И не было в этой фразе ни капли иронии. Матушка моя была жесткой женщиной. Воспитывала она меня одна. И очень она в этом процессе боялась ошибиться.
Я должна была быть идеалом: отличница по всем предметам, прочитавшая всю библиотеку всемирной литературы, музыкальная школа с отличием, золотая медаль, престижный ВУЗ. Но и обязательное условие: из меня к тому же должна была выйти великолепная хозяйка (поэтому, чтобы проверить, как в квартире полы вымыты и пыль вытерта, мама надевала белую перчатку…)
И я считала, что все правильно. Мама имеет право от меня требовать все это, так она лучшая в мире мать, а я уродилась недоразумением. Каким боком мне по жизни вышел этот перфекционизм, сейчас станет понятно.
Наверное, мама надо сказать спасибо за все это. Хорошее образование, повышенная ответственность, ценный сотрудник на работе (на которого можно повесить 2 вагона обязанностей, она все стерпит и денег не попросит), жена, настроенная на сохранения брака любой ценой (неважно, что муж пойман на изменах и большую часть времени пребывает в запое). Все галочки в мамином списке: «воспитала достойную дочь» — стоят на своих местах.
Мама умерла внезапно от инсульта. И даже то, что спохватились быстро, не помогло.
Муж «поддержал» меня в горе, собрал вещички и отбыл к новой большой любви. Слава богу, я сразу сменила замки, он раза три пробовал вернуться от новых своих счастливых берегов.
На работе посочувствовали, но, видя, как меня накрыло, предложили «взять себя в руки, не раскисать, а подумать о нуждах коллектива». А когда я принесла заявление об увольнении по собственному желанию, еще и меня обвинили, что кидаю всех в трудный момент.
И вот я оказалась без работы, без мамы и без мужа. Зато с дочкой-подростком. И на самом деле Алинка меня и спасла.
Но началось все с конфликта. Раньше я как-то само собой разумеющимся воспринимала то, что сама вылизываю квартиру до блеска. А тут я оказалась лежащей на диване безвольной тряпочкой, наблюдая, как все зарастает пылью, а в мое лицо – унитаз, так вообще без дрожи не взглянешь. И я решила… начать воспитывать дочь в духе моей мамы, пытаться обрести себя в роли «хорошей матери», как я это себе представляла…
У меня не вышло. Алина оказалась очень упертым калачом. На мои наставления о чистых полах и санузле, а также одежде, сложенной по линеечке, я получала разумный вопрос подростка:
- А чтобы что?
Внутри меня кипело возмущение, я отвечала мамиными фразами:
- Если у человека порядок в доме, то и в душе порядок…
На что дочь резонно спрашивала:
- А чем тебе этот вечный порядок помог? Ты сейчас выжата как лимон, еле-еле стоишь на ногах, но все еще продолжаешь думать, что главное в жизни – это кому-то там понравиться…
Алинка была права, врачи мне в один голос говорили о нервном истощении. И о том, что отдыхать в гонке за идеалом все таки иногда нужно. Попался один отличный невролог, который предложил мне научиться «ничего не делать», с условием не чувствовать при этом вины…
И я стала пробовать. Шло с трудом. Даже на то, чтобы научиться по утрам просто пить кофе без составления глобальных планов на день и мыслей: постирать шторы, помыть окна, побелить потолки…
Алинка, видя, что я пытаюсь измениться, стала помогать. Да, меня мало устраивало то, насколько качественно дочери удавалось помыть унитаз. Но я научилась и себе, и ей, и всему миру говорить:
- Это достаточно хорошо.
Жизнь стала налаживаться. И я даже со временем научилась затыкать голос мамы внутри меня о том, что я «плохая». Я стала для себя «достаточно хорошей», чтобы иметь право отдыхать. Потом превратилась во «вполне замечательную», чтобы радоваться даже простым вещам. А сейчас я, пожалуй, воспринимаю себя как «офигенно прекрасную», чтобы жить свою жизнь.
Без оглядки на чистоту унитаза.