Добавить в корзинуПозвонить
Найти в Дзене
Елена и Ко.

Любовь, она по всякому приходит

Долгожданный конец августа не принёс прохлады. Все так же в полдень над дорогой весит марево. Аннушка шла с ведрами на перевес. В кране как назло отключили воду, ближайший колодец у Максимовны, за километр. Нашла коромысло в сарае.
- Хорошо что не дала спалить его прошлой зимой. Все легче, чем в руках.
Аннушке шёл пятый десяток. Замужем она так и не побывала, а перекатив на сорок первый год просто поставила на себе крест. Кому она нужна. Вон сколько девок молоденьких, а женихов то раз два и нет. Теперь уже и мечтать не приходится. В деревне все мужики при юбках. А в город...
Да куда ей в город то. Тут родилась, тут и жизнь доживать.
Считала себя Анна старухой. Да такой и была в душе. И одеваться старалась неброско. Деревня, в которой жила Анна была недалеко от города. Всего-то двадцать пять километров. Автобус ходил редко, но всё равно по расписанию, было удобно. Старшая сестра жила в городе, не часто они виделись. Когда племянник маленьким был, еще привозили его на лето, а тепе


Долгожданный конец августа не принёс прохлады. Все так же в полдень над дорогой весит марево. Аннушка шла с ведрами на перевес. В кране как назло отключили воду, ближайший колодец у Максимовны, за километр. Нашла коромысло в сарае.
- Хорошо что не дала спалить его прошлой зимой. Все легче, чем в руках.

Аннушке шёл пятый десяток. Замужем она так и не побывала, а перекатив на сорок первый год просто поставила на себе крест. Кому она нужна. Вон сколько девок молоденьких, а женихов то раз два и нет. Теперь уже и мечтать не приходится. В деревне все мужики при юбках. А в город...
Да куда ей в город то. Тут родилась, тут и жизнь доживать.

Считала себя Анна старухой. Да такой и была в душе. И одеваться старалась неброско. Деревня, в которой жила Анна была недалеко от города. Всего-то двадцать пять километров. Автобус ходил редко, но всё равно по расписанию, было удобно. Старшая сестра жила в городе, не часто они виделись. Когда племянник маленьким был, еще привозили его на лето, а теперь вырос, дела у него взрослые. Так и живёт Аннушка одна одинёшенька.

Идет она с ведрами наперевес, солнце в самом зените. Перед глазами всё плывет. Уже и пожалела, что в такое пекло попёрлась по воду, надо было переждать жару. Вдруг в мареве ведение увидала. Мужчина идет ей навстречу и как будто улыбается. Рубаха белая, сам чернявый, слегка виски сединой тронуты. И больше ничего не помнит.

Очнулась Анна дома, на диване. Полотенце мокрое на голове, за столом сидят двое. Сестра её старшая, Светлана и незнакомый мужчина. Сидят, как родные, разговаривают. Света увидела, что сестра очнулась. Вскочила, заохала.
- Ну ты сестрица даешь, в такую жару без косынки да в полдень. Знакомься, я тебе постояльца привезла. Семёном звать. Он у бабки Симы дом купил, да ты же знаешь, там от дома только ступеньки остались. Пока строиться будет, ему жить то где-то надо будет. А у тебя дом большой, да и платить он согласен, сколько скажешь. Человек он надежный, военный отставник. В городе не захотел жить. Вот потянуло его к земле. Он с моим Андрюшкой когда-то вместе в школе учились, так что не переживай, почти родственник.

Анна ничего не понимает. Голова чугунная, звенит. Смотрит никак отойти не может. Только и поняла, что сестра приехала с каким то мужиком и всё. А сестра оттараторила, чмокнула сестру в щёку и побежала на автобус. Анна никак в себя прийти не может, не поймёт чего это мужик остался. Чемодан в углу стоит. И он тихо так спрашивает. В какой комнате его Анна поселит. Анна поднялась, хотела мужика то выгнать да снова бухнулась без сознания. Видать сильно то её солнышко припекло.

На утро проснулась, на диване. Думает, вот надо же, как солнце припекло, черте, что причудилось. Поднялась, пошла на улицу. Смотрит, а в огороде чужой мужик копошиться.
- Вы кто?
- Вы разве не помните. Семён я, ваша сестра на постой к вам меня определила.
Значит не почудилась, подумала Аннушка.
- Ну коль сестра определила, живите.

Так и стали они жить вместе. Аннушка готовила, стирала, убирала. Семён платил ей помощью по хозяйству, вскопать, прополоть, забор починить, Крыльцо поправить, петли на калитке смазать, чтоб не скрипели. Ну и конечно же возмещал деньгами за продукты и не только на себя потраченные.

Дом потихоньку строился, уже и крышу возвели. Осталось мебель завезти да новоселье справить. Загрустила Аннушка. Нет, она не влюбилась. Просто привыкла к постояльцу. С ним и веселее и легче жить. Грусть в глазах женщины Семён расценил по своему, и не долго думая, поехал в город. Оттуда он привез в кармане маленькую коробочку, которую и протянул Аннушке за ужином.

- Не откажи, прикипел я к тебе за это время, привык так, что кажется всю жизнь с тобой жил. С полуслова тебя понимаю, клянусь, никогда не обижу, до последнего своего дня.

Анна взяла коробочку, открыла её, а там колечко золотое и камешек беленький так сверкает при свете лампы, что глазам больно стала. Потекли слёзы из глаз женщины. Толи от яркого свечения бриллианта толи от счастья. Прижалась она лицом к широкой груди Семёна, Он руки растопырил, стоит, думает, обнять, или нет, а вдруг как даст по затылку. Осторожно обнял, Анна глаза подняла, сияют глаза счастьем, ярче чем бриллиант.

Свадьбу решили не играть. Тихо поехали в город, оттуда вернулись мужем и женой. А как сестра то старшая радовалась за Анну. Подарила им на входины ковер персидский, и набор хрустальных стаканов.

В сказке ложь, да в ней намёк. Никогда не поздно счастье встретить.


Любишь сказки, подпишись, их у меня ещё много есть.