Есть такая базовая инцельская теория – «гипергамия», которая гласит, что женщины выбирают исключительно мужчин статуснее, сильнее и богаче себя, потому что от таких выгоднее рожать. Вся культура пропитана гипергамией – вспомните хотя бы сказку про Золушку, пьесу «Бесприданница» и фильм «Красотка». Но в двачерских кругах гипергамия – это не про брак, а исключительно про секс. Инцелы уверены, что все женщины спят только с красивыми и богатыми. В итоге пацаны внизу лестницы привлекательности остаются одни. Они вооружаются черепомеркой и ставят своей внешке баллы, вынося себе вердикт – если получаешь 4/10 и ниже, то можешь даже не претендовать на секс. Несчастные сами обрекают себя на целибат, который почему-то называют «вынужденным».
Это, мягко говоря, очень спорная теория, и как же я была удивлена, когда у моей любимой блогерки про отношач и всякое женское – Лавини Лонд увидела пост про гипергамию с прямым посылом, что именно мужчины – невидимые жертвы общества, ведь они ущемлены гораздо больше женщин.
Лавиния утверждает, что сегодня работающая женщина в принципе не заинтересована в отношениях, и это становится для мужчин Европы и Америки огромной проблемой. Для секса есть тиндер, для воспитания детей – няни, для откровенных бесед – психотерапевт. И только мужчины в этой схеме нет. Но подождите, это разве не работает и в обратную сторону?
Лавиния, вы же сама писали про то, что цена женщины в 20 веке для мужчины тоже снижалась драматически. Что говорить про век 21 с приложениями, выбор партнера в которых больше похож на выбор куриной грудки в супермаркете? По мне, так каждый гендер (а их, как мы знаем от Лаврова, более 80) ущемлен по-своему.
С Лавиней тут я не согласна, но именно за это я ее просто обожаю.