза. — Подняв руку в кандалах, Кэл указал на игровой комплекс. — Полагаю, он прятался вон там — с трех сторон комплекс полностью закрыт. Если только кто-нибудь не вышел бы во двор, не наклонился и не посмотрел, его не заметили бы. Но даже если б заметили, он мог бы быстро добежать до забора и перепрыгнуть через него. Если б его задержали, ему можно было бы предъявить обвинение лишь во вторжении на частную собственность, но он сказал бы, что забыл выпить лекарство и потерял ориентацию, а затем стал бы подыскивать новые жертвы.
Болдуин посмотрел на игровой комплекс.
— Почему ты думаешь, что это более вероятно, чем то, что он прятался в доме?
— Потому что сам он поступил бы именно так, — высказала предположение Ярдли.
Кэл оглянулся на нее, и улыбка на его лице показала, что она права.
— Каким образом он проник в дом из гаража? — спросил Болдуин.
— Вот этого я не знаю. В мое время сигнализация была большой редкостью. Наверное, у него есть какое-то техническое образование, позволившее обойти ее.
— Но сигнализация на входной двери сработала. Как ты думаешь, зачем это ему понадобилось?
— Быть может, он хотел посмотреть, как она нервничает… Срабатывает сигнализация, начинается бардак; это же прикольное зрелище, разве не так? Увидеть страх в глазах Обри Олсен. Возможно, это его сексуально возбудило.
Ярдли перекоробило, когда она услышала имя Обри.
— Будьте добры, мне хотелось бы осмотреть спальню.
Они вернулись в дом. Охранник держал Кэла за руку, когда Болдуин открыл дверь в спальню и зажег свет. Какое-то мгновение Кэл стоял совершенно неподвижно, глядя на пятна крови так, словно это была какая-то картина, привлекшая его внимание в музее. Сделав несколько шагов к изножью кровати, он наклонился и потрогал матрас.
— Ни к чему не прикасайся! — строго произнес Болдуин.
Отдернув руку, Кэл закрыл глаза и какое-то время вдыхал воздух. У Джессики мелькнула мысль, чувствует ли он запах крови, запах, который все еще висел в воздухе подобно тонкой дымке, когда она была здесь в прошлый раз.
— Вы не включили в документы, которые мне дали, протоколы вскрытий, — наконец сказал Кэл. — Муж пытался сопротивляться? У него были порезы на руках?
— Да.
Эдди кивнул.
— Сначала он перерезал горло ему, а затем разбудил ее, чтобы она видела, как он умирает.
То же самое предположил и патологоанатом.
— Это нам уже известно, — сказала Ярдли. — До сих пор ты не сказал нам ничего нового.
— А как насчет вот этого: он чем-то заткнул ей рот, чтобы она не разбудила ребенка?
— Мы не обнаружили никаких странгуляционных борозд, — возразил Ортис.
— И не должны были, если он воспользовался чем-то мягким. Например, женским нижним бельем.
Болдуин и Ортис переглянулись, и Ярдли поняла, что они не проверяли нижнее белье Обри на наличие биологических следов.
Кэл посмотрел Болдуину в лицо.
— Вы его не поймаете. У него слишком большой опыт. Вероятно, он бывший полицейский или даже фэбээровец, которого уволили за проблемы с психикой.
То же самое приходило в голову и Ярдли, но она никому об этом не сказала. Ей стало неуютно оттого, что они с Кэлом мыслят одинаково. Будучи женаты, они частенько произносили хором одни и те же фразы, и сейчас это воспоминание вызвало у нее дрожь.
— Ты был бы доволен, да? — сказал Болдуин. — Натравить нас друг на друга и помирать от хохота, глядя на это…
— Проверьте нижнее белье, а также шелковые шарфы, колготки и все прочее. И также осмотрите игровой комплекс. Дайте мне знать, если что-нибудь найдете.
Болдуин подал знак охраннику. Тот вместе с Ортисом вывел Кэла, и Ярдли с Кейсоном остались в спальне одни.
Болдуин смотрел на пятна на кровати, ставшие темно-бурыми.
— Нижнее белье вы не проверяли, так? — спросила Джессика.
— Криминалисты прошлись по шкафам, но ДНК мы не искали. Не было никаких оснований предполагать, что ей заткнули рот. Но даже если это и так, убийцы, как правило, приносят все с собой. В этом Кэл ошибается. Если преступник заткнул ей чем-то рот, у него хватило ума забрать эту вещь. — Выдвинув ящик комода, Болдуин посмотрел на трусики и лифчики Обри Олсен. — Джесс, думаю, он знает, кто это сделал. В журнале посещений ничего подозрительного, в почте тоже ничего… но, по-моему, он знает. Я это чувствую. Подражатель не стал бы просто копировать его преступления; ему захотелось бы связаться с Эдди и получить его одобрение. А для Эдди это приключение. Выбраться из тюрьмы, увидеть это… повидаться с тобой… Не знаю, как долго он собирается играть с нами, прежде чем назовет имя.
— Если он действительно знает, то ничего не скажет. Предварительно не получив что-то взамен.
— Что ему нужно?
— Он не хочет, чтобы его казнили.
Задвинув ящик, Болдуин презрительно фыркнул, оборачиваясь к ней.
— Это не в наших силах.
— Кэл это знает. Но он надеется на то, что убийства будут продолжаться. В настоящий момент ни один судья или политик не приостановит исполнение приговора, но еще пара убийств — и это окажет давление на нужных людей, от которых будут требовать поймать убийцу любой ценой. Эдди надеется: большие шишки сочтут, что сохранить ему жизнь за помощь в расследовании будет меньшим из двух зол.
Глава 22
Ярдли сидела у себя в кабинете, составляя запрос по другому делу, когда пришло сообщение от Болдуина. «Отправил на анализ все белье Обри Олсен. На черных трусиках обнаружены ее слюна и кровь Райана Олсена. Результаты предварительные, вероятность ошибки двадцать процентов, но я думаю, что Эдди был прав».
Откинувшись на спинку кресла, Джессика задумалась над тем, как ответить на это. Главный вопрос заключался в следующем: почему преступник просто не забрал трусики с собой? Большинству сексуальных маньяков, независимо от того, имел ли в действительности место половой акт, требуется какой-нибудь сувенир, чтобы потом заново переживать свои ощущения, и трусики, кажется, идеально подходили для этой цели. Что заставило Ярдли задуматься, действительно ли речь идет о сексуальном маньяке.
«Я тебе перезвоню», — отправила она Болдуину.
Выйдя из здания суда, пересекла улицу и зашла в маленькое кафе, где заказала омлет и хлеб с отрубями, чтобы компенсировать так и не съеденный завтрак.
Достав телефон, она набрала номер, по которому уже давно не звонила.
— Доктор Сарт слушает, — ответил мужской голос.
— Дэниел, это Джессика Ярдли из федеральной прокуратуры.
— Джессика, как у вас дела? Рад вас слышать!
— И я вас также. Надеюсь, я не помешала?
— Вовсе нет. У меня сейчас как раз перерыв между лекциями. Как у вас дела?
Хотя у Сарта был особый интерес к сексуальным отклонениям, в особенности связанным с насилием, он ни разу не спрашивал Ярдли о Кэле и браке с ним, за что она была очень признательна.
— У меня всё в порядке. Воспитываю пятнадцатилетнюю дочь, так что сами можете догадаться.
— Я сам вырастил троих. Уверяю вас, как только дети уезжают от родителей и понимают, как трудно жить самостоятельно, они начинают нас больше ценить.
— Ну, посмотрим. Тэра гораздо способнее меня. Возможно, она без особых усилий добьется успеха и снисходительно взглянет на то, как мне все время приходилось так усердно вкалывать. Впрочем, я звоню вам… полагаю, вам известно, что я занимаюсь этим делом вместе с агентом Болдуином?
— Да, известно.
— Кейсон убежден в том, что Эдди Кэлу известно, кто подражатель. Я проверила журнал посещений за все четырнадцать лет. Его посещали только психологи и журналисты, а письма он получал по большей части от неуравновешенных особ, ищущих в нем родственную душу.
— Что абсолютно характерно для серийных убийц такого типа, в особенности привлекательных внешне, вроде Кэла или Теда Банди[11].
— Не сомневаюсь в этом. Но мне нужны какие-либо мысли насчет того, почему Кэл заявил, что поможет только в том случае, если к следствию подключусь я. Мне нужно понять, чего он от меня хочет и действительно ли ему известна личность подражателя.
— Что подсказывает вам интуиция?
Официантка принесла заказ. Опустив телефон, Ярдли поблагодарила ее.
— Интуиция говорит, что Кэл хочет сделать мне больно и на самом деле ему ничего не известно.
— Джессика, вы точно хотите говорить на эту тему?
— Знаю, вам любопытно. Вы специально ни о чем меня не расспрашивали, и я вам за это крайне признательна. Но мне кажется, я дошла до той точки, когда мне больше не обойтись без помощи. У меня такое чувство… даже не знаю. Эдди ставит меня в тупик. Думаю, это самое подходящее слово. Я не знаю, что ему нужно, и опасаюсь, что он хочет лишь сделать больно мне и моей дочери.
— Определенно такая мотивация возможна. Как явствует из его прошлого, Кэл проявлял сексуально-садистские наклонности еще в подростковом возрасте. Однако я затрудняюсь сказать, относится ли это к вам.
— То есть?
— Демонстрировал ли Кэл в браке стремление к психологическому подавлению? Физическую или сексуальную жестокость?
— Нет.
— Ни разу?
— Ни разу. Я даже не помню, чтобы он хоть раз повысил на меня голос. Вот почему его арест явился для меня таким потрясением.
— Ну, если хотите знать мое мнение, я считаю, что Кэл стремится получить какую-то выгоду, поскольку его казнь не за горами. Вероятно, ему ничего не известно об этих преступлениях, но он рассчитывает заключить с вами сделку до того, как вы это поймете.
— Однако Кэл высказал несколько дельных соображений. Он сказал, что женщинам затыкали рот, чтобы они не разбудили детей. Кейсон распорядился провести анализ, и криминалисты обнаружили трусики Обри Олсен со следами ее слюны и крови ее мужа. Как вы думаете, почему подражатель не захватил трусики с собой? По-моему, это был бы замечательный сувенир.
— Возможно, он забрал что-то другое. Некоторые насильники, особенно когда находятся в доме жертвы ночью и не опасаются того, что их обнаружат, снимают нападение на видео.
У Ярдли по спине пробежала холодная дрожь. Мысль о том, что в расследовании этого дела ей придется смотреть подобные видео, вызвала у нее тошноту.
— И тем не менее предположим, что Эдди действительно располагает какой-то информацией, которая поможет нам задержать преступника, — сказала она. — Какой подход вы использовали бы, чтобы вытянуть из него эту информацию?
— Тут существует один-единственный путь. Эдди Кэла должны казнить. Он предпочтет умереть, но не выдать информацию задаром, поэтому вы можете отмахнуться от него, посчитав, что он говорит неправду, или…
— Или?
— Или дать ему то, что он хочет.
— А что он хочет?
— Вас.
