Попасть в Елабугу я пыталась ещё 10 лет назад, когда приехала в Казань. Но была зима, а ехать до Елабуги почти 3 часа. Так что мое желание побывать в городе, где прошли последние месяцы жизни Марины Цветаевой, моего любимого с юности поэта, осуществилось только этим летом.
Это был трудный день. Я как будто прожила этот отрезок с Мариной Ивановной.
Цветаева приехала в Елабугу (город в Татарстане) с сыном в эвакуацию в 1941 году.
Работы не было. Ни для колхоза, ни для детского сада она не была создана. Все, что она умела, переводить с немецкого. Но от работы в НКВД она отказалась.
Ситуация безработицы и безденежья усугублялась трагедией в семье: муж, дочь и сестра были арестованы.
31 августа 1941 года, оставшись одна в избе, написав прощальные письма, в возрасте 48 лет Цветаева ушла из жизни.
Нашла Цветаеву хозяйка дома. Сыну сказала, что не стоит ему видеть мать такой.
Кладбище Елабуги называют люди Цветаевским. Могила долго была утеряна, пока из ссылки не вернулась сестра в 60-е годы и не занялась поиском.
Дом, где жила Цветаева, город смог выкупить только после 2000-х. В 2002 году здесь открылся музей. Вещей подлинных не осталось.
А у дома цветёт рябина. Сразу вспоминается её "Тоска по Родине":
Всяк дом мне чужд, всяк храм мне пуст,
И всё — равно, и всё — едино.
Но если по дороге — куст
Встает, особенно — рябина…
1934 год
Не смогла Цветаева жить вне России. Но и в СССР недолго выдержала, вернувшись сюда в 1939-ом.
Для меня это был день скорби. Можно сказать, паломничество. Но я не могла не побывать здесь, где балка, сени и елабужский гвоздь.
Вспомнила, как на экзамене в 11 классе я надеялась, что мне достанется в билете именно Цветаева. Шла в школу и бубнила: "Хоть бы 2 билет, хоть бы 2 билет!"
И достался. Ответив по вопросу, растрогала комиссию аж двумя стихотворениями, что выучила наизусть. Сначала "Вчера ещё в глаза глядел", а потом вот это Евгения Евтушенко.
ЕЛАБУЖСКИЙ ГВОЗДЬ
Памяти М.Цветаевой
Помнишь, гераневая Елабуга
ту городскую, что вечность назад
долго курила, курила, как плакала,
твой разъедающий самосад?
Бога просила молитвенно, ранено,
чтобы ей дали белье постирать.
Вы мне позвольте, Марина Ивановна,
там, где вы жили, чуть-чуть постоять.
Бабка открыла калитку зыбучую:
"Пытка под старость - незнамо за что.
Ходют и ходют - ну прямо замучили.
Дом бы продать, да не купит никто.
Помню - была она строгая, крупная.
Не подходила ей стирка белья.
Не получалось у ней с самокрутками.
Я их крутила. Веревку - не я".
Сирые сени. Слепые. Те самые,
где оказалась пенька хороша,
где напослед леденяющею Камою
губы смочить привелось из ковша.
Гвоздь, а не крюк.
Он граненый, увесистый -
для хомутов, для рыбацких снастей.
Слишком здесь низко,
чтоб взять и повеситься.
Вот удавиться - оно попростей.
Ну а старуха, что выжила впроголодь,
мне говорит, словно важный я гость:
"Как мне с гвоздем-то?
Все смотрят и трогают.
Может, возьмете себе этот гвоздь?"
Бабушка, я вас прошу как о милости, -
только не спрашивайте опять:
"А отчего она самоубилась-то?
Вы ведь ученый. Вам легче понять".
Бабушка, страшно мне в сенцах и комнате.
Мне бы поплакать на вашем плече.
Есть лишь убийства на свете, запомните.
Самоубийств не бывает вообще.
1967 г
31 августа — день памяти Марины Ивановны Цветаевой, русского поэта.
Были в Елабуге?