Сразу же хочу сказать, что мужики с фотокарточки в данной публикации не имеют никакого отношения к проштрафившимся машинистам, чтобы никого здесь не обидеть. Тем более многих из них я лично знаю. Это фото выбрано исключительно для отражения духа эпохи того времени и взято мной из архива локомотивного депо Осташков ТЧ-34. На данном фото, сделанном где-то в середине 80-х годов, часть коллектива локомотивного депо, свободная от наряда, участвует в субботнике по благоустройству деповской территории.
О каких былых временах далее пойдёт речь? А речь пойдёт о 80-90-х годах прошлого века, поскольку именно в то время ещё существовали уже ушедшие сегодня в историю методы административного воздействия для провинившихся машинистов и помощников. В чём их вина, возможно вы меня сейчас спросите? Да как обычно у нас и бывает: пьянство, невыход на работу, срыв явки, многочисленные нарушения по ленте (в наше время кассеты регистрации), выявленные по результатам расшифровки, допущенные в пути следования по вине бригады технические неисправности локомотива, повлекшие за собой отказ технических средств (ОТС) первой или второй категории и прочие "шалости" взрослых мужиков. Хотя у нас сегодня в деповском коллективе шутят вот так: "Вышел на работу — уже получается, что виноват". И я не утрирую, это действительно зачастую бывает так в работе локомотивщиков, поскольку именно мы крайнее звено в организации всего перевозочного процесса — машинист и его помощник. Но вернёмся в прошлое и поговорим о том, какие же наказания за разного рода провинности использовал руководящий состав депо в качестве меры взыскания с провинившихся работников.
Собрать в депо консилиум
Многие из вас наверняка смотрели легендарные советские фильмы такие, например, как "Афоня" или "Бриллиантовая рука", где мы видели сцены как на коллективном собрании обсуждали провинившихся работников. Для эпохи того времени это было нормой, чтобы на общем собрании, где присутствовал провинившийся сотрудник, рассказать о его дисциплинарном проступке, обсудить работника, высказать своё мнение и затем прийти к какому-то решению, связанному с наказанием (лишить денежной премии, объявить выговор и т.д.), чтобы наставить на путь исправления "штрафника". Эта мера так сказать морального воздействия, которая существовала не только в локомотивных депо. Но были и чисто деповские методы воздействия и не только морального характера.
Перевести в помощники
Машинистов, в качестве меры наказания, чаще всего могли перевести только на одну ступеньку ниже, понизив на какое-то время в должности до помощника машиниста. Разбрасываться такими квалифицированными кадрами во все времена в депо было не принято, поскольку слишком много требуется времени (порядка нескольких лет), чтобы вырастить классного машиниста из помощника. А вот для помощников, если их не увольняли совсем за совершённый проступок, существовала сугубо своя деповская "трудотерапия".
Снять на канаву
Что это значит? Это значит, что помощника машиниста могли понизить в должности на определённый срок (иногда даже и на неопределенный), и перевести работать обыкновенным слесарем самого низкого по депо разряда для работы на ПТОЛ (пункте технического обслуживания локомотивов). Во времена МПС пункты технического обслуживания не были самостоятельными структурными подразделениями и входили в состав деповского хозяйства. Старший мастер на ПТОЛ подчинялся непосредственно начальнику депо и тот отправлял к нему на исправительные работы провинившихся сотрудников.
Для работника, привыкшего работать в поездах, это означало автоматическое и резкое понижение в заработной плате, а также удар по его личному самолюбию. Многие слесаря хотели бы работать помощниками машинистов, но не могли либо по причине профнепригодности по состоянию здоровья к работе, связанной с движением поездов, либо из-за отсутствия требующегося образования (диплом ж/д техникума, свидетельство об окончании курсов на помощника машиниста). К слову сказать, в Осташкове ПТОЛ со смотровыми канавами был не в ангаре под крышей, а прямо под открытым небом. Работать в такой под тепловозом было прямо не комильфо, особенно в непогоду. По рассказам из воспоминаний моего дядьки, трудившегося в ТЧ-34 помощником машиниста с 1978 по 2008 год, эта канава вечно была залита водой и мазутом. Приходилось буквально как заяц прыгать по накиданным обломкам кирпичей и досок на дне канавы, а сверху на тебя за шиворот ещё и капало масло с тепловоза.
Слесаря всегда ходили грязней локомотивщиков и даже полностью не отмывались от технической грязи в деповском душе после смены.
Отправить на пескосушилку
Ещё одно место исправительных работ, куда мог отправиться отбывать наказания провинившийся локомотивщик — это пескосушилка, где готовили сухой песок, который засыпается на экипировке в бункера тепловоза (электровоза или паровоза). Труд на пескосушилке был адский. Требовалось много ручной работы, чтобы закидать лопатой полную вагонетку песком, перекатить её вручную по рельсам поближе к конвейеру, а из неё песок снова перекидать на конвейер, который подавался дальше в специальный сушильный конвектор и далее уходил к песочным бункерам на ПТОЛ. И так несколько ходок на смену, пока не выработаешь норму и не заполнишь бункеры на ПТОЛ сухим песком.
В детстве мне неоднократно приходилось бывать на пескосушилке в депо Осташков, где и довелось наблюдать за работой человека, который здесь трудился.
Кочегаром на паровоз
Ещё одно место куда можно было отправиться в качестве наказания за допущенную провинность в депо Осташков — это кочегаром на паровоз. Да-да, вы верно всё прочли, именно на паровоз. Но какой к чёрту паровоз, если их все отставили от поездной работы ещё в 60-70-е годы ХХ века, возможно спросите вы меня?
И я вам отвечу, паровоз в локомотивном депо Осташков использовался в качестве стационарной котельной и предназначался для выработки пара, который по трубопроводам поступал на склад топлива для пропарки слитых железнодорожных цистерн из-под мазута. В качестве такой котельной использовался паровоз серии Л. Благо он был не на твердом (угольном) отоплении как на фото выше, а был переделан под мазутное. Кидать лопатой тоннами за смену уголь через шуровку не требовалось, достаточно было в нужный момент времени подкачивать инжектором воду в котел, открывать и закрывать периодически форсунки, которые подавали мазут в топку и конечно же следить за давлением пара в котле. Т.е., по сути, выполнять работу оператора котельной. Это был не самый плохой вариант из вышеперечисленных, куда мог отправиться "на катаргу" провинившийся локомотивщик депо Осташков. Но для этой работы требовались корочки на машиниста паровоза. В те времена они были у многих, поскольку на курсах машинистов, проходящих в учебном центре во Ржеве, по окончании обучения выдавали двойные права управления тепловоз/паровоз.
Откуда мне это всё известно, спросите вы меня? Всё дело в том, что мой дядя (родной брат матери), сам прошёл все эти круги ада, пока работал в депо Осташков помощником машиниста ровно 30 лет. Был неоднократно в числе проштрафившихся, отбывал наказание и затем снова каждый раз восстанавливался в должности помощника. Выйдя на пенсию, остепенился, а работу в депо теперь почти и не вспоминает.